Электро/Наномант/Блогер - Константин Владимирович Ежов

сохранения текущей ситуации в организме. Некий аварийный режим спасения человека при критических повреждениях. Вроде искусственного летаргического сна, с одновременной принудительной остановкой движения всех биологических жидкостей. Честно говоря, сколько она в этом состоянии сможет пробыть без необратимых изменений, даже не представляю.

— Хочешь сказать, она может умереть?

— Ваше величество, думаю да.

— Мне специалисты, после обследования примерно это и сказали. Биологические процессы в ней хоть почти и остановлены, но всё же идут. Включить её обратно можно?

— Наверное, — ответил неуверенно.

Откуда мне это точно-то знать!

— Попробуешь?

— А её остановить после этого будет возможно, ваше величество? Что-то там, в Африке, ничего даже близко не выходило.

— Сейчас мы знаем, она человек. Ну, так, в широком понимании этого слова. Организм у неё отличается сильно, от классического. Но это ни о чём не говорит. У нас в «первом круге» сам чёрт ногу сломит, но всё же таких отличий нет. Представляешь, все её системы автоматизированной двигательной активности вынесены из головного мозга, в целую сеть развитых нервных узлов по всему организму. Впрочем, и та часть гормональной системы, располагающаяся у обычного человека в голове, тоже. Там оставлен, почти чистый интеллект. Трудно себе представить, но и устройство её глаз настолько отлично, что и подумать трудно, хотя на вид они почти идентичны с нашими. Большая часть обработки изображения сосредоточено в них же, что позволяет ей воспринимать куда более широкий оптический спектр, да и чувствительность просто феноменальная. Это же и с органами слуха, обоняния и вкуса. Нюх у неё получше, чем у собаки. Есть правда одно странное «но», отсутствует вся периферическая нервная система, а вместо этого какая-то искусственная штука. Будто бы похожую на некую недавнюю японскую разработку. Это, по словам специалистов. Она же частично заменяет нервные ткани и в позвоночнике, а даже в головном мозге. Потеря одного сердца для неё не фатальна, да и восстанавливаться оно должно, как и любые другие части организма, кроме головы естественно. Хотя, с последним не уверен, возможно, даже там частичное восстановление. И о таком мне говорили, но верится в это с трудом.

— Ваше величество, может из-за той искусственной штуки как раз и существует эта возможность отключать её. Вдруг она какой-то их киборг.

— Чей?

— Да откуда мне знать⁈ Но откуда-то она же появилась на Луне! Ваше величество, вы тут упомянули, что здесь могут то, что нигде больше.

— И что?

— Да я про упомянутый вами чистый интеллект. Очень даже подходящая штука для эспера. «Звёздная принцесса» же не относится к «кругам» и значит, мне такую генетику примерить можно.

— Мы же почти ничего не знаем, как работает её тело и обеспечивает функционирование организма та странная нервная система.

— Но ведь если подумать, естественную её замену создать можно, пусть и не так эффективно.

— Если подойти к вопросу с этой стороны…. Ты хочешь стать подопытным кроликом?

— Не совсем. Но такой костюмчик поюзать хотелось бы! Плюшки обещают быть большими. Во всяком случае, со временем. Да и не думаю, что перестанете за мной наблюдать. А так, получим и обкатку в реальных условиях. Возможно, придётся что-то исправлять, но сами посудите, какое будет преимущество, если что, для наших эсперов, перед забугорными.

— Это-то да, но ты уверен? Ведь структура её мозга сильно отличается и как это скажется на тебе самом при переделке, не известно. Может, с ума сойдешь.

— Ваше величество, волков бояться — в лес не ходить?

— Весь в деда, такой же авантюрист. Он же из-за этого так своего рода и не завёл. Ты-то хоть таким не будь. Пойми, как наше воздействие отразится на твоём третьем атрибуте, не скажет никто. И может так статься, что твой ангел хранитель больше не сможет тебя спасти, и всё, финита ля комедия. Это всё не шутки.

— Вы знаете, что он такое⁈

— Ты про что? А…. Да. Назвали его давно «зеркалом». Ты знаешь, какие существуют поверья вокруг этого предмета? И именно ты им и стал и «зеркало» то не твоё. Именно через него теперь твоя защитница и контролирует состояние организма некоего Рема Имелсовича Щени. С одной стороны, ты забираешь у волшебников их силу, с другой оставляешь на себе их метку на всю оставшуюся жизнь. Учти, энергию характерную для их способности, а не её саму. Естественно, от этого и умираешь. Вспомни Тверь.

— Ваше величество, там было не так, умирать пришлось, чтобы другие не погибли, и это было древнее знание другого волшебника. Я, как эспер, этого не мог знать вообще!

— Это ничего не говорит о твоей способности, а только о мощи волшебницы. Похоже, это была даже не вся энергия «шестёрки», раз она продолжала поддерживать в тебе жизнь. Сам представь её величину, раз Ефросинья тебя ей в Ширване накачала так, что аж спутники посбивал. Тем более обучать её надо. Отправим ка её подальше, в Японию, например.

— Зачем? — ошарашенно задал вопрос.

— Во-первых, ты же сам хотел, чтобы она стала телепортером. Очень даже повод ввести её обратно в «круги», особо не привлекая внимания. Во-вторых, если что, мне эту страну не жалко. А с тобой поступим так. Поговорю ка я со специалистами, и если они дадут хоть немного шансов на успех, то получишь ты «звездных» генов. Но особо для тебя уточняю, ты теперь Рэм Имэлсович Щеня и никто не должен даже заподозрить, что это не так, и Ефросинья в том числе. Особенно если метка сбросится. Если всплывёт твоя связь с Трифоном Агафоновичем Захаровым, выкручиваться будешь сам.

Глава 72

Вот так началась моя жизнь после смерти. Из-за моей просьбы, начало «операции» отложили. И заявил мне это мужчина со стильно постриженной бородкой, судя по одежде и поведению, привыкший за собой следить, и не допускать даже намёка на неряшливость.

— Что-с, молодой человек? Как мне сказали, вас зовут Ремом. Позвольте представиться Ерофей Сильвестрович. Психолог. Непосредственно вашими изменениями заниматься не буду. У меня куда более важная задача. Сохранение вашей личности в первозданном виде, — проговорил он, задумчиво смотря внимательно мне в глаза.

— Э…. В каком это смысле? — проговорил неуверенно в ответ.

Что-то мне его слова ничего успокаивающего не напомнили.

— В самом наипрямейшем! Знаете, давно перед нами столь сложных задач не ставили. Если говорить честно, данная «операция» хорошо проработана и стала