Чужое тело-1 - Изверин Сергеевич

— Да вот лампа в какую цену будет?

— Лампа… — Паренек призадумался для вида. Я мысленно вздохнул и сделал скучающе-незаинтересованное лицо.

Поторговавшись, сошлись на полусотне. Получив в собственность пакет с лампой, и сдачей в десять долларов в обмен на три двадцатки, я отправился в метро.

Уже на дежурстве — да-да, я пока что совершенно не собирался бросать верную работу, не смотря на свалившееся мне на шею богатство… Почему? Я пока что сам себе отчета не отдавал. Просто пока ещё похожу, а там уже видно будет, что да как. Мало ли, вдруг… Тьфу-тьфу-тьфу… Не получится больше сюда ничего перенести?

Так вот, уже на дежурстве я разобрал лампу. Обычная керосинка, такие ещё и до войны были в ходу. Не очень сложная, даже откровенно простая. На донце я обнаружил надпись, что-то про 1931 год и завод "Красный Октябрь"[78]. Надпись сначала затерлась, а потом её долго и старательно оттирали чем-то чистящим. Колба тоже грязная как не пойми что, сунули под воду и вымыли. Да и сама лампа забита, фитиль весь высох.

Сходил к грузчикам, меня там знали, позаимствовал у прораба них набор самых маленьких насадок, ручку-отвертку и пассатижи под честное слово, заодно стрельнул по дороге плошку спирта и чистой ветоши. Иногда на складе разная ситуация бывает, иногда и что-то такое руками сделать надо…

В караулке нашей разложился на столе, подвинув Вербицкого. Тот сначала недовольно подвинулся, а потом подсел поближе, смотреть. Ну, выручай меня, моё неоконченное техническое образование. Что, студент второго курса такого мощного института лампу-керосинку, которой больше полувека, разобрать не сможет?

Разобрал, конечно, за час где-то. Разложил все детали, почистил со спиртом. На запах заглянул Валерий Алексеевич, заставил меня и Вербицкого дыхнуть. Покосился на керосинку, потом внимательно на меня, но ничего не сказал.

Сегодня ещё усиленная смена у нас, ждали Серегу-большого и Мишку… Вроде бы как нарики с района устроили рядом точку, а позавчера кто-то крутился около склада, высматривал ходы-выходы. Может, и случайно, но начальник наш предпочел подстраховаться. На телефоне сидел тот самый Михалыч, с которым мы в прошлый раз гоняли наркоманов. Пообещал помочь, в случае чего. Петр Сергеевич отсутствовал, за него сейчас был Валерий Алексеевич.

— А-а-а-а… А-а-а-а… Трахну Ирку… Прямо в дырку… — Раздалось из коридора, дверь распахнулась, вошел музицирующий Серега-большой, за ним протиснулся Михаил, настороженно оглядевший нас.

— Привет всем! — Широко улыбнулся Серега. — Мужики, а кто тут новенькую видел? В бухгалтерии "Василька"? Ирина Владимировна, двадцать два года, третий размер… Что тут у нас? О, кто это притащил? Электричество вырубить обещают, что ли?

— Да до дома темно идти… — Хмыкнул я. Лампа оказалась чуть более сложной конструкции, чем мне думалось до того. Это ж не масленка, которую в школе делали. Берешь масло, наливаешь в плошку, туда фитиль, поджигаешь, и готов огонек. У нас один парень в классе так баловался, юный химик.

— Где купил?

— Да на развале арбатском… В подарок…

— Ничего себе подарок… Сколько?

— Полтинник.

— Серьезно ты. — Покачал головой Серега. — У Маши попросить-то не мог, а? У нас на даче штук пять таких осталось… Слушай, да ты никак краснеешь? Или освещение тут такое?

— Серег, я…

— Да ладно тебе уже. — Хмыкнул Серега и хлопнул меня по плечу. — Смотри у меня, сестру обидишь, я тебе… — Он показал кулак размером с половину моей головы. — Не вздумай, как тут у вас, у московских, водится — девочке голову дурить!

— Серег, да ты что, я первому, кто её обидит…

— Во-во. — Как-то не впопад сказал он. — Лан, не хочу ничего говорить, ты парень не маленький! Давай, показывай, что там у нас.

Да ничего так серьезного и не было. Камеры показывали унылые заснеженные улицы, по которым иногда проезжали машины. Ворота склада закрыты, около караулки топчется на посту Михаил с резиновой дубинкой наперевес. Видна "Тойота" Валерий Алексеевича, стоит, снегом присыпана. Грузчики домой не ушли, скопились в комнате отдыха, с ними прораб смены.

— А чего ждем-то? — Спросил я.

— Сейчас груз прийти должен, какие-то там контейнеры из Польши. — Сказал Валерий Алексеевич. — Надо его принять.

Я понял. По контракту, который заключен между нашей фирмой и владельцем склада, в принятии груза участвует и охранная фирма. Одна из печатей, которыми опечатывается контейнер — чтобы не вскрыли без ведома — она наша, то есть Валерий Алексеевича. Ещё одна печать, дежурная, хранится в караулке. Но она так, на всякий случай. Если надо что-то вскрыть или что-то открыть, то это "что-то" открывается, а потом опечатывается печатью охраны. А печать у Валерий Алексеевича личная, он ей удостоверяет, что груз принят и взят под охрану. На такой сложноватой немного системе настоял наш генеральный в свое время.

Если уж подумать, так именно она самое минимальное из того, что предложить можно. Тут, на складе, про печати забыли ещё во времена СССР. А когда склад выкупили частные лица, то и тем более не вспомнили. Но это пока не появился Петр Сергеевич, который, как старый и опытный сотрудник, настоял на том, чтобы все всегда контролировалось, запиралось и опечатывалось. Тут до нас все двери были нараспашку открыты, заходи не хочу. Замки-то особо не спасают, потому что ключ к ним подобрать можно, да и просто украсть ключ — тоже.

А так, с печатью-то… Сразу будет видно, кто и когда вскрыл. Охрана, проходя по складу, в том числе проверяет целостность печатей на всех входах и выходах, при необходимости ставит свою и сообщает по команде, а уж там-то начальники наши решают, что да почему.

Прорабы смен грузчиков поначалу протестовали, но потом, когда простая печать помогла избежать сложных неприятностей, примолкли и сами с удовольствием носили небольшой такой цилиндрик с выбитыми на торце номерками и должностью. Как знак занимаемой должности использовали. Открыл контейнер, или переместил его с места на место, и печать поставил… Нравилось им это.

Где-то в час ночи около склада остановилась девяносто девятая. Самая такая "пацанская тачила", как её Костик называл. Неплохая машинка, смотрится красиво, а уж наклеек на неё и шеврончиков столько можно наделать…

В кармане куртки Валерий Алексеевича зазвонил мобильный.

— Вот же так. — Тот потянулся к вешалке, вынул телефон. — Да, да… Понятно. Выходим сейчас. — Нажал на кнопку "отбой". — Все, ребят… Пошли. Михаил, ты за камерами следи, Саш, ты с ним, если что, идешь к нам, а остальные со мной.

Я отложил в сторону разобранную лампу, оставил её отмокать в спирте. Фитиль новый потом найду, да и сам сплету, веревок нету, что ли?