Начинающий адепт - Пирс Энтони

Как подсказывал Стайлу небольшой опыт, амулет — это материализованное заклинание, находящееся в спокойном состоянии, пока не вызван дух. Некоторые, подобные целительным амулетам, срабатывают постепенно; другие — спустя несколько мгновений после вызова духа. Да, вредоносный демон набирает полную силу всего лишь за несколько мгновений. Стайл должен успеть прочесть заранее составленное антизаклинание. Может, ему стоит заготовить несколько облегченных вариантов? Они не будут нести в себе сокрушительную силу, но достаточны в ряде случаев.

Он сочинил:

"Отправь свои заклятья в дол лесистый.

Пусть запахом ужасным изойдя,

Они растают студнем водянистым,

Когда свое заклятье крикну я!"

Это были плохие стихи, но только так — с употреблением рифмы — действовала магия Стайла. Если бы он мог творить настоящую поэзию, где поэтическая форма и магическое содержание представляли бы законченную гармонию! Но для этого нужен талант поэта и много времени, а он не уверен, что у него вообще будет время. Но очевидно: чем сильнее поэзия, тем сильнее магия. Его Клятва Верности не была заурядными виршами, но сейчас ему и не требовалась столь возвышенная поэзия. В поединке с Красным Адептом он ограничится тем, что будет рифмовать первые появившиеся слова, надеясь, что они сделают свое дело.

Верхом на Нейсе он миновал теперь пустынные места, где проходил Унолимпик.

— Твое выступление вместе с Клипом было прекрасно, — сказал он единорогу, — ты хорошо послужила своему табуну.

Нейса довольно всхрапнула — победа для нее была не так важна, как признание на право участвовать в состязаниях.

Они приблизились к Красным Владениям и остановились у крепостной стены. Стайл прикидывал, где бы они могли разбить лагерь и переночевать, поскольку ему не хотелось иметь дело с противником ночью. В Красном Замке было много неуловимого, не имеющего реальных очертаний. Он мог себе и Нейсе наколдовать пристойный кров, но сомневался, стоит ли вблизи Красных Владений применять магию. Пусть его появление будет полной неожиданностью. Да, он должен объявиться настолько внезапно, насколько это возможно. Или же…

Но Нейса уже свела на нет его мучительные раздумья. Она подскакала к широкой расселине в скале и выдула протяжную ноту. И тотчас же над их головами зашуршала перепончатыми крыльями пара летучих мышей. Мыши ударились о землю и превратились в мужчину и женщину.

— Вампиры! — воскликнул Стайл. — А я и не знал, что вы живете в этих местах!

Но Нейса, очевидно, знала. Вот уж поистине незаменимым спутником был единорог!

Мужчина-вампир выступил вперед. Это был Водлевиль.

— Адепт, — спросил он, — как поживает мой друг Халк?

— Увы, его нет в живых, — печально ответил Стайл. — Он убит на Протоне Красным Адептом…

— Убит? — удивленно переспросил Водлевиль. — Но я совсем недавно встречался с ним. Он — милейший из великанов, каких мне довелось узнать.

— Он был им, Водлевиль, но, повторяю, Красный Адепт убил его. По ошибке — вместо меня…

Водлевиль нахмурился, во рту мелькнули загнутые острые клыки вампира.

— Мы всегда мирно сосуществовали с Красной Колдуньей. Она не помогала нам, но и не причиняла вреда. Я не отваживался просить ее за моего сына из страха, что она заколдует его. Мы держимся от Адептов как можно дальше, но ты первый из них, кто помог мне. И Желтая помогла, благодаря тебе. — Он поднял руку, и маленькая летучая мышь опустилась откуда-то сверху ему на ладонь. — Мой сын! — гордо представил малыша Водлевиль.

— Я рад, что смог помочь тебе. А теперь скажи: возможно ли нам разбить в твоих владениях лагерь на одну ночь?

— Да, конечно. И мы — в твоем распоряжении. Не хотите ли поужинать с нами?

— Не думаю. Но смотри, не обижайся моим отказом. У нас разные вкусы, и твой путь — это не мой путь; эта же ночь — важнейшая в моей жизни, и я хочу провести ее в одиночестве. Да и к чему тебе хоть какие-то осложнения с Красным Адептом. Вдруг он переживет меня…

— Ты прав: твой путь — это не наш путь. Мы уважаем твое желание провести ночь одному и позаботимся, чтобы никто не обеспокоил тебя.

Вот так путешественники остались на ночь в теплой расселине, охраняемые вампирами. Да, Стайл, без сомнения, чувствовал себя в безопасности. Кое-кто и хотел бы напасть на него, но вряд ли осмелится — вампиры высосут всю кровь, без остатка.

Нейса бросила Стайлу какой-то плод, сорвав с дерева, а сама пошла пастись. Она спала во время ночной пастьбы. Стайл не понимал, как она ухитряется одновременно и есть, и спать. Но сейчас именно так и было.

Перед тем как заснуть, Стайл, ощущавший в душе гнетущее одиночество, вдруг увидел кружившую над головой маленькую летучую мышь. Похоже, юный вампир прилетел сюда украдкой. Мышка превратилась в мальчугана лет шести.

— Адепт, прости за беспокойство. Можно ли мне поговорить с тобой? Совсем немного… — колеблясь, спросил мальчик.

— А, ты тот, кому помогло снадобье Желтой! — догадался Стайл. — Добро пожаловать! Я рад приветствовать тебя.

Мальчик благодарно улыбнулся.

— Отец выпил бы всю кровь из меня, если бы узнал, что я побеспокоил тебя в твоем одиночестве. Пожалуйста, не говори ему.

— Ни слова! — кивнул Стайл. Дети не принимают правил взрослых всерьез. — Я рад видеть, что ты снова можешь летать.

— Да, это сделало снадобье Желтой, но я получил его благодаря тебе. Я — твой должник.

— Ничего, ничего… — быстро сказал Стайл. — Твой отец оказал мне услугу, которая аннулировала все долги. Он помог мне одолеть Жеребца.

— И все же ты проиграл, — настаивал мальчик.

— Моего опыта оказалось недостаточно, — объяснил ему Стайл, — но все, чего я хотел — справедливого состязания, — я добился. Все получилось как было задумано. Единорог оказался на высоте.

Мальчугану, похоже, было довольно трудно понять сказанное.

— Мой отец утверждает, — продолжал стоять на своем маленький вампир, — что Голубой Адепт проиграл больше, чем мог получить взамен, и выиграл тем не менее больше, чем мог отдать. Есть ли в его словах какой-то смысл?

— Никакого, — ответил Стайл любезно.

— И все же я остаюсь твоим должником, ведь ты вернул мне способность летать. Какую службу взамен я могу тебе сослужить?

— Да не к чему это… — начал было Стайл, но увидел, что мальчишка готов заплакать. Ребенок-вампир был серьезным малым и хотел непременно вернуть долг, как он его понимал.

— Ну если только… — Стайл на ходу соображал, какое дать ему задание. — Словом, я многого не знаю, но очень любознателен. Сможешь ли ты одним глазком подглядеть и одним ушком подслушать что-то для меня интересное и рассказать мне? Ну, допустим, больное животное, нуждающееся в моем врачевании, или подарок для Леди? — Стайл улыбнулся светлой и немного грустной улыбкой. — А и вправду, давай найдем для моей любимой какой-нибудь прелестный подарок!