Звездное наследие: Фантастические романы - Клиффорд Саймак

Все пятеро застыли в мертвой тишине, глядя друг на друга.

— Они не могут нас остановить, — прошептала Кэролайн. — Просто не могут.

— Если запустить машину прямо сейчас, у нас еще будет пара часов, прежде чем прервется контакт с Инженерами, — сказал Томми. — Может, успеем? Корабль у меня готов.

— Спросите у Инженеров, — посоветовал Гэри. — Узнайте, как быстро они смогут вернуть нас обратно.

Голос Кингсли загремел, отдавая команды:

— Кэролайн! Свяжитесь с Инженерами! Выясните, можно ли нам сейчас стартовать. Томми, готовь корабль к старту! А все остальные быстро хватайте шмотки и бегом на поле!

По кухне будто смерч промчался. Все гурьбой ринулись к дверям.

Кингсли сел на телефон.

— Открой ворота ангара! — громогласно наставлял он Энди, — Прогрей двигатели. Мы отчаливаем.

Сквозь топот бегущих ног, сквозь рокот докторского баса пробился визгливый вой передающего устройства телепатической машины. Кэролайн общалась с Инженерами.

А Кингсли уже названивал Йенсену.

— Беги на энергостанцию. Приготовься выдать нам энергии на полную катушку. Кабели выдержат, знай только не жалей. Энергии нам нужно много.

Кэролайн вбежала в комнату, где Гэри сражался со своими космическими доспехами.

— Порядок! — возбужденно крикнула она. — Инженеры говорят, что мы доберемся до них почти мгновенно.

Гэри помог ей облачиться в скафандр, застегнул снаружи шлем. Кингсли, пыхтя и отдуваясь, с трудом втискивал в доспехи свое дородное тело.

— Мы им нос-то натянем! — рычал он при этом. — Натянем за милую душу! Никакое правительство не будет указывать мне, что я могу делать, а чего не могу!

Выбравшись из шлюза, они поспешили по тропе на взлетное поле. В центре его высилась диковинная машина — словно мерцающий скелет, стоящий на страже безжизненных пустынь Плутона. Гэри задрал на бегу голову и заглянул в космическую бездну.

Голос пел у него в ушах — голос его собственных мыслей: «Мы идем! Держитесь, Инженеры, мы уже в пути! Слабые людишки спешат к вам на помощь. Человечество вышло в крестовый поход — самый грандиозный из всех походов!»

Могучий корабль Томми Эванса поджидал их на другом конце поля — отливая серебром, тускло краснея дюзами, он разогревался, чтобы потом полыхнуть внезапно реактивными вспышками и оттолкнуться от мертвой и стылой поверхности Плутона.

Да, подумал Гэри, еще один крестовый поход. Только на сей раз без оружия. Без малейшего представления о противнике. Без определенного плана кампании. Да и кампании-то никакой, в общем, нет. Есть только идеал — и зов трубы из космоса. Все, что человеку надо… Все, что ему было надо всегда. Только идеал и призывный трубный глас.

Кэролайн удивленно, почти испуганно вскрикнула, и Гэри посмотрел на середину поля.

Машина исчезла! Там, где она стояла, не осталось никаких следов, ничего. Просто пустое место.

— Йенсен врубил энергию! — прокричал Кингсли. — Машина свернула в другое измерение. Путь к Инженерам открыт!

Гэри ткнул пальцем в космос.

— Смотрите! — завопил он.

Зыбкий, мерцающий круг света появился в черных глубинах пространства. Неторопливо крутящееся колесо из белого тумана — колесо, которого никогда там раньше не было.

— Туда-то мы и полетим, — сказал Кингсли, и Гэри услышал его хриплое, натужное дыхание, — Прямиком туда — и к Инженерам!

Глава 7

Ловкие пальцы Томми переключили ракетные двигатели на режим старта. Большой палец нажал на рычажок — и корабль взмыл над взлетным полем в грохоте реактивных выбросов, сотрясавших весь корпус.

— Целься прямо в яблочко, Томми, — предупредил доктор Кингсли.

Томми серьезно кивнул.

— Не бойтесь, — проворчал он. — Не промажу.

— Хоть бы одним глазком взглянуть на копов в тот момент, когда они обнаружат, что нас уже и след простыл! — размечтался Херб. — Ну и глупые же у них будут рожи! Они-то надеялись, что свалятся нам как снег на голову.

— Все будет нормально, лишь бы они не свалились при посадке прямо в машину, — отозвался Гэри, — Иначе… Бог знает, что с ними станется, но я им не завидую.

— Я просил Теда предупредить их, чтобы держались от нее подальше, — подал голос Кингсли, — Машине-то ничего не сделается, но самим им это может выйти боком. Ну а если они попробуют ее сломать — их ждет настоящий сюрприз. Потому что сломать ее невозможно. — Доктор довольно усмехнулся. — Застывшие без движения атомы и жесткая, фиксированная кривизна пространства. Тот еще матерьяльчик!

Судно стремительно мчалось вперед, направляясь к крутящемуся колесу, сотканному из света.

— Далеко оно, как по-вашему? — спросил Гэри.

Кингсли покачал головой:

— Не думаю. По логике вещей, оно должно быть близко.

Колесо в иллюминаторе увеличивалось на глазах и вскоре

превратилось в огромный искрящийся обод, внутри которого ступицей зияла черная дыра.

Томми скорректировал направление и вырубил ракетные двигатели. Перекрестие на экране направления застыло в самом центре дыры.

Колесо света расширилось, ступица стала еще больше и еще чернее… Словно дырка в пространстве, через которую смотришь в космос, только в космос без звезд.

Свет исчез. Лишь черная дыра осталась — и залила иллюминатор сплошной чернильной мглой. А потом та же мгла поглотила весь корабль — вязкая, тягучая, тяжелая, готовая расплющить его в лепешку.

Кэролайн тихо вскрикнула и тут же поперхнулась криком, ибо тьму почти мгновенно сменили потоки света.

Корабль спускался в город — исполинский город, при виде которого у Гэри захватило дух. Небоскребы громоздились над небоскребами, точно гигантские ступени; высоченные башни целились в судно, как пальцы Титана. Массивный, прочный город из белого камня, с прямыми и четкими линиями, город, тянувшийся миля за милей, сколько хватал глаз, покрывавший планету от горизонта до горизонта.

Три солнца сияло в небесах: одно белое, два голубоватых — и все три заливали город такими потоками света и энергии, что Солнце в сравнении с ними показалось бы маленькой свечкой.

Томми протянул руку к рычажкам, управляющим ракетными двигателями, намереваясь включить режим торможения. Но не успел он тронуть рычажок, как скорость судна замедлилась, словно оно погрузилось в мягкую, однако упругую подушку.

А в мозгу у них зазвучала команда — чей-то голос сказал им, что делать ничего не надо, что корабль посадят в городе без их усилий. Они не то чтобы услышали слова — просто каждый из них подумал одно и то же, в точности понимая, что от них требуется.