Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ) - Priest P大

​​​​​​​5 六博 (lùbó, liùbó) — шестёрка (назв. древней игры в шашки с выбросом счётной бирки).

Однако, лишь зритель Сюань Цзи и сам Шэн Линъюань могли слышать крики духа меча. Юный Шэн Линъюань вновь проигнорировал его и продолжил без всякого выражения:

— Ваш сын пропустил урок, потому что слишком заигрался. Он признает свою ошибку и просит матушку как следует наказать его.

Дух меча еще больше разозлился.

 «Но князь Нин сам попросил об этом! Почему это ты должен признавать свои ошибки? Вонючий Линъюань, как же ты меня бесишь!» — кричал он.

— На колени, — властно произнесла императрица.

«Не вздумай!» — не унимался дух меча.

Но Шэн Линъюань не произнес ни слова. Он подобрал полы своих одежд и опустился прямо на холодный пол.

Пристально глядя на мальчика, императрица Чэнь медленно спросила:

— Чья была идея поиграть в любо?

«Князя Нина!» — во весь голос закричал дух меча. Будто бы он мог прорваться сквозь тело юного Шэн Линъюаня и заставить всех себя послушать.

— Вашего сына, — спокойно ответил Шэн Линъюань.

«Это князь Нин! Это князь Нин! — видя, что Шэн Линъюань не обращает на него никакого внимания, дух меча вновь заголосил. — Это был князь Нин!»

Примерно понимая, что здесь происходит, Сюань Цзи чувствовал себя крайне странно. В отличие от старого дьявола, этот ребенок был таким покорным... Как его юная версия могла быть такой?

Выслушав мальчика, императрица Чэнь лишь многозначительно охнула.

— Разве не дух меча подговорил тебя?

Юный Шэн Линъюань потрясенно вздрогнул. Он тут же поднял на женщину глаза.

Прячась внутри его сознания, Сюань Цзи встретился с хмурым взглядом императрицы. Он не знал, чувствовал ли это сам Шэн Линъюань, но, даже будучи взрослым, Сюань Цзи подумал о том, что глаза императрицы были какими-то странными.

Она не была похожа на строгую матушку, досадовавшую на то, что железо не становится сталью​​​​​​​6. И она не была похожа на мать, смотревшую на своего симпатичного, но бесполезного ребенка…  Нет, не так. Глядя на него, она больше напоминала мачеху.

​​​​​​​6 恨铁不成钢 (hèn tiě bù chéng gāng) — букв. досадовать, что железо не становится сталью (ждать от человека слишком многого).

Ее взгляд был полон ненависти и невыразимой злобы. Она смотрела на Шэн Линъюаня, как змея, поймавшая свою добычу. И особенно это стало заметно, когда она упомянула дух меча.

— Матушка…

— Твой дух меча всего лишь заготовка, кроме того, он демон, а демонов трудно приручить, — прошипела «змея». — Я много раз говорила Дань Ли, что этот проклятый меч необходимо запечатать. Когда ты сможешь поднять этот клинок и освободить его? Не затягивай с этим.

— Матушка, — тихо отозвался Шэн Линъюань. Мальчик с силой сжал спрятанные в длинных рукавах кулаки и постарался сделать вид, будто ничего не произошло. — Ваш сын подумал о том, что глупому духу меча будет скучно играть в любо одному, поэтому он отправился на поиски старшего брата, вместо того, чтобы заниматься делами. Ваш сын готов понести...

Вдруг, его волос мягко коснулась холодная рука. Шэн Линъюань напрягся.

Пальцы медленно пробежались по его голове и опустились на лоб. Внезапно, острые ногти женщины посинели и безжалостно вонзились в нежную кожу, будто пытаясь добраться до прятавшегося в море знаний духа меча.

Избалованный Шэн Линъюанем дух меча тут же пришел в ярость и закричал: «Печать! Ты позволил ей запечатать меня, юный господин! Вот же старая ведьма!»

Испугавшись, юный Шэн Линъюань инстинктивно схватил императрицу Чэнь за руку, но на его пальцы моментально обрушилась линейка.

— Матушка!

Императрица Чэнь опустила линейку и, приподняв ею лицо сына за подбородок, посмотрела на мальчика сверху вниз.

