Метаморфозы. Тетралогия - Марина и Сергей Дяченко

Поиграй в эту штуку. Хоть чуть-чуть. Она очень простая в управлении и очень увлекательная.

– И… что?

Арсен поколебался.

– Ты своего деда совсем, что ли, не помнишь?

– Ну почему… помню. Пока он не слетел с катушек, мы к нему иногда ездили в Питер на каникулы. Он неплохой мужик был, таскал нас на экскурсии по таким трущобам, что никакой экскурсовод…

Она замолчала и внимательнее стала разглядывать упаковку с диском.

– Дед поведен был на «Преступлении и наказании», – наконец сказала Баффи. – На нем и съехал. А в эту штуку сложно играть?

– Элементарно, – сказал Арсен. – Мышка, клавиши «W», «A», «D», «S».

* * *

Она не позвонила на другой день, не позвонила и на следующий. Арсену пришлось самому перезванивать ей.

– Ира? Ты играла в «Преступление»?

– А? Да… То есть… Извини, мне надо еще пару дней, чтобы закончить «Ядерный распад».

– Что?!

– Ну, я когда начинаю во что-то играть, уже не могу остановиться, пока концовку не увижу.

– Ты играешь в «Ядерный распад»?!

– А что такого?

– Ничего. – Арсен растерялся и не знал, что сказать. – Я думал, ты… Ты же не играла раньше ни во что. Тем более…

– Теперь играю, – сказала она виновато. – Я помню про твое… про твою просьбу. Но еще пару дней, ладно?

* * *

Он вошел в «Королевский бал» впервые за несколько месяцев. Впервые с того дня, как Лопушок атаковал Квинни и получил отпор. Старый аккаунт Арсен и не пытался трогать – завел новый, а персонажа назвал Лягушонок.

Приятно в ноябре пробежаться босиком по теплой травке. По разогретой мягкой пыли. Арсен забыл, как это бывает. Он не ходил без обуви с самого июля. Он даже по квартире не ходил босиком.

Статуя Министра возвышалась, упираясь головой в вечернее небо. Над ней носились ласточки. Раньше, кажется, никаких птиц не было на «Королевском балу», но вот – все развивается, игра тоже.

Лягушонок, свежесозданный персонаж-крестьянин, сорвал для отвода глаз несколько лечебных травок на лугу – из самых простых и дешевых – и рысью припустил к городу. К статуе сворачивать не стал – боялся упустить время. А может быть, еще чего-то опасался смутно. Не свернул.

– Кто такой? – стражник наставил на него копье.

– Лягушонок. Новичок.

– Первый раз проход бесплатный, потом будешь платить по пять монет за каждый час в городе. Два часа времени у тебя, понял? Дальше за деньги!

А раньше без денег можно было сутки тусоваться, подумал Арсен. Впрочем, я не задержусь. Нечего мне тут делать.

Храм Черной Богини стоял разинув ворота, и на помост уже выводили очередную жертву. Эльф по имени Лягушонок, неприметный персонаж первого или второго уровня, протискивался сквозь толпу.

Тот, кого должны были сейчас убить, был таким же заново созданным персонажем, пустой оболочкой. Зарежут его – а он все равно воскреснет, все такой же пустой, терять-то ему нечего. Лягушонок сам не понимал, зачем явился сюда сегодня: удостовериться, что ритуал, зародившийся больше года назад, не надоел своим основателям и до сих пор существует?

Между двумя нарисованными магами шла босая полная женщина с круглым лицом и огромными глазами. На нее кое-как напялена была свободная туника, на голове – колпак, который носят торговцы побрякушками, но весь ее вид – лицо, повадки – так резко контрастировал со стилем игры, что Лягушонок замер, будто при виде цапли.

Руки женщины вдруг оказались притянуты кверху, к невидимой балке. Губы разомкнулись, будто хватая воздух.

– Во имя Черной Богини! – провозгласил маг.

Он говорил, как говорят стандартные персонажи, – рот шевелился, топорно изображая аритикуляцию, текст появлялся в окошке чата, набранный большими буквами.

Женщина смотрела поверх толпы. Арсен увидел ее глаза: она смотрела… Будто кого-то высматривала…

«Министр», – беззвучно сказали ее губы.

Длинное кривое лезвие полоснуло ее по горлу. Лягушонок, один из многих на площади, инстинктивно отшатнулся…

Фигура женщины странно оплывала. Будто невидимая краска текла по шее и груди, текла и испарялась. Сквозь тело проступал фон – помост, булыжники площади…

«Визуализация – OFF».

Доля секунды. Арсен вывалился из пространства игры, не желая больше там находиться. Он понял, понял, наконец-то понял, что только что произошло, и волосы встали дыбом по всему телу.

– Максим!

Того не было в комнате. Помигивал, приглашая, автомат с горячими напитками. Стоял на краю стола ноутбук, Максима не было. Арсен вскочил, оттолкнув к стене стул, и кинулся к двери…

И столкнулся с Максимом в проеме – нос к носу.

– Что случилось? – Максим придержал его за плечи.

– Там… Послушай…

– Так. Опять на кого-то неудачно подсадил «Прилипалу»?

– Нет! Максим… Там жертвоприношение, только что…

– Ну?

– Убили человека! В прямом эфире. Это конструкция вроде «шубы», я узнал… Они совмещают живого человека с игровыми персонажами. И убивают в реале, транслируют в Сеть. Когда кровь полилась… Когда я был в «шубе», в этих специальных шмотках, на глазах линзы, на лице краска… Они то же самое сделали, только убили… Убили женщину только что…

Максим отрывисто кивнул, подошел к автомату и заказал кофе. Арсен растерянно смотрел, как он поднимает пластиковую шторку над раздаточным окошком, как вытаскивает – осторожно, держа за краешки – пластиковый стаканчик.

– Максим?

– Да, да, я слышу. Сядь, пожалуйста.

– Ты что, знал, что они убивают?!

– Помнишь, я рассказывал тебе, что сперли несколько разработок? «Шубу» сперли. Это та самая группировка, что теперь контролирует «Бал». Мафиозная структура, ага. Ты только не думай, что они убивают каждую пятницу! Когда нет настоящей жертвы – режут виртуального персонажа, но публика – дура, все равно набегает посмотреть. А когда есть повод, вот как сегодня, – убивают… виновного.

– Кого? В чем виновного?

– Это была Квинни, – Максим не сводил с Арсена глубоко посаженных глаз. – Та, которую считают виновной в падении Канцлера, которую обвиняют теперь в гибели Министра…

Арсен потерял дар речи.

– За Квинни играли несколько человек, но в последние месяцы – в основном вот эта дамочка. Она давно пряталась. Входила в Сеть из какой-то норы без стен и потолка. Ты к ней прицепился. Она тебя вычислила. Она вообще была умная и цепкая баба, но против нее очень сильно играли… ее взяли в реале. У мафии всегда была склонность к некоторой постановочности, карнавальности казней… если ты понимаешь, о чем я. Эти вот публично приносят в жертву, убивая тем самым двух зайцев: и серверу реклама, и ритуал соблюден. Не Квинни первая, не она последняя.

Арсен по-прежнему не находил слов.

– Кстати, тебя, по всей видимости, это устройство тоже ожидало, – помолчав, сказал Максим. – Не дождалось. Заменили казнью виртуальной