Экономика каменного века - Маршал Салинз

t' (первая стадия) 'у

Второй тур предназначен для ^уу того, чтобы доставить чаши (;) в

общину В (и у в общину Т). Он уже ЛА7 представляет известные трудности

— не непреодолимые, но симптома- тичные, указывающие на

тормозящие факторы, которые накапливаются внутри системы, и на ее конечную участь. Но при данных условиях выбор невелик. Деревня С вряд ли возьмет изделия г у В в обмен на ^ так как С сама производит z; стало быть. В, стремясь получить ^ может только снова предложить у деревне С, при том что часть t уже

кика к«м«нного века

•ЦМОДИТся во владении С. Точно так же Т передает С еще Т чтобы получить у. Это сцепа-4Мк и цепь из трех деревень замкнулась: предметы с одного терминала (А все еще не (усствует) поступили на другой:

деревни: А В С Т

Т

предметы специализации:

/

импорт: z у (весь процесс): Г 'у у-*-у

Цепь замкнулась, но, похоже, и процесс кончился. В этой точке В (бусама) оказывается в ситуации смятения на фоне общего распределения специализированных изделий И импорта; для нее возможности участия в последующей торговле драматически сошли Ив нет. В (бусама) не может пустить в оборот ничего такого, чего уже не было бы в распоряжении других, идущих за ней звеньев цепи, С и Т (причем, вероятно, в количествах, пропорциональных их территориальной близости с В), Отсюда стратегическое значение деревни А, горшечников, для бусама. Для бусама возможность продолжения участия I обменной цепи состоит теперь в выходе из нее и в инициации торговли с А; по- другому можно сказать, что сохранение торговой системы в целом зависит от ее расширения. И на »том стратегическом поворотном этапе керамика деревни А должна представлять для В не только потребительскую стоимость, но также товар, подлежащий обмену с деревнями С...Т и представляющий ценность в качестве обменного эквивалента имеющимся у них товарам. Трансакция между В и А вступает в игру и выставляет керамику А в противовес юст остальным товарам, уже циркулирующим в системе. Отсюда — обменные курсы, неблагоприятные для товаров В (бусама), и ее потери сточки зрения трудовой «стоимости».

Можно ли на основе этой абстрактной модели делать проекции в неизвестную нам историю? Состоящая на начальных стадиях из нескольких общин торговая система типа Хуон скоро должна ощутить сильнейший импульс к расширению: стремиться разнообразить Предметы, циркулирующие в обмене, за счет распространения обменной сети в пространстве. В особенности, периферийные общины, чья позиция в качестве участии ков торга неопределенна на начальных стадиях процесса, оказываются вынужденными искать все дальше и дальше новые предметы обмена, которые можно было бы пустить в ход. Сеть как бы сама себя растягивает в своих крайних точках, путем простейшего расширения рецип- рокности, приобщая к процессу новые и, что не без основания подчеркивается, по преимуществу экзотические общины, способные поставлять экзотические предметы.

(Эта гипотеза может и по другим причинам быть привлекательной для тех, кто изучает меланезийское общество. Столкнувшись с обширными сетями обмена, такими как кула, например, антропологи бывают склонны сразу же преувеличивать сложность «местной интеграции» и удивляться тому, откуда она могла взяться. Достоинство описанной выше динамики состоит в том, что она делает простое сегментарное разрастание системы торговли, к которому меланезийские общины хорошо приспособлены, также и организационным усложнением.)

Но экспансия, организованная таким образом, должна в конце концов определить пределы самой себе. Инкорпорирование внешних общин достигается только за счет значительных затрат тех деревень, которые располагаются на границах первоначальной системы. Перенося вовне спрос, уже порожденный внутренним перераспределением предметов локальной специализации, эти периферийные общины развивают внешние связи на условиях, весьма невыгодных для них самих с точки зрения трудовых стоимостей. Процесс распространения, благодаря этому, ограничивается экологическим периметром. Такая экспансия может длиться достаточно долго, пока она охватывает районы с высокой произво­дительностью, но, вторгаясь в маргинальные экологические зоны, она не способна продолжаться. Общины маргинальной зоны могут быть просто счастливы включиться в систему на предлагаемых им выгодных условиях, но сами они не в состоянии обеспечить дальнейшее продвижение. Это не значит, что они, сделавшись теперь периферийными аванпостами системы, не смогли бы предпринимать никаких торговых операций за ее пределами. Это значит только то, что система обмена, организованная так, как она организована — в виде взаимосвязанных, подчиненных унифицированной процедурной форме и регулируемых унифицированными курсами обмена потоков товаров, — здесь обнаруживает естественный предел. Товары, пересекающие его, должны уже обмениваться по другим процедурным формам и на других условиях, т. е. они уже переходят в другую систему.'

