Хроники раздора - Letroz

а если кто-то сторонний украдёт, например, ценное кольцо, куда он отправится? — массируя начинающий ныть висок, спросила Фиона.

— Точно не к нам, — решительно заверил её Явир.

— А куда же?

— Боюсь, что мне нечего вам ответить, — вежливо улыбнулся эльф.

— А так? — Алла встряхнула одним из туго набитых мешочков, ранее выступавших в качестве приманки.

— Могу навести некоторые справки, зайдите через… — девушка добавила ещё один кошель, из-за чего Явир сразу переменился в лице. — Чёрный рынок находится в Заводском районе между мастерской големов и красильней. Не пропустите проход, он малозаметен с улицы. И ещё, — эльф достал из кармана карту наподобие игральной, — это послужит пропуском.

— Семёрка треф? — с намёком уточнила Фиона.

— Уверен, на месте вам лучше разъяснят всю эту… истерию, — уклончиво прокомментировал Явир, забирая деньги. — А теперь, если вы не против, нам лучше будет разойтись по своим делам.

***

Искомое место удалось отыскать исключительно по счастливой случайности: Хельмехунд вляпался в какую-то дрянь и пока отряхивал халат, заметил даже не проулок, а по сути щель между двумя зданиями. Причём крайне узкую и грязную. За ней и вправду виднелась какая-то постройка, а вот обходные пути найти не удалось. Пришлось, стиснув зубы, протискиваться.

— У меня сейчас столько грёбаных слов насчёт происходящего! — бурчал пироманьяк, которому приходилось следить не только за одеждой, но и за сохранностью своих взрывоопасных скляночек.

— Но ты сдержишься и оставишь их при себе, хорошо? — спросила Алла.

И хотя это было подано именно как вопрос, на самом же деле им не являлось. Фиона за эти дни уже приметила, что Хельмехунд мог вести себя сколь угодно вызывающе, но продолжалось это лишь до вмешательства жены. В этом плане пироманьяк был абсолютно, на все сто процентов, домашним и покладистым. В отличие, например, от Калиты, которая, если ей что-то не нравилось, была одним ходячим скандалом, заткнуть который не всегда удавалось даже Гонгрику.

За щелью обнаружился небольшой закуток, этакий каменный колодец с одинокой, массивной металлической дверью без каких-либо надписей или обозначений. Можно было бы подумать, что они ошиблись и зашли не туда, если бы одна из стен колодца не оказалась фальшивой, скрывая за собой вполне нормальный проход, широкий и чистый, в это место, явно предназначенный для «своих».

Стук в дверь не принёс никакого видимого или слышимого эффекта. Тогда, после чуть более внимательного осмотра Фиона обнаружила на ней небольшую прорезь, как для писем. Хмыкнув, она засунула туда выданную Явиром карту.

— Штош, — с намёком потряс какой-то колбочкой Хельмехунд, выждав секунд десять. — Значит, зайдём с огоньком…

Впрочем, этого не потребовалось. Раздалось клацанье снимаемых замков, а затем, лысый как бильярдный шар дворф, чья одежда представляла собой одни большие ножны для несчётного количества метательных кинжалов, предварительно придирчиво осмотрев гостей, без лишних разговоров впустил их внутрь, не походя забыв вернуть карту.

Чёрный рынок Заводного города оказался достаточно унылым местом, особенно на фоне цеха Благородных Воров — тёмный, грязный, совершенно неорганизованный. Торговали здесь с рук и кто во что горазд, чаще всего полным неликвидом.

Фиона, глядя на всё это, мрачно усмехнулась, припоминая свой опыт посещения Трясомора. Тот на фоне этого убожества выглядел как столица преступного мира.

Местные обитатели смотрели на гостей без злобы или страха, скорее подозрительно-выжидательно. Отправив пироманьяка с женой пройтись по округе и поискать кольцо так, жрица решила поспрашивать. Для этого обратилась она не к кому-то из торговцев, а к охраннику, который их впустил.

— Мы сюда пришли за одной конкретной вещью, — сообщила она доверительно. — У кого бы нам спросить?

Дворф молча развёл руками, указывая на торговцев. Поняв намёк, Фиона сопроводила следующий вопрос парой золотых монет.

— Свадебное кольцо с рубином в форме сердца, без особых магических свойств, просто дорогое — видели такое?

Охранник некоторое время задумчиво чесал щёку, то ли вспоминая, то ли размышляя над тем, не стребовать ли ещё денег. Наконец, он, лавируя между торговцев, двинулся вперёд и метров десять спустя указал на одного из местных обитателей по имени Даниир, чьим товаром были всякие ювелирные украшения. Никак не комментируя происходящее, дворф развернулся и, предоставив жрицу самой себе, вернулся обратно на пост.

— Кольцо. Свадебное. Краденое, — без лишних предисловий произнесла с намёком Фиона, одновременно с этими жестами подзывая Аллу и Хельмехунда.

По реакции торговца было очевидно, что он понял, чего от него хотят, но вот его губы сказали совсем иное:

— Понятия не имею, о чём вы, — Даниир указал на свой товар, — вот весь мой ассортимент.

— Можно я ему вмажу? — вспыхнул, пока только фигурально, пироманьяк, реагируя на явную ложь.

Фиона покосилась в сторону охранника, который, ощутив её взгляд, едва заметно качнул головой, и, вздохнув, попридержала Хельмехунда.

— Мы заплатим за него и уйдём, забыв, что здесь были.

Это было проявлением слабости, и торговец, конечно же, мгновенно это почуял, осклабившись по акульи.

— Специальный товар требует специальной оплаты.

— Сколько?

— Три тысячи авансом и столько же после того, как я отыщу нужный товар.

— «Отыщете»? — удивлённо переспросила жрица.

— Специальный товар — специальные условия, — повторил Даниир.

Фиона фыркнула и, ничего не говоря, отпустила Хельмехунда.

— У меня тоже есть специальные условия, — ухмыльнувшись, сообщил тот, — я могу уйти отсюда с кольцом или с кольцом и твоим, мужик, скальпом. Выбирай.

— Боюсь, — торговец мерзко ухмыльнулся, видя, как его «коллеги» тянутся за оружием, — мы так ни о чём не договоримся. А цены ведь растут. Знаете ли, одно право отсюда выйти тоже может стоить денег.

На неприкрытую угрозу Хельмехунд отреагировал тем, что мгновенно пошёл ва-банк. Он достал из халата особо цветастую склянку и на манер гранаты поднял её над головой, пальцем придерживая пробку.

— Внимание! — рявкнул пироманьяк во всю глотку. — В этой грёбаной склянке спрятан ящик грёбаного динамита! И хотя она стоит грёбаную кучу золота, я использую её только ради того, чтобы посмотреть, что от вас, грёбаные прохиндеи, останется! — он мерзко ухмыльнулся. — И, между прочим, при мне ещё три таких!

Это несколько поумерило пыл окружающих, но не настолько, чтобы они согласились просто так взять и отдать кольцо.

— Мы всё ещё согласны заплатить, — попыталась разрешить конфликт дипломатически Фиона. — Три тысячи или шесть —