Вдруг, словно из ниоткуда появилось несколько охранников в черном. Ни слова не говоря, они тут же схватили Шэн Линъюаня. В море знаний мальчика появился странный талисман. У Сюань Цзи потемнело в глазах. Внезапно ему показалось, будто он обрел сущность. Но эта сущность была грубо скомкана и засунута в маленькую запечатанную коробочку. Она немедленно лишилась всех чувств и способности двигаться.

Сюань Цзи занервничал. Это напоминало пытку «сенсорной депривацией»​​​​​​​7, получившей широкое распространение во времена Второй мировой войны. Но ведь в реальной жизни эта процедура не была такой основательной.

​​​​​​​7 Сенсорная депривация — это частичное или полное лишение органов чувств внешнего воздействия. Человек полностью изолирован от каких-либо внешних раздражителей: звуков, запахов, визуальных образов или тактильных ощущений. Это можно сделать при помощи камеры сенсорной депривации. КСД представляет собой бак, внутрь которого не проникают звуки, свет и запахи. Бак заполняется раствором высокой плотности (чаще всего раствором английской соли), температура которого соответствует температуре человеческого тела. Внутри такого бака человек чувствует себя словно в невесомости.

Это было самое настоящее запечатывание божественного сознания. Однако дух меча был всего лишь ребенком с неокрепшей психикой.

Сначала маленький дух страшно ругался, но надолго его не хватило. Он замер и его охватила безмолвная паника. Сюань Цзи хорошо слышал, как он плакал и просил о помощи, а потом принялся бормотать всякие глупости. Воспоминание начало расплываться. Темнота наполнилась образами, тут и там возникали странные видения, и вскоре все вокруг заполонили непонятные звуки. Даже Сюань Цзи, чужак, начал терять чувство времени. Несколько мгновений спустя он уже не мог точно сказать, было ли все происходящее иллюзией или чем-то еще.

К тому моменту, как дух меча вернул себе способность мыслить и позволил Сюань Цзи «прочитать» его воспоминания, прошло полгода. Вновь глядя на мир через призму Шэн Линъюаня, Сюань Цзи решил, что Его маленькое Высочество вырос более, чем на цунь.

Собрав всю необходимую информацию, юноша узнал, что дух меча провел взаперти всего три дня и был освобожден Дань Ли. Дань Ли напоминал спустившееся в мир божество. Он не знал ни радости, ни печали. Его видели в гневе лишь раз, когда он, вместе с группой заклинателей ворвался во дворец с мечом в руке и заставил бывшего императора отречься от престола.

Люди и лошади​​​​​​​8 разделились на два лагеря. Около двух часов Дань Ли тайно беседовал с императрицей Чэнь. Никто не знал, о чем они договорились, но в тот день Дань Ли незаметно увел маленького принца. Их с императрицей пути разошлись, отныне, каждый должен был действовать сам по себе. Каждый сосредоточился на том, чтобы отыскать верных помощников из числа людей.

​​​​​​​8 人马 (rénmǎ) — люди и кони (обр. о войске, армии).

Проведя в заточении три дня, дух меча замолк на целых полгода. Казалось, он и вовсе умер. Все эти полгода Шэн Линъюань ни разу не сомкнул глаз. Каждую ночь он изо всех сил старался усмирить свое божественное сознание. Но его осторожные попытки в самосовершенствование больше не вызывали у духа меча никакой реакции.

Когда дух меча, наконец, проснулся и ласково назвал его «Линъюань», Шэн Линъюань так растерялся, что даже не успел ему ответить. Услышав слабый голос, юный принц на мгновение остолбенел. Но когда до его ушей снова донеслось «Линъюань», мальчик свалился лошади. Он так туго натянул поводья, что те едва не порвались.

Этот урок научил Шэн Линъюаня скрывать свои эмоции, ни одно из семи чувств не должно было отражаться на его лице. С этого момента он больше никому не показывал своего отношения. Никому, кроме духа меча, связанного с его разумом. И так продолжалось до тех пор, пока он не пришел к власти.

В те годы он был уже больше похож на знакомого Сюань Цзи старого дьявола.

Сюань Цзи проследовал за ним по воспоминаниям от начала и до конца. Его грудь, казалось, была набита ватой, он не мог дышать. Юноше некуда было выплеснуть свой гнев, и он не знал, на кого ему следовало сердиться. Перебирая все эти смутные видения, Сюань Цзи никак не мог понять, куда он должен был смотреть.