День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Сидевший рядом Кореец был мертв, но Боксера это не смутило. Он достал из-под рубашки напарника еще один пистолет, тоже «Токарев», но на этот раз сделанный в Китае. Два ствола — это шестнадцать патронов, не так уж много, но и не мало.

Пинком распахнув дверцу, Толя выскочил из машины, припустив к лесу. Пробежав метров двадцать, он остановился и несколько раз с обеих рук выстрелил туда, где могли укрыться чужие стрелки. В ответ раздалась автоматная очередь, и Боксер снова бросился бежать.

До опушки уже оставалось метров десять, когда бедро пронзила сильная боль, и сразу стало очень трудно бежать. Несколько пуль с визгом пролетели возле самой головы бандита, заставив того пригнуться.

— Твари, — крикнул, срываясь на визг, в темноту Боксер. — Не возьмете, суки!

Не целясь, он несколько раз нажал на спуск, пока вместо грохота выстрелов не зазвучали сухие щелчки бойка, и снова бросился бежать. Лес принял бандита, окутав его завесой тьмы. Чувствуя, как подкашиваются ноги, и стараясь забыть о боли хоть на минуту, Толя прислонился спиной к шероховатому стволу какого-то дерева. Сунув один из пистолетов за пояс, он принялся шарить по карманам, отыскав полный магазин. Загнав обойму в рукоятку ТТ, Боксер оттянул затвор, и вздрогнул, услышав над ухом голос:

— Оружие на землю, мразь!

Негромок щелкнул предохранитель, подтверждая серьезность приказа. «Токарев» выскользнул из руки Боксера, обернувшегося на голос и увидевшего в пяти шагах перед собой невысокого мужика с усами и в камуфляже, целившегося в бандита из ПМ.

— Ты кто, — прохрипел Толя. — Чего тебе надо? Денег? В моей машине пятьдесят тонн «зеленых», считай, что они твои! Ну, чего ты хочешь?

Сперва Боксер решил, что перед ним кто-то из недобитых «внутряков», но понял, что ошибается, не увидев на бушлате усатого ни погон, ни нашивок, ни петлиц. Тот стоял и молча смотрел на дрожавшего от боли и от страха бандита поверх ствола «Макарова».

— Отпусти, — закричал Боксер, теряя выдержку. Ему не первый раз грозили оружием — и такие же бандиты, как он, и милиция. Но и боевики конкурирующих группировок, и бойцы ОМОН старались подавить волю, громко кричали, ругались, шокируя, ввергая в замешательство, а тот, кто сейчас стоял перед Толей, просто молчал, и это молчание казалось страшнее любых угроз. — Чего ты хочешь?!

— Хочу, чтоб таких мразей, как ты, поменьше стало, — произнес незнакомец, посмотрев в глаза своему противнику. — Тогда, может и выкарабкается матушка-Россия!

— Кто ты? Кто вы такие?!

— Партизаны. Народные мстители!

Пламя, вырвавшееся из ствола «Макарова», ослепило Толю Боксера, а затем тупоголовая пуля калибром девять миллиметров ударила его в грудь, прошив тело насквозь. Алексей Басов сделал шаг вперед, нависая над агонизирующим бандитом, и, спокойно прицелившись, сделал еще один выстрел. Контрольный. Полковник привык все доводить до конца.

Когда Басов вернулся на шоссе, там уж кипел работа. Партизаны сгружали из «газика», стоявшего на обочине на простреленных шинах, оружейные ящики, и кое-что из добычи уже успели поделить между собой.

— Здесь на роту хватит, — воскликнул Игорь Марченко, обращаясь к подошедшему командиру. — Полно всего!

— С грузовика сняли несколько ящиков, наугад вскрыв их, и сейчас партизаны передавали друг другу новенькие АК-74, лоснившиеся от смазки, взвешивали в руках тубусы противотанковых гранатометов РПГ-26, а кто-то деловито вкручивал в черные шарики ручных гранат РГД-5 отыскавшиеся среды груза запалы УЗРГМ, переводя «карманную артиллерию» в боевое состояние. Теперь малочисленный отряд, основательно вооружившийся, мог стать серьезной проблемой для любого противника.

— Вот, держи! — Марченко Бросил Басову новенький черненый АК-74М, а подошедший Олег Бурцев уже примеривался к пулемету ПКМ, возможно, тому самому, с которым в гарнизоне игрался покойны главарь бандитов.

— Возьмешь, — спросил Олега капитан Марченко. — Ты же пулеметчиком был, верно?

— Если бы на «блоке» стоять, я бы вообще «Утес» взял, — помотал головой Бурцев. — А мне с этой хреновиной бегать, а это семь с половиной кило даже без патронов. Нет, лучше вот это! — он указал на легкий РПК-74М калибра 5,45 миллиметра. — Мощь не та, конечно, но зато весит всего четыре с половиной килограмма, так что можно в нагрузку еще всякой всячины взять с собой!

— Собираем все, что есть, — приказал полковник Басов. — Лишним ничего не будет. Мы двинемся на север. Там полно янки, они строят новый нефтепровод. Там нам будет, чем заняться, и каждый патрон пригодится.

— Я согласен, — Бурцев взглянул на полковника: — Но сперва заглянем в мой родной город. Там у меня еще осталось одно дело.

Их взгляды встретились на несколько секунд, и Алексей Басов молча кивнул.

Рядовой Восемьдесят второй воздушно-десантной дивизии Армии США Рауль Родригес молча наблюдал, как пожарники поливают из шланга дымящиеся обломки огромного С-130, рассыпавшиеся по взлетной полосе аэродрома Южноуральска. Вместе с ним за этим процессом следило в полном молчании еще человек пятьдесят, столпившиеся у края бетонки, все, как один, хмурые и злые.

Могучий «Геркулес» перестал существовать всего час назад, когда базу десантников внезапно атаковали. Пропускной пункт на въезде на аэродром обстреляли из гранатометов с проезжавшей мимо машины, прикончив всех, кто находился там, так быстро, что ни одного выстрела не прозвучало в ответ. И одновременно нападавшие накрыли летное поле огнем не то из легких минометов, не то из автоматических гранатометов типа «Марк-19». Нескольких десантников, оказавшихся в момент обстрела под открытым небом, буквально разорвало на куски, кому-то повело больше, и они остались живы, хотя можно ли назвать удачей, когда тебе предстоит оставшуюся жизнь провести без ног, никчемным обрубком на инвалидной коляске. А один из снарядов угодил как раз в готовившийся к взлету «Локхид», и тот взорвался, расплескав вокруг пылающее авиатопливо, в котором заживо сгорело несколько солдат.

Объявили тревогу, но прежде, чем вооружившиеся десантники добежали до своих позиций, обстрел прекратился, и теперь только остов самолета напоминал об атаке, да еще уложенные в ряд в дальнем углу черные пластиковые мешки. Дюжина трупов за минуту, и еще два десятка раненых, в том числе с ожогами в половину тела. В очередной раз взглянув на аккуратно разложенные мешки, Родригес повернулся к своему взводному:

— Лейтенант, сэр, думаете, террористы еще вернутся? Или все закончилось?

— Все только началось, солдат. И, видит Бог, когда русские, наконец, раскачаются, я хотел бы оказаться отсюда как можно дальше!