Дедукция, таким образом, снова смыкается с реальностью. Экологическая структура системы Хуон как раз такая и есть, какой должна быть теоретически: сравнительно богатые деревни в центре, сравнительно бедные — в крайних точках, и по условиям обмена, поток ценностей и стратегических товаров движется от центральных к пограничным пунктам. Это конец отступления.

Подводя итог на данном этапе, можно заключить, что во всех трех рассматриваемых океанийских системах меновые стоимости реагируют на спрос и предложение — по крайней мере постольку, поскольку спрос и предложение могут быть выделены при анализе реального распределения товаров в процессе их циркуляции. Так что бизнес проявляет себя как обычно.

Изменения курсов во времени

Более того, рассматривавшиеся до сих пор факты, отражающие синхронные срезы ситуаций, зафиксированных в разных точках определенного пространства, могут быть дополнены диахронными наблюдениями в особых торговых пунктах Меланезии. Вариации меновых стоимостей во времени следуют тем же железным законам — с одной только оговоркой: условия обмена имеют тенденцию оставаться стабильными в короткие временные промежутки, не поддаваясь воздействию даже весьма значительных изменений предложения и спроса, хотя в длинные временные промежутки эти условия проявляют тенденцию приспосабливаются к спросу и предложению.

' Таким образом, товары из района Хуон Галф легко могут, пройдя через руки Тами, п*р«йти I систему района Сиази — Новой Британии, но уже, вероятно, на других условиях обмена, ^ кж острови-тяне Тани в некоторой части этого района действуют как торговые посредники, очень похожи* в этом отношении на сиази, и, возможно, они так же извлекают какую-то чисгую прибыль.

iHHbie флуктуации предложения, например, как правило, не затрагивают tfjUCnc уело-вели. Салисбери полагает, исходя из данных об обмене между прибрежными

|>дйлр<нними общинами толаи (Новая Британия), что иначе подобная система не мог- <ц4ы функционировать:

'*" Движение нетто табу [раковинных денег] из внутренних районов на побережье и обратно '' НвГЛИКО. Это противоречит впечатлению, которое складывается в различные сезоны, что •Св Прибрежные жители покупают таро и не зарабатывают никаких табу, или что жители '' внутренних районов скупают всю рыбу для своих церемоний и не продают сколько-нибудь 1И1Чительного количества таро. Если бы расценки были привязаны к текущим колебаниям СПрОС* и предложения, они варьировали бы широко и непредсказуемо. В этом же контексте К1К раз очень желательна торговля по фиксированным эквивалентам, с такими «традицион­ными» расценками, которые обеспечивают уравновешенный баланс в течение длительного периода (Salisbury, 1966, р. 117 п.).

Но не протяжении очень длительных периодов «традиционные» эквиваленты обме-Ht ТОЛ1И изменяются. Обменные курсы пищевых продуктов в 1880 г. составляли M|w70% от обменных курсов 1961 г. За исключением роста общего объема раковинных Д*НТ, динамика таких изменений не вполне понятна. Но в других районах Меланезии И9МСНВНИЯ обменных курсов в течение длительных временных промежутков совершенно ЯВНО обуславливаются ростом предложения товаров (и даже раковинных денег), •ИДрЖмых в местные торговые системы европейцами. Наблюдения, проводившиеся У МШуку, иллюстрируют обе обозначенные здесь тенденции: инертность8 традиционный курсов на протяжении коротких периодов — хотя капауку и не славятся активной тЦП1Л«й, — и изменчивость — на протяжении длинных периодов.

W,

1 целом, однако, колебания цен, связанные с временным нарушением соответствия между

спросом и предложением, достаточно редки... [Но] устойчивое увеличение предложения может повлечь за собой неуклонное уменьшение действительной цены. Если этот процесс идет постоянно, он сказывается и на традиционно обусловленной цене, которая стремится к идентификации с действительными выплатами. Так, до 1945 г., когда железные топоры нужно было доставлять от жителей побережья, традиционная цена топора была 10 Km. Появление белого человека и последовавшие за этим увеличение притока топоров, а также