Финалом Злодейки может быть только смерть - Gwon Gyeoeul

— Стал полезным для госпожи?

— ….Хм? — наклонила я голову, не ожидая такой реакции. — Почему ты вдруг задаешь такой вопрос?

— Если я бесполезен и лишь создаю проблемы… Отправьте меня обратно в аукционный дом…

— А.

Я сразу поняла, о чем он переживал.

— Так что тебе придется доказать мне, что оно того стоило, и эти 100 миллионов не пропали даром.

— Я не могу вечно всех уговаривать позволить кому-то такому бесполезному остаться.

Вот что я сказала в тот день, когда привела его.

Он боялся, что я вышвырну его из-за того, что он приносит мне проблемы. Меня немного удивляло, что он все еще не забыл об этом.

— Иклис.

Протянув руки к его щекам, я мягко приподняла его голову. Наши глаза встретились.

Выражение лица Иклиса вновь изменилось.

Я нежно зашептала сладким как патока голосом:

— Немедленно забудь об этом.

— …Госпожа.

— Ты для меня очень важный человек. Иначе зачем мне…

— ……

— Так сильно о тебе беспокоиться?

Дрожь серо-карих глаз, смотрящих на меня, прекратилась. В то же время я почувствовала, что Иклис перестал дышать.

Его глаза словно окутала легкая дымка.

В этот момент.

СИСТЕМА

Желаете проверить Интерес[Иклис]?

[10 Миллионов Золота] [200 Репутации]

Я медленно отвела от его лица одну руку и выбрала [10 Миллионов Золота].

СИСТЕМА

Вы потратили[10 Миллионов Золота]на проверку Интереса[Иклис].

(На вашем счету осталось: 58 000 000 золотых)

[Интерес 94 %]

‘6 %.’

Наконец-то я увижу концовку.

Моя рука, убранная с его лица, дрожала.

* * *

Несколько дней спустя.

Воспользовавшись отговоркой в виде волнения за недавно потерявшегося Иклиса, я направилась на тренировочный полигон с сумкой, достаточно громоздкой, чтобы за один раз закончить рут Иклиса.

Глава 138

*В этом отрывке повествование ведется от лица Иклиса*

Вшух-!

Прежде чем достигнуть манекена, деревянный меч остановился от него на расстоянии, равном толщине листка бумаги.

Швах-.

Полетели соломенные ошметки. Мой удар вызвал порыв ветра.

Но даже спустя время, когда ветер уже стих, соломенное чучело все так же стояло на своем месте.

Я был всего лишь на стадии размахивания мечом, однако мне все же удавалось поразить мишень не только острием клинка. Каждый раз разлеталась солома.

Нанеся удар, я с безучастным лицом опустил меч. Меня снедало разочарование.

— В последнее время ты часто витаешь в облаках.

— О чем ты так усиленно раздумываешь каждый раз, когда приходишь сюда тренироваться?

Вот что вчера сказал мне мой наставник, сэр Спенсер, ударив меня по голове деревянным мечом. Сэру Спенсеру показалось, что я не сконцентрирован на занятии. Тряхнув головой, я снова поднял опущенный меч и впился взглядом в клинок.

Впрочем, мой боевой настрой быстро сдулся. Из-за чьего-то лица, встающего у меня перед глазами вместо меча.

— Иклис.

Моя единственная хозяйка никогда по-настоящему не улыбалась, она была как бездушный кусок льда. Одинокий кусок льда. Она никому не доверяла, даже рабу, которого купила сама.

Я знаю это лучше, чем кто-либо. Она купила меня и заботится обо мне ради достижения какой-то своей цели.

Невзирая на ласковые слова, в её глазах, смотрящих на меня, никогда не было теплоты…

А я почему-то все равно жду её.

Когда она купила меня и пригрозила, что отправит обратно в аукционный дом, если я не окажусь полезным, я возненавидел её. Не только её, сразу всю Империю.

'Тупая сучка.'

Я поклялся выжать из этой дуры, купившей меня за 100 миллионов золотых, всё, что можно. Вёл себя как верный песик, лежащий у её ног, ожидая возможности сломать эту тонкую шею и навсегда покинуть проклятое герцогство и вообще Империю Инк.

Однако каждый раз когда эта девушка улыбалась, я забывал о своей клятве. Когда моя холодная и сдержанная госпожа иногда одаривает меня своей улыбкой, она кажется мне самим очарованием, как королева магов из легенды.

Когда она, закрыв глаза, что-то нежно шептала мне, я хотел отказаться от всего и просто остаться рядом. Чтобы быть её телохранителем, я начал изучать фехтование за пределами герцогства, хотя ничего и не изменилось.

— Ты для меня очень важный человек.

'Важный человек.'

Что это значит? Это значит, что я ей нужен. Раб из захваченной страны.

В отличие от других жителей империи, презрительно плевавшихся, узнав о моем статусе раба, она каждый раз отчаянно цеплялась за меня.

— Ты очень дорог мне, Иклис.

Слова Пенелопы, звеневшие в моих ушах, немного отличались от реальности. Тем не менее, мне было на это плевать.

'Я дорог моей госпоже.'

Мои мысли прояснились. Острие меча, которого я держал, задрожало.

— Даже если ты сбежишь из Империи, тебе некуда возвращаться.

Госпожа была права. Теперь моя родина полностью уничтожена и стерта с карты. Люди из Дельмана, которых я встретил, были оскорблены поражением, но, что удивительно, большинство из них действительно жило в счастье и достатке.

В отличие от бесплодных земель Дельмана, эта страна была богата ресурсами, не говоря уже об уровне жизни. Кроме того, с рабами обращались не так уж и плохо. Нам регулярно выдают зарплату, пусть она, конечно, и меньше, чем у полноценных граждан.

Некоторые даже говорили, что по сравнению с Дельманом, где все умирали от голода от засухи, это место похоже на рай. Я ничего не мог им возразить.

Живя настолько идеальной, если сравнивать с рабами, работающими на ферме, жизнью в особняке, я не имел права возмущаться.

'…Моя хозяйка делает все, чего я прошу и хочу.'

Еда, лечение, обучение и даже свободное время — у меня есть все, что другим рабам не позволено. От осознания невероятности этого факта, мне становилось всё труднее сдерживать бушующие чувства.

Когда это началось? Я больше не питаю отвращения к её загадочным мотивам, из-за которых раньше постоянно был настороже. То, что она меня использует, стало нормой.

Теперь я просто хочу быть с ней.

Все в порядке, если я без капли гордости, как шавка, преклонюсь перед жительницей империи. У меня не было денег, чтобы отплатить ей, поэтому все, что я мог сделать, это сорвать несколько цветков, сплести венок и подарить его ей, а затем грустно пореветь из-за собственной никчемности.

'…Это неважно, пока я могу оставаться рядом с ней.'

Когда я перестал видеть клинок и с блеском в глазах стал смотреть на пригрезившиеся мне волосы цвета азалии, развевающиеся в воздухе.

— Здравствуй.

За моей спиной раздался тихий голос.

Вшух-.

Я обернулся и машинально поднял меч, однако лишь для того, чтобы бросить его на землю.

Все было не так,