Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович

Да уж, с издевкой я перестарался, потому что штаб-ротмистр окончательно слетел с нарезки:

– Никаких поездок! Вы направитесь прямо на вокзал, или же я вынужден буду арестовать вас за неподчинение приказу его императорского величества.

Вот с таким сложнее всего – если закусит удила, может наломать столько дров, что пожалеем и я, и он, да и наше начальство тоже.

Решив не нарываться, я от греха подальше спрятал пулю в карман и пошел собираться. Из одежды выбрал полицейский мундир, потому что в таком виде путешествовать по империи намного проще – некоторые вопросы решаются автоматически. Когда люди видят перед собой не обывателя, а служилого человека, отношение резко меняется.

На вокзал меня доставили практически как арестанта. Казалось, что взбрыкни я даже в шутку – дальше жандармы поведут меня под дулами револьверов. Пока они только нервно держали ладони на рукоятях. Подчиненный штаб-ротмистру унтер вел себя поспокойнее – просто подыгрывал начальству, при этом злобы в его глазах не было, лишь легкое раздражение.

Единственной приятной новостью было то, что в кассе штаб-ротмистр взял лишь один билет, а это значило, что дальше я поеду без столь веселой компании. Ближайший поезд до Киева отправлялся через три часа, которые оказались далеко не самыми приятными в моей жизни. Хорошо хоть позволили пообедать в привокзальном буфете.

После утомительного ожидания конвой оставил меня в покое, к нашему общему удовольствию. Усевшись на свое место в четырехместном купе, я попытался осмыслить перспективы, а они были очень далеки от радужных.

Только сейчас на меня снизошло похмелье от столичного угара. Не скажу, что раскаиваюсь в своих московских проделках, – случить все сызнова, вряд ли поменял бы так уж много. Поэтому, в принципе, готов принять заслуженные последствия. Сам не знаю, почему мне казалось, что, набедокурив, укачу я в свой дорогой сердцу Топинск и буду поплевывать в сторону столицы с ехидным смешком. Но поди ж ты – ехать пришлось совсем в другую сторону. Подгадил все же Дашин дядюшка, причем очень грамотно. Кто бы сомневался – ведь опыта у него в подобных делах хоть отбавляй.

Ну а что, все честь по чести – не придерешься. Поступил сигнал о странных убийствах, в которых начальство усмотрело связь с недавними столичными событиями, – значит, нужно отправить туда доморощенного Ван Хельсинга. Небось шеф жандармов обещал братцу прикрыть прославленного охотника на нечисть всей мощью седьмого отделения. Впрочем, не факт, что император вообще знал об этой истории. Собственная его императорского величества канцелярия – структура полумистическая и родить могла все что угодно, вплоть до приятных царскому братцу приказов. В итоге нахамивший великому князю нахал едет в неизвестно чем славный город Кишинев, от которого до границы с Валахией можно доплюнуть.

А в Валахии у нас кто? Правильно, кровососы, так сказать, в широком ассортименте.

Впрочем, что это я наговариваю на славный городок? Скоро он точно прославится тем, что там загрызут новоиспеченного кавалера ордена Архистратига Михаила, получившего награду из рук самого царя-батюшки.

Ладно, хватит причитать. Что мы имеем на данный момент? Прикрытия у меня нет. Можно было бы порадоваться своевременному походу к волхву, но новый скилл, как любят говорить геймеры, что-то не хочет запускаться. Уже три раза пробовал – и никакого отклика. Да что уж там говорить о моих куцых умениях, даже пулю, способную убить вампира, я ношу в кармане, а не в пистолете.

Это минусы, а что в плюсах? Мизер, но только на первый взгляд. Пока что в поезде мне ничего не грозит, по крайней мере, будем на это надеяться. Не думаю, что валашским вампирам известно о моем переезде поближе к их границам – вряд ли императорская канцелярия и шеф жандармерии договорились с упырями, чтобы подставить такого красивого меня. Это уже за гранью любой конспирологии. Так что есть реальный шанс приехать в Кишинев, запудрить мозги наверняка не самым умным провинциальным жандармам и под шумок свалить в Топинск. Сделать это прямо сейчас нельзя – нарушение прямого приказа закончится для меня где-то во глубине сибирских руд, причем не на берегах Стылой, а на той же Колыме.

