'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

– Почти верно, – отвечает Клим. – Хуты – это обычные лесные драконы. В давние времена их окрестили домашними. Но сейчас в народе существует путаница понятий. Их можно так называть, но на самом деле нужно помнить, что хуты не равны настоящим цмокам.

Хуты не наделялись разумом и были просто домашней скотиной, за исключением того, что были истории о хутах, которые настолько любили хозяев, что приносили им дары – золото, или воровали из соседних дворов сено или зерно.

Ходят предания, что цмоки ненавидели хутов, считали их недостойными звания драконов, ведь те служили людям, жили в их домах и были приравнены к прирученным животным. А еще хуты пакостили цмокам: могли уворовать подношения, оставленные для величественных драконов.

Цмоков же часто называют в наших краях лешими. И они действительно смахивали на них по повадкам. Могли испугать корову, заставляли неблагочестивых жителей сел блуждать в чащах. Но некоторым – могли помочь и указать верный путь. Цмок – дракон, наделенный разумом, – достигал огромного размера, сравнимого с несколькими лошадьми. Его можно было подкупить – задобрить подношениями. Дары обычно приносили к берегам водоемов или на природные возвышенности. В хорошие дни цмокам хватало овцы или быка, в плохой они желали самую красивую девушку из деревни.

Особым даром была яичница, но, в отличие от хутов, цмоки ели ее несоленой. Они причисляются к нечисти, значит, таких вещей боятся. И, если получали подобное подношение, испорченное столовой солью, могли спалить дом хозяина огненным дыханием. У нас и теперь сохранился старинный обряд: в некоторых деревнях после свадьбы молодожены умасливают местного цмока при помощи угощений с праздничного стола. Это сулит счастливый брак, поскольку драконы покровительствуют крепким парам, семьям. Уважают.

А вот молодых девушек, которые не стремились к замужеству, они могли наказывать или даже утопить. Родственники часто пугали девиц: если не будут думать о будущем, то скоро встретятся с разгневанным цмоком.

В общем, они любили порядок и не терпели безнравственность.

Мифологи не находят общего знаменателя, почему вспыхнула война между людьми, цмоками и волками, которая описывается в летописях и перекочевала в некоторые учебники по истории.

Но зато есть сведения о причинах другой войны: после схваток цмоков и людей с волколаками последние были стерты с лица земли, а битвы продолжились уже между человечеством и магическими рептилиями.

Первое время цмоки поддерживали мир, порядок и равновесие. Но некоторые почувствовали прелесть людской жизни и стали позволять себе чересчур много. И упивались властью. Например, терроризировали села, угрожая сжечь дотла дома, если им не предоставят юных невест, или требовали слишком щедрых подношений в виде скота, чего люди предоставить не могли. Тогда и была объявлена война этим мифическим созданиям. И в итоге ведь – победили. Древнейшие драконы исчезли, но остались хуты.

То есть домашние драконы.

– Да, но как насчет волков? Правда, что волколаки не подобны европейскому оборотню? Они обращались по собственному желанию, а не по велению луны? Благодаря магии и… ножам, воткнутым в землю? Но каким именно образом?

Никто из нас не заметил, как начали сгущаться сумерки. Минуло несколько часов с момента нашего прихода сюда, на озеро фоков, но мы не устали и не собирались домой. Мы с удовольствием окунулись в неведомое, о котором не думали каждый день. И для нас самих – не только для Джанни – эти истории были чем-то новым. Никто не хотел выдвигаться в обратный путь. Напротив, Андрей и Илья разожгли костер, чтобы прогнать роившихся над головами комаров.

– Волколаки, – повторил Клим. Пламя оранжевого огня сделало рыжие волосы парня еще ярче. – В наших краях они – не совсем заложники луны. Многие оборачивались имеющими злые намерения колдунами, но в облике волколака страдали. Они не приносили вреда, сохраняли человеческие повадки и, если так можно выразиться, не теряли чувств, а питались украденными остатками еды у людей. Их внешний вид сходен с волком, только глаза оставались человеческими.

Здесь, в Гомельской области считалось, что у волколака остается человечья тень. Кстати, они не могли сами избавиться от звериного обличия. Им могли помочь люди, распознав в хищнике человека, – перебросить через него пояс, назвать по имени или скормить свадебный каравай.

Если имя волка было неизвестно, селяне просто перебирали имена. Но встречались и злые колдуны, которые оборачивались самостоятельно: при помощи воткнутых в землю или в особый пень ножей, острием вверх. И через них кувыркались.

Они выглядели по-иному, были размером с дом, достаточно кровожадны, опасны и нападали на людей. В некоторых местечках существует поверье, что магия колдунов как раз и зависит от магии луны.

Но обращение не было связано с полнолунием. Об этом есть старинные белорусские легенды. Например, «Вядзьмак-ваўкалак»:

«Жылі два саседы. Багаты быў вядзьмак, а бедны – добры чалавек. Бедны купіў каня і вывеў на выган, а багаты ўзяў тры нажы, утачыў у зямлю і пачаў куляцца. Перакуліўся праз адзін нож – у яго галава стала воўчая, перкуліўся праз другі – тады ўвесь стан стаў воўчы, ен перакуліўся праз трэці – тады і ногі зрабіліся воўчыя. Тады ен паляцеў і задушыў каня, а бедны выняў адзін нож. Воўк бяжыць назад к нажам, штоб адвярнуцца назад у чалавека. Прыбег. Як перакуліўся праз адзін нож – тады стала галава чалавечая; як перакуліўся праз другі нож – тады ўвесь стан зрабіўся чалавечы; перакуліўся трэці раз, але ногі засталіся воўчыя, бо не было трэцяга нажа»[110].

– Воткнутых лезвием вверх ножей могло быть не только три, но и один, два, пять, семь, девять, даже двенадцать. И кувыркаться было вовсе не обязательно. Можно перешагнуть или перепрыгнуть. Чтобы превратиться обратно, те же действия совершались наоборот. Если волколака убить в таком образе, труп станет человеческим. По сути, волколаки всегда враждовали с драконами, и, когда развязалась война, цмоки поначалу вступились за людей.

По окончании противостояния те и другие приписывали победу себе. Но самое главное – волков смогли уничтожить навсегда, а злых колдунов – почти всех – истребить. И с тех пор никто не «переворачивается».

Свет огня отражался в наших глазах – я посмотрела на Андрея и заметила в его взгляде влажный блеск.

Взор Джанни был ясным и довольным, наверное, профессор нашел ответы на вопросы, которые мучили его давно. А Джозефина не смотрела никуда, кроме как в блокнот, в который все тщательно записывала.

Над нами пролетела стая птиц, создав секундную тень. Тихо потрескивал костер, искры вспыхивали, взлетая от ветерка. Наступила задумчивая,