Антология №1. Безумные сказки Андрея Ангелова - Андрей Ангелов

— Хочешь рассказать про половину факультета?! – яростно вскричал Светоч.

Олесия опустила нежные ручки. Сделала недоумённое лицо:

— О чём ты, Миша?

— О том, что ты спала с половиной факультета! — выпалил Светоч в лицо Олесии.

Магнитсон с сожалением глянула на любовника. Немного поколебалась – сразу его послать или не сразу?.. Впрочем, можно сделать скидку на ботанство избранника, кое-что сказав, и в избранниках оставив… Или всё-таки послать?..

— Искомые сведения… Михайло Васильевич Светоч почерпнул у… фрэнда – ранимого жеребца, чья тонкая душа до сих пор не может забыть отказа от девушки, — усмехнулась Олесия. – Так?

— Неважно, — засмущался очкарик, гася взор и отворачивая его к стене.

— Нет, важно! – крикнула Магнитсон. Она развернула очкарика к себе лицом. – И ты меня выслушаешь!..

Светоч не привык быть участником сцены-мелодрамы и растерялся. Внешне растерянность читалась испугом.

— У меня было два парня, с которыми я спала! — делилась Олесия. – Мне двадцать лет, и нормально, когда молодые люди встречаются и спят. Но… если отношения не получили продолжения, значит, девушка  — шлюха и будет носить этот эпитет всю жизнь? Так?

— Ну почему так?.. – вяло заворочался ботаник. – Вовсе не… так.

— Так хочется любви, — Магнитсон всхлипнула. – Я не Золушка, но и принцем может стать не каждый!

Девушка повернулась к выходу, ожидая, когда же прозвучит возглас…

— Олесия! – окликнул очкарик. – Я хочу предложить тебе выйти за меня замуж!

Чёрт возьми! Замуж не планировался! Но второй раз могут и не предложить, тоже верно. Магнитсон ощутила на своих плечах мягкие руки очкарика.

— Свадьбу предлагаю сделать на Соломоновых островах, — шепнул Светоч. – Местные туземцы выступят свидетелями, а лимузин привезем с собой.

— А… — удивилась Олесия.

— Я стал богатым ботаником! — серьёзно ответил очкарик на невысказанный вопрос. — Ничего не спрашивай, скоро сама узнаешь, так как будешь мне помогать озолотиться!

* * *

Пока парочка любовников занималась выяснением отношений, Джордж спрятал золотое копыто в самолично сооруженный схрон. Под днищем своей палатки. Полотно днища зашил суровыми нитками, на данное место надвинул тюфяк. Удовлетворенно потер ладони:

— Как тут и росло!

Гейзер вылез из палатки. Зажевал ириску, глянул вправо. Увидел Шера: с полевой сумкой и с фотоаппаратом профессор удалялся в сторону раскопа. Вероятно, делать фотосъемку и различные замеры – для отчетов. Археология (как и почти каждое дело) – это сначала куча бумаг, а потом уже собственно изыскания. Для руководителей экспедиций!

Гейзер глянул влево, потом прямо и взад – не увидел больше ни души. Южно-русская сиеста, археологи по палаткам или на речке. Джордж зевнул. Ага, у костровища появилась повариха Настя. То есть, не повариха, а «очень оригинальная особа», которую Джордж почти любит… Гейзер сделал несколько плотоядных шагов к костровищу и… разочарованно остановился. К костру вышел длинный Вася, стал снимать с костра казан с супом.

— Ах-ах-ах!.. – из палатки рядом донеслись сладострастные женские стоны.

— Давай-давай, Михайло Васильевич! – процедил Джордж, сворачивая свое внимание на эту палатку.

Послышался «археологический гонг» — стук ложки о железную тарелку, и крик Насти:

— Археологи, обед!

Стоны не утихли, а даже стали немного громче. Гейзер положил в рот ещё ириску, и двинулся к костровищу.

6. Джордж и Настя

Обед на раскопках – это суп с тушенкой и ягодный кисель. В ста случаях из ста! В любой экспедиции, на разных континентах и во все времена. Кушать суп с киселем — в тридцатиградусную жару, способны только бродяги и археологи! Развлекал наших студентов Гриша Масленкин, рассказывая о том, как он болел. Самые востребованные темы во время коллективного обеда – это, конечно, рассказы о болезнях, смертях и туалете… Как известно.

— Проболел я ангиной восемь дней. Дома… Потом лечащий врач заподозрил у меня пневмонию и я лёг на обследование в больничку, на пару дней. Утром лёг, в общем, бодрячком, а вечером чуть не умер. – Гриша театрально вздохнул. – Тошнота, головокружение, температура… Короче, заразился гепатитом «А», желтуха – по-простому.

Археологи молча внимали рассказчику. Время на природе длинно и отчасти скучно – нет Интернета, мобильная связь не работает, поднадоели (откровенно говоря) одни и те же лица. И послушать занятную байку всегда в кайф!

— Зараза, как позже выяснилось, таилась в больничной воде, – объяснил Масленкин. — В итоге я провалялся в больнице сорок два дня!

— Значит, ты лёг в больницу, чтобы заболеть, — констатировала Люся.

— Глубокомысленная история, — покивала Лада.

— Ха-ха! – сказал (именно сказал) длинный Вася.

— Действительно… — удивился другой Грибков.

— Надо взять на вооружение перед зимней сессией! – предложила Томочка Любимая.

Настя Тихонова и Джордж Гейзер находились у костра. Повариха аккуратно кушала, сидя на чурке, а Джордж рассеянно ковырял прутиком в золе. Аппетит у Гейзера пропал напрочь, то ли в связи с золотой находкой, то ли из-за влюбленности, то ли «два в одном».

— Насть, пошли купаться? – Гейзер говорил, не поднимая взгляда.

— Решился мне открыть «чудесное местечко с отпадным дном»? – усмехнулась повариха. – То самое, куда не ступала ничья нога, кроме твоей?

— Нога Светоча там тоже была, — дополнил Джордж. – Знаешь… мне надо сказать тебе важную вещь.

— Я слушаю. Обожаю важные вещи!

— Скажу наедине… Вещь не просто важная, а очень важная.

Настя вылила остатки супа в костер, встала и… снова села. Сказала требовательно:

— Георгий, посмотри мне в глаза!

Гейзер поднял очи, искоса бросил быстрый взгляд. Настя нетерпеливо вздохнула. Гейзер бросил ещё один косой взгляд. Настя рассерженно кашлянула. Тогда Джордж собрал волю в кулак и… прямо взглянул на девушку!..

Настя заглянула в глаза парню, и увидела там солнечных зайчиков. Зайчики застенчиво хмурились. Зрелище было таким забавным, что Настя улыбнулась. Мужчина, который вызывает улыбку – не вызывает страх!.. Но и улыбаться слишком часто мужчине не надо, сойдешь либо за умалишенную, либо за честную давалку… Повариха попридержала вторую улыбку и удовлетворенно кивнула:

— Я пойду с тобой купаться. Если обещаешь ко мне не приставать. Пользуясь тем, что мы одни.

Сексуально озабоченный троечник несказанно удивился:

— Купаться с красивой девушкой и к ней не приставать?! Как это?

— Угу, — кивнула Настя, всё-таки поднимаясь. И крикнула,