Аланар. (Тетралогия) - Форш Татьяна Алексеевна

Барга вскинул голову.

– Хорошо! Можешь на меня положиться. Я сам ее найду и приведу к тебе!

– Вел, а тебе не кажется, что нам бы тоже хотелось поучаствовать в этой заварушке? – подал голос Лендин из своего угла.

– Да! Мне Великая как сестра! Я за нее кому угодно башку оттяпаю! – запальчиво вскинулся Крендин.

– А мне она, вообще, родная подруга! – поднялась Светлая.

– Действительно, чего мы титьки мнем? Айда веселиться в Великоград! – радостно вскочил Лендин.

– Ага! Сейчас вот этой развеселой кодлой и попремся! – фыркнул Велия, понимая, что еще чуть-чуть, и он сойдет с ума.

– А что ты имеешь против нашей помощи, Велиандр? – обиделся Ларинтен.

– Ну-ка, цыц – не выдержал Владыка. – Велия, раз так неймется, предлагаю вот что! Барга пойдет один, все узнает и вернется к нам, а там уже решим! К тому же, после полуночного часа пробраться туда будет легче. Люди в это время почти всегда спят.

– Отличное наблюдение! – тихо хихикнул Степан.

– Хорошо! Я постараюсь найти Великую и буду в полночь у городского портала. – Барга тяжело поднялся и, ни на кого не глядя, пошел к выходу.

Велия проводил его взглядом. Когда за ним захлопнулись двери, он уселся в кресло, плеснул себе вина и залпом выпил.

– Офигеть!

Битый час я пыталась перетереть о ножку кровати тонкую, но на удивление прочную цепь, когда скрипнувшая дверь заставила меня запрыгнуть на постель и зарыться в одеяло. Изобразив коматозный сон, я, навострив уши, нащупала метательные ножи, не замеченные моими тюремщиками, и принялась ждать.

Дверь, тихо стукнув, закрылась, и по полу зашаркали шаги. Вытащив нож, я перекатилась в дальний угол гигантской кровати, и теперь любого, кто вознамерился бы меня достать, ожидали метры перины и подушек.

Выставив перед собой руку с зажатым в ней ножом, я с удивлением смотрела как ко мне, потешно переваливаясь, шагала невысокая полноватая фигура, замотанная в длинную темную шаль.

– Эй, девонька? Ты где? А мне Татуф сказал – пленница новая! Опять живодерничать будет! Ох, изверг! Суда на него нет! – Голос Хевы я бы узнала из тысячи. – Девонька? Спишь?

Тихо матерясь на любвеобильных людских монархов, я торопливо поползла к краю. Настоящая полоса препятствий, а не кровать!

– Хева?! Хева!! Я тут… я сейчас… ай, черт! Это я! Как ты меня нашла?

Старая нянька, скинув с седой головы шаль, подслеповато сощурилась, подошла поближе и расплылась в морщинистой улыбке.

– Да неужто? Ты ли это, деточка? Или мои старые глаза решили сыграть со мной злую шутку?

– Да я это, Хева, я! – Я спрыгнула с кровати и, звеня цепью, кинулась старухе на шею. – Снова попала в лапы к очередному маньяку!

Хева расцеловала меня, утерла мокрые щеки и, старчески кряхтя, села на кровать.

– Ох, ты ж, вот беда! Как же тебя угораздило-то попасть к этому бесу в лапы? Ох, сколько он уже народу поизве-о-ол, жуть! Управы на него никакой! Жалко, молодой господин умер! Он бы тебя в обиду не дал! А как он тебя люби-и-ил! – нянька тихо зарыдала, тряся седой головой.

Сердце стукнуло в последний раз и замерло.

– Как умер? Когда?!

Хева подняла на меня слезящиеся глаза.

– Недели две назад! Пришел Татуф веселый, всей прислуге рубней золотых насыпал и говорит: «Все! Хвала Всевидящему! Убили полукровку!» Готовь, говорит, Хева, тронный зал к началу Холодня! Будем Баргу короновать! – старуха снова утерла с морщинистых щек слезы и тяжко вздохнула. – Вот так-то, девонька!

Я облегченно выдохнула:

– Да нет, Хева! Велия жив и здоров и, надеюсь, скоро будет здесь! И в начале вашего Холодня будете короновать его, а не Баргу! Уж поверь мне!

Нянька недоверчиво посмотрела на меня и робко улыбнулась:

– А ты не брешешь? Правда, мой мальчик жив?