Как-то сведя в голове концы с концами, я немного успокоился и даже умудрился задремать, потому что после ритуала в заповедной роще толком поспать так и не удалось. Разбудили меня явившиеся попутчики. Два студента направлялись в Киев, и, естественно, начали они свое железнодорожное путешествие в вагоне-ресторане.

В принципе, в плане возраста мы были примерно равны, так что изобразить из себя нелюдимого старца не получилось. Пришлось общаться.

Нужно отметить, что студенты в империи имели особый статус и стояли как бы особняком от сословного разделения, хотя по окончании обучения вновь возвращались на ступени общей иерархической лестницы.

Когда мы отъехали от столицы на солидное расстояние и за окном купе начали сгущаться сумерки, мои попутчики увели разговор в сторону гипотетического ужина. У парней явно большие проблемы с наличкой, что для студентов совершенно неудивительно. Не скажу, что я хорошо отношусь к любителям халявы, но на данный момент мне и самому не помешало бы выпить, так что можно и проявить щедрость, так сказать, ради компании. Тем более что количество народу в плане совместной выпивки, можно сказать, каноническое.

– Господа, а не заказать ли нам ужин в купе?

В ответ попутчики жарко заспорили, описывая, как все круто устроено в вагоне-ресторане. В их словах был определенный резон, так что я поборол лень и согласился.

Наш вагон от ресторана отделяли еще три. Первый переход мы миновали без проблем, а вот когда вышли во второй тамбур, меня почему-то кольнуло опасение, особенно напрягло наше странное построение. Так уж получилось, что из купе я вышел вторым и сейчас двигался между студентами. Еще я успел заметить, что в тамбуре стоит человек в котелке, развернувшись лицом к наружной двери, но через секунду мне стало не до незнакомца.

Да уж, расслабила меня столичная жизнь, даже схватка с упырицей не заставила окончательно прийти в норму. Когда идущий сзади студент обхватил меня, блокируя руки, а его подельник резко развернулся и ударил кинжалом, я успел только удивиться. Особенно меня поразило, что убийца не стал завершать удар, а почему-то замедлил его почти у моей шеи.

Сознание еще удивленно осмысливало происходящее, а тело начало действовать на вбитых Евсеем рефлексах. Я резко присел, с силой разводя руки в стороны, тем самым разрывая кольцо не самых нежных объятий псевдостудента. В итоге кинжал убийцы, вместо того чтобы войти мне в межключичную впадину, лишь пропахал борозду на скальпе.

Очень удивило то, что двигаться мне было неожиданно трудно, окружающая среда сопротивлялась как вода. И только ощутив, как нагрелись татушки на руках, я понял, что всплеск адреналина сумел все же активировать крылья Семаргла.

Все еще продолжая ощущать сопротивление воздуха, я ударил кинжальщика кулаком в живот и тут же начал заваливаться на бок. Стоявший до этого спиной к нам господин в котелке успел развернуться, выхватить револьвер и даже прицелиться в меня.

Последнее, что удалось сделать под воздействием крыльев, – это завести в падении руку за спину, где по-прежнему под кителем уютно ждал своего часа мой двуствольный коротыш. Реальность навалилась на меня во всем своем разнообразии. Я услышал противный всхлип и бульканье горла «обнимальщика», пробитого кинжалом своего же подельника, и тут же по ушам ударил грохот выстрела. Пуля пробила дверь рядом с моей головой. Незнакомец в котелке попытался выстрелить еще раз, но двуствольник был уже в моей руке, и серебряная пуля ударила убийцу в грудь, отбрасывая его на противоположную дверь. Это, конечно, не дробовик и сила удара вышла не такой уж сильной, но ее хватало, чтобы дверь открылась и уже потерявший котелок господин выпал из поезда.

Так вот как они собирались избавиться от тела, просто…

Додумать я не успел, потому что получивший кулаком в живот фальшивый студент успел оправиться от удара и даже выхватить кургузый «кобальт».