Айрин (СИ) - Даниэль Зеа Рэй

— Да, вот так, девочка моя…

Айрин напрягла внутренние мышцы, и на этот раз застонал он. Ее пальцы заскользили по его спине под рубашкой, полосуя кожу в ответ на каждое его движение внутри.

— Скажи, что любишь меня, — простонала ему в губы Айрин.

— Люблю тебя.

— Еще!

— Я люблю тебя…

— Скажи… что не мо-о-о-жешь без меня!

— Не могу без тебя…

— Рай-вен!

— Котенок…

— Хочу знать! — закричала Айрин, выгибаясь ему навстречу. — Хочу всего тебя познать!

— Ты знаешь…

— Мне мало! Мало этого!!!

— Тогда… читай… — ответил Райвен, запечатывая свое разрешение поцелуем на ее шее.

Айрин заметалась под ним. Ее дыхание сковала судорога боли от того, что она увидела. Она закричала, призывая его себе на помощь, но он остался в стороне, замерев над ней и внутри нее. Он позволил ей то, чего никогда и никому не позволял. Он позволил ей заглянуть внутрь себя и изучить содержимое, в котором сам порой боялся копаться. Больше ему нечего было прятать. Больше он не был загадкой для нее. Он принес ей в дар свое абсолютное доверие и по праву посчитал, что теперь она принадлежит ему, как его часть. Его эмоции перемешались с картинками из его прошлого и голова Айрин начала раскалываться. Райвен молча сносил боль, которую Айрин доставляла его телу, напрягая свой живот и сдавливая его плоть в тиски, из которых у него было сил вырваться. А даже если бы и были у него силы, он все равно бы в этот момент был в ней. Единство тела и души… Неужели он достиг этого высшего дара Юги?

Айрин открыла глаза и уставилась на него.

— Теперь ты мне веришь? — спросил он, поглаживая ее лоб.

— Райвен! — простонала Айрин и вновь умолкла.

Ее глаза налились слезами, а лицо исказила настоящая мука.

— Прости меня, Райвен! — прошептала Айрин, начиная рыдать.

— Не нужно, котенок. Не плачь.

Он стал вытирать ее слезы и собирать их губами из ее глаз.

— Не плач, я прошу тебя…

— Прости меня… — прошептала Айрин и потянулась к его рту. — Прости…

Глава 17

Когда Айрин очнулась, Райвен спал рядом с ней прямо в одежде. Айрин повернулась к нему и погладила по щеке, на которой появилась щетина. Между ног было липко. Айрин тихо сползла с кровати, намереваясь принять душ. Часы на стене показывали девять утра. Райвен не спал около двух суток и сейчас точно не должен был проснуться.

Айрин нашла ванную и залезла в душ. Она старалась не думать о том, что собиралась сделать, но мысли то и дело возвращались к ее предстоящему поступку. Юга, почему ты так жестока? Почему сначала даришь, а потом отнимаешь все? Если когда-нибудь он сможет простить ее, она поклянется перед Югой собственной жизнью, что больше никогда не использует его. «Скажи, Райвен, есть ли в твоей жизни хоть что-то святое, чем ты не готов пожертвовать в угоду общим интересам?» «Прости, детка, но это ты». Если бы он задал ей тот же вопрос, она не смогла бы на него ответить. Выходит, для Айрин Белови не существует ничего святого? Может, поэтому Юга отнимает у нее все?

Айрин вылезла из ванной, оделась и напоследок поцеловала спящего Райвена в губы.

— Прости меня. Люблю тебя.

Айрин вошла в его кабинет и загрузила рабочий компьютер Райвена. Теперь ей было известны и пароли, и имена, и места, где следует искать. Ради того, чтобы прочесть именно это ей пришлось оставить в стороне многое из того, что она тоже хотела узнать. Но Райвен был прав, когда однажды сказал ей, что прочесть все — очень трудно. Сегодня она это поняла.

Айрин активировала аккаунт Райвена. Час работы и необходимые файлы были отправлены Паоле. Дело оставалось за малым. Айрин не собиралась записывать свое признание в кабинете Райвена, точно так же, как и не собиралась задерживаться на его станции.

Отключив компьютер, Айрин подобрала с пола брошенный плазменный пистолет и заправила его за пояс, прикрыв курткой. Ретироваться через приемную Айрин не собиралась. Она воспользовалась тем телепортом, что был у Райвена в кабинете. Что ни говори, а он прирожденный стратег: спрятать в кабинете телепорт, ведущий прямо на его личный корабль. Райвен знал, как нужно убегать. И Айрин воспользовалась его личным планом.

— Борт RO приветствует Вас, — обратился к Айрин приятный женский голос бортового компьютера корабля Райвена.

— RO, активируй прокол «Гость», — попросила Айрин, пристегиваясь ремнями безопасности к креслу пилота.

— Пожалуйста, введите пароль для подтверждения.

Айрин ввела на сенсорной панели последовательность чисел и приготовилась.

— Спасибо. Представьтесь, пожалуйста.

— Айрин Белови.

— Айрин Белови, доступ к системам корабля разрешен.

Возвращаться домой Айрин пока не собиралась. А вот повидать отца намеревалась. Запустив двигатели корабля, Айрин без разрешения Центра управления полетами пошла на взлет.

— Борт RO, Вас вызывает Центр. Подтвердите свое положение и сообщите координаты пункта прибытия.

— Говорит борт RO. Код доступа «черный». Пароль «4157839». Пункт прибытия база TU5324.

— Вас понял, борт RO. Координаты воздушного коридора будут автоматически переданы Вашему компьютеру. Приятного полета.

— Спасибо.

Айрин покинула корабль Райвена сразу после прибытия на орбитальную базу. Черный код доступа, который Айрин передала Центру управления полетами, означал, что прилет корабля адмирала Осбри на базу должен остаться «в тени». Никаких встреч. Никаких сообщений. Свободная посадочная платформа, обслуживающий персонал и никаких вопросов.

Айрин растворилась в толпе солдат и служащих МВС без особых проблем. Времени в запасе у нее оставалось мало. Как только Райвен проснется и поймет, что она сделала, для Айрин начнется обратный отсчет.

Спустя полтора часа сообщение для Паолы с признанием Пенеолы Кайдис было отправлено. Айрин отключилась от сети и оставила наушник связи в номере, который сняла для себя.

Воспользовавшись электронной системой навигации, Айрин нашла медицинский отсек и навестила отца. Ее пропустили только в смотровую комнату, где сквозь стекло она могла понаблюдать за его спящим телом. Ее вина. Она не поверила ему. Не удосужилась поверить. Ее последние слова, брошенные ему в лицо… Может, и не хотела она произносить их, но в пылу своей ярости не смогла сдержаться и высказала то, что прочла. Теперь ее отец, человек, которому она обязана практически всем, лежит при смерти.

Айрин прижалась лбом к смотровому стеклу и просто смотрела, как врачи и медсестры периодически заходят в палату и выходят из нее. Когда соленые капли попали ей в рот, Айрин всхлипнула и отвернулась от ужасного зрелища. Если бы он был в сознании, она бы обязательно сказала ему, как сожалеет… Она сожалеет, а какой от этого прок?