– Хева, если бы с ним что-нибудь случилось, неужели я бы так спокойно сидела здесь, дожидаясь какого-то там обряда! Поверь, я делаю это исключительно для того, чтобы лишний раз позволить ему меня спасти! Правда-правда! – с железобетонной уверенностью заявила я… и сама себе поверила. И все проблемы стали такими маленькими! Действительно, чего я паникую? Ведь у меня есть такой рыцарь на коне… гм… на посохе!

– Деточка, ты вернула мне жизнь! Я побегу, скажу всем, что господин жив и возвращается!

– Куда? Ночь на дворе!

– Такая новость всегда к спеху!

– Тогда беги. Только, Хева, у тебя нет ничего попить? – взмолилась я, тронув няньку за руку.

Старуха хлопнула себя по лбу.

– Совсем забыла! Татуф велел принести тебе еду! – Она резво добежала до двери, чем-то звякнула, подняла большое блюдо и подошла ко мне. Поставив его рядом со мной на кровать, она звонко шлепнула меня по рукам, которые уже потянулись за фруктами. – Ничего не бери! Я видела, как он чем-то посыпал продукты и питье.

– А зачем тогда ты…

– Положено! Пусть, если за мной следят, видят, что я исправно выполняю его приказы! А то, если меня посадят в темницу, я уже больше тебе не помогу!

– Тебе в разведку надо было!

– Так мне лет-то – всего к пятистам только подкатило! Все эльфов хают, а без их крови я бы уже давно на погосте обитала! – поделилась она. – Может, еще и на твою разведку поработаю! Я служанка хорошая! Ты за меня спроси!

Я кивнула:

– Спрошу! – и с сожалением вздохнула, глядя на испорченную еду.

– Совсем ты меня заболтала! – снова спохватилась Хева. – Я ж взамен ентой гадости молочка прихватила. Я так многим уже приносила поесть-то, а Татуф не знал!

Она выудила откуда-то из-под юбки два небольших пузырька с чем-то белым и протянула мне.

– На, пей быстрее! Я их с собой унесу, а то, не дай Всевидящий, кто узнает!

Я с наслаждением выпила молоко, отдала склянки и попросила:

– Попробуй найти мне кинжал.

Она молча кивнула, тенью скользнула к двери и скрылась.

– Вел, что ты делаешь?

Голос отца заставил Велию выплыть из омута воспоминаний.

– А, бесы! – Он сжал кулак, потушив язычок пламени, лижущий ладонь.

– Нервничаешь?

– Веселюсь!

– Правильно, Вел, надо потренироваться, перед тем как сжечь все их змеиное логово к бесовой маме! – резко хохотнул Лендин.

– Дождись полуночи! Узнай все, а потом и тренируйся! – заметно волнуясь, несколько грубовато отрезал Владыка.

Велия поднял на него больные глаза:

– Не могу ждать!

– Прекращайте истерику! – зло выпалила Светлая.

– Полночь уже скоро, может, пойдем к порталу? – предчувствуя, что бойня начнется прямо здесь, примирительно предложил Крендин. Все словно ждали этого и торопливо вышли из комнаты.

Навстречу им неторопливо прогуливающиеся попадались группки и парочки. Завидев странное шествие, возглавляемое Владыкой, они с почтением замирали в поклонах, но Пентилиан их не замечал, быстро шагая вперед. За ним полночными тенями молчаливо спешили остальные.

На возвышении у городского портала несли караул четверо стражей, которые тотчас удалились, следуя жесту Владыки.

– Осталось несколько минут. Подумай, кого ты в случае чего возьмешь с тобой? – обратился он к сыну.

– Мне все равно!

– А что тут думать, мы с Креном пойдем, – вылез вперед Лендин. – Вел, тебе наши топоры пригодятся?

– Пригодятся! Да, и к слову. Я взял с собой только меч, кто-нибудь поделится со мной оружием?

Гномы переглянулись.

– Зачем тебе оружие? – закатил глаза Пентилиан. – Запомни, твое оружие в магии! Ты – маг, а не наемник!

Велия смущенно улыбнулся, вешая на пояс топор, который с видимым сожалением отдал ему Крендин.

– Привычка! Мне так спокойнее, чем с посохом. Я, конечно, вспомнил, для чего он нужен, но иногда так и тянет использовать его, как боевой шест бесов.

Владыка, покачав головой, только махнул рукой.

– Мы ничего не забыли? Зелья?