"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

Тамир Вай Угаши… Я с трудом вспомнил, о ком вообще говорила моя собеседница. Да, был такой пленник, захваченный отрядом Сержанта по дороге к Южным Руинам. Мой хозяин в итоге того шерха пожалел и отпустил восвояси. Зря, выходит. Я недовольно оскалился. Излишняя мягкотелость Зверолова уже не в первый раз дорого обходилась остальным членам альянса. Пожалуй, нужно будет очень серьёзно поговорить с Сержантом, когда я до него доберусь.

Разговаривали мы с Анитой Ур-Вайе и на другие темы. Я объяснил своё присутствие в храме, рассказал про моих спутников и про данное мне валларом поручение. Уже совсем скоро, наверное даже завтра, все мои рогатые подопечные достигнут двадцать пятого уровня, после чего смогут уйти в большой мир, а моё задание будет считаться выполненным. На вопрос девушки, что демоны собираются делать в большом мире, ответа я не знал. Ни разу никто из тройки демонят не заикнулся о том, что хочет дальше идти со мной или желает присоединиться к «Альянсу Неудачников». По-видимому, у жутковатого валлара имелись на демонов свои собственные планы, и моя роль заканчивалась сразу после прокачки подопечных до необходимого для выхода в большой мир уровня. А вот поварёнка Пино Ва-Ри я бы хотел увести с собой, как планировал вывести в большой мир и саму Аниту. На быстрых стайных гончих мы достаточно быстро догнали бы остальную группу, тем более что приблизительно знаем направление их движения.

Анита нисколько не возражала против того, чтобы вместе со мной искать Сержанта, лишь поделилась своими страхами:

– А что, если мы не успеем найти остальных друзей до наступления холодов? Сержант утверждал, что зима наступит очень скоро, всего через тринадцать дней, причём будет очень лютой!

Я не успел поинтересоваться источником такой удивительной осведомлённости моего хозяина, поскольку стало совершенно не до того. Наша группа проезжала по какому-то извилистому оврагу с крутыми склонами слева и справа, как вдруг впереди всего в тридцати метрах от первых гончих полыхнула стена ослепительно-яркого огня! Пламя перегородило весь проход, причём языки пламени взвились на высоту более пяти метров. И через пару секунд такая же стена огня вспыхнула за нашими спинами. Ловушка!!!

Наш отряд остановился, шерхи и демоны крутили головами в поисках противников, устроивших нам западню.

– Вот это да, что это ещё за чудеса? – раздался удивлённый голос откуда-то сверху. – Ловили группу людей-всадников, а поймали отряд шерхов. А ну-ка быстро отвечайте, из какого вы гарнизона, и кто ваш командир? И почему вы используете ящеров для передвижения, а не ходите пешком, как велят нам законы и традиции нашего народа?

Что? Он принял нас за отряд шерхов? Хотя… я ушёл в скрытное состояние и в дополнение активировал полупрозрачность, едва впереди полыхнул огонь, двое в группе действительно были шерхами, а демоны… лично мне они по-прежнему виделись демонами, но кто знает, какими моих подопечных видели шерхи? После секундной растерянности на меня накатила весёлость. Неужели шерхи нас отпустят после короткого расспроса? Ведь можно достаточно убедительно соврать про гарнизон и командира, да и придумать что-то правдоподобное насчёт взятых в бою с «Новыми Фараонами» в качестве трофеев ездовых ящеров.

Но вот Анита Ур-Вайе при звуках этого властного голоса наоборот обречённо застонала и кажется вмиг потеряла всякую надежду на спасение и желание сопротивляться. На мой вопрос, что происходит, девушка тихо ответила, что встретили мы не просто какую-то группу, а элитный отряд Великого Вождя всех шерхов Инвира Ур-Гее – старшего среди лидеров кланов и ревностного хранителя традиций народа шерхов. Который неминуемо казнит нас всех уже за то, что воспользовались ездовыми ящерами, хотя традиции запрещают шерхам использовать приручённых животных.

Шерхи не приручают зверей? Я на секунду задумался и сообразил, что действительно за всё время в песочнице ни разу не встречал приручённых шерхами животных и даже не слышал о таком. И сам Великий Вождь с элитным отрядом бойцов устроил ловушку. Признаться, в первые секунды после появления преграждающей нам путь стены огня я думал воспользоваться карточкой-артефактом с заклинанием «Водопад» и погасить пламя, после чего скомандовать спутникам прорываться вперёд. Но лучшие лучники-шерхи истыкают нас стрелами быстрее, чем отряд покинет этот узкий овраг.

