Спасательный корабль - Гарри Гаррисон

Нильс медленно встал и, прихрамывая, подошел к пульту управления.

— С кем вы разговариваете? — спросил он радиста.

— С Копенгагеном. На линии один из помощников министра. Там сейчас глубокая ночь, и остальные спали, когда я связался с Землей. Король и премьер-министр уже в пути.

— Боюсь, мы не можем их ждать.

Они говорили по-английски, чтобы было понятно Бакстеру. Нильс повернулся к нему.

— Я хочу объяснить им, что тут произошло.

— Обязательно, само собой. Они должны все знать.

Медленно и тщательно выговаривая английские слова, Нильс

обрисовал обстановку. После довольно длительной паузы — пока сигнал дошел до Земли, пока ответный сигнал вернулся обратно — они услышали датскую речь. Нильс тоже перешел на датский. Когда он закончил разговор, в помещении повисла напряженная тишина.

— Ну? — спросил Бакстер. — О чем вы говорили? Что они сказали?

— Они согласились со мной, — ответил Нильс, — что ситуация безнадежная.

— Очень разумно.

— Мы решили, как поступить. Они поблагодарили нас.

— О чем вы говорите, черт побери?

Терпению Нильса пришел конец, и он отбросил формальную вежливость. С холодной яростью, наконец прорвавшейся наружу, он бросал слова в лицо американцу:

— Я говорю о том, что вас пора остановить, вы — ничтожество. Вы признаете только насилие, смерть, убийство. Я не вижу ни малейшей разницы между вами с вашими продажными помощниками и тем подонком, который захватил машинное отделение. Прикрываясь словами о добре, вы творите зло. Чтобы возвысить свою страну, вы готовы уничтожить человечество. Когда до вас дойдет наконец, что все люди — братья? Когда вы прекратите это братоубийство? Только у одной вашей страны достаточно атомных бомб, чтобы четыре раза взорвать планету. Зачем вам вдобавок еще и далет- эффект?

— Но русские...

— Точно такие же, как и вы. Отсюда, из космоса, стоя на пороге смерти, я ясно вижу, что между вами нет никаких различий.

— Смерти? — испуганно переспросил Бакстер, снова подняв пистолет.

— Да. Неужели вы думали, что мы возьмем и отдадим вам да-лет-двигатель? Мы старались держать его подальше, чтобы избежать убийства и смерти, но вы сами вынудили нас. По всему корпусу корабля в разных местах заложено не меньше пяти тонн взрывчатки. Взрыватель активизируется радиосигналом с Земли...

Из динамика послышалась серия быстрых музыкальных пассажей. Бакстер хрипло закричал, развернулся и принялся палить по пульту управления, задел выстрелом радиста и опустошил обойму, стреляя во все приборы подряд.

— Радиосигнал нельзя прервать с корабля.

Нильс повернулся к Арни, спокойно стоявшему у стены, взял его за руку и стал что-то тихо говорить. Генерал Гев победно рассмеялся, наслаждаясь этим космическим спектаклем. Он приветствовал торжество справедливости. Бакстер снова закричал...

Гигантская огненная вспышка положила конец всему.

Глава 24

Марта Хансен воспринимала события сквозь дымку нереальности, которая помогла ей хоть как-то все это перенести. Все началось, когда Ове позвонил ей той ночью, ровно в 4.17. Она хорошо запомнила, как светились в темноте стрелки на циферблате, пока его голос гудел в трубке.

Эти цифры должны были означать что-то важное, раз они постоянно всплывали у нее перед глазами. Но что? Время, когда мир обрушился на нее? Нет, ведь она была еще жива. А Нильс был где-то далеко в своем очередном полете. Он же всегда возвращался из своих полетов...

В этом месте ее мысли каждый раз начинали путаться и ускользать куда-то в сторону. 4.17. Ей звонили различные люди, в том числе сам премьер-министр, они что-то говорили ей. Члены королевской семьи... 4.17. Она старалась быть вежливой со всеми. Она очень старалась. Может, она ничему больше и не научилась, закончив школу, но к вежливости, по крайней мере, ее приучили.

Наверное, она должна была запомнить хотя бы этот полет на Луну. Но ее оцепенение не проходило. Они летели туда на одном из новых лунных кораблей, которые прозвали космическими автобусами. Все было почти так же, как на реактивном авиалайнере, только попросторнее. Вытянутый в длину салон, ряды кресел, бутерброды и напитки. Даже стюардесса. Высокая пепельная блондинка, которая почти не отходила от нее, они даже поговорили немного. Девушка разговаривала с певучим шведским акцентом, который так нравится мужчинам. Но была печальна, как и все остальные. Марта уже забыла, когда она в последний раз видела улыбку.

Церемония похорон показалась какой-то ненастоящей. За окном в безвоздушном пространстве был виден обелиск, украшенный флагами, — все как положено. Горн простонал свой печальный призыв, надрывающий сердце. Но хоронить было некого. Никто никогда не будет здесь похоронен. Взрыв, сказали ей. Они погибли мгновенно, безболезненно. И очень далеко. Лишь через несколько дней Ове Расмуссен рассказал ей, что произошло на самом деле.

Марте показалось, что это безумие. Люди не могли на самом деле так поступить друг с другом. Но они это сделали. А Нильс оказался способным на поступок, который он совершил. Это не было самоубийством, она не могла себе представить, что Нильс может покончить с собой. Это была победа в борьбе за то, что он считал справедливым. Если за это надо было умереть — он был готов без колебаний. Своей смертью он многое рассказал ей о человеке, с которым она жила столько лет, даже не зная его как следует.

— Выпьешь капельку шерри? — спросила Улла, склоняясь над ней с бокалом в руке.

Они сидели за столом в гостиной. Церемония уже закончилась. Скоро они вернутся в Копенгаген.

— Да, с удовольствием. Спасибо.

Пригубив вино, Марта заставила себя обратить внимание на окружающих. Она чувствовала, что в последнее время ничего не замечает вокруг и что люди относятся к этому с пониманием. Ей это не нравилось. Слишком похоже на жалость. Сделав еще глоток, она огляделась по сторонам. С ними за столом сидели высокопоставленный военный и кто-то — она забыла его имя — из Министерства космоса.

— Это больше никогда не повторится, — гневно произнес Ове. — Мы относились к другим странам как к цивилизованным людям, а они оказались алчными монстрами, обуреваемыми национальной спесью. Тайком пронесенное оружие, наемные головорезы, подрывная деятельность, космическое пиратство. Просто невозможно поверить. Но второго раза не будет. И мы не станем больше гибнуть из-за них. Мы будем убивать их, если они так на это напрашиваются.

— Правильно! Правильно! — сказал военный.