Навык Чуткое Ухо повышен до тридцать шестого уровня!

Я расслышал, как стоящий рядом с Великим Вождём шерх взволнованно произнёс, что на одном из всадников надета кожаная броня его сына! Только этого нам не хватало… Неужели с моей «удачей» мне не посчастливилось встретиться с отцом того подонка Арведо Ун-Понара? А ведь точно, его сыночек говорил про то, что отец стал советником Великого Вождя. Да, тут расспросов было не избежать, и миром дело точно не кончится. Но и силой тут тоже было не справиться. Нет, тут нужно было действовать по-другому… Ревностный хранитель традиций шерхов, говоришь? Что ж, стоит поговорить с ним о том, насколько сам Великий Вождь соблюдает традиции своего народа.

– Анита, срочно дай мне свой чёрный костюм!

– Что? – откровенно растерялась длинноухая Охотница. – Но… как же я? У меня ничего другого нет, я выкинула те старые порванные тряпки!

– Переждёшь в невидимости, это недолго. А мне нужно поговорить с вашим вождём, не могу же делать это голым! Да развевайся уже скорее, а то ваш вождь начинает терять терпение!

Анита ушла в невидимость, и почти сразу после этого возле меня на седле ящера возникли тёмные одежды. Отлично!

Обращение в шерха!

Навык Магия Превращений повышен до двадцать шестого уровня!

Навык Оборотень повышен до тридцать девятого уровня!

Костюм оказался несколько тесноват, хотя и неплохо растягивался. Главное у него имелся капюшон, которым я прикрыл рыжие волосы, совершенно неестественные для шерха. Да и то, что над моим персонажем обычно не писалось игровой информации, когда я не находился в облике котёнка, было очень мне на руку. Уже через пару секунд на земле возле кажущейся пустой стайной гончей проявился паренёк-шерх, повернулся направо в сторону слышащихся сверху голосов и склонился в уважительном поклоне.

– О, Великий Вождь Инвир Ур-Гее, я обязательно подробно расскажу и о своём командире, и о клане, а также о захваченных в качестве трофеев ящерах. Но, прошу, рассуди сперва наш спор, ведь кто как не ты являешься лучшим знатоком традиций народа шерхов.

Судя по всему, мне удалось удивить собеседника. Однако вскоре послышался ответ вождя, согласившегося рассудить спор по поводу традиций.

– Великий Вождь, дай свой ответ, какое наказание предусмотрено за нарушение запрета разговаривать на языке шерхов в присутствии чужака из другой расы? Особенно когда таких чужаков несколько?

На этот раз Инвир Ур-Гее не раздумывал ни секунды:

– Позволить чужаку услышать наш язык – это серьёзное нарушение законов, даже если случилось такое по незнанию или случайно. А уж если подслушавших наш язык чужаков было двое или больше, то наказанием может служить только казнь провинившегося с последующим изгнанием из клана. И другой клан не вправе принять такого изгнанника, пока тот не искупит вину долгими и тяжкими работами на благо новой семьи.

– Я понял, Великий Вождь, – молодой шерх снова низко поклонился. – Но бывают ли исключения из этих правил для высокопоставленных военных лидеров или глав кланов? Могут ли они нарушить этот строгий закон потому, что занимают высокое положение?

– Нет, конечно! – аж вскричал мой всё ещё невидимый собеседник. – Наоборот, чем выше должность шерха, тем строже с него будет спрос. Но скажи мне, отрок, правильно ли я понимаю, что ты хочешь сообщить о случае нарушения древнего закона?

– Да, Великий Вождь! Я хочу сообщить о нарушении закона. И преступник, позволивший услышать язык шерхов сразу четырём чужакам, это ты сам!

Я, уже не скрывая довольной улыбки от уха до уха, скинул капюшон с головы и попросил своих подопечных отключить маскировку, после чего со всех сторон раздался синхронный вздох удивления. Похоже, шерхов вокруг нас собралось много. Очень много. И все они своими ушами слышали, как ревнитель традиций Великий Вождь сам нарушил закон и тем самым приговорил себя к смерти.