Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

в висках. Грудь болела от нехватки воздуха, но останавливаться было нельзя. Я знала, что Бальтазар рядом, он, как хищник, выслеживал меня, словно добычу. Но попасть в его руки было не так страшно. «Он хотя бы убьет меня быстро», — подсказывал мой внутренний голос. Опаснее было встретить своего сына Александра, вот он-то будет убивать меня медленно и мучительно. Хотелось верить, что первым меня догонит Бальтазар.

Силы меня совсем покинули, и я упала на обожженную землю. Посмотрела на ясное голубое небо, на могучие деревья вокруг себя. На знакомую поляну. «Мы когда-то были здесь все вместе, тут я нашла рисунок Элены, а теперь я одна», — подумала я.

«Пора бы уже проститься с этим миром, но я почему-то борюсь. Почему я не сдаюсь? Зачем мне все это? Может, смиренно принять смерть?», — промелькнула мысль. Слышала чьи-то приближающиеся шаги. «Ну, вот и все», — прошептала я сама себе. Зажмурилась, вспоминая, как я была счастлива раньше. Подумать только, любой наш поступок в прошлом, хороший или плохой, потом отражается на нас в будущем.

Приоткрыла глаза и увидела обозленного Бальтазара. Он весь пылал огнем. А рядом с ним стоял наш сын Александр. Все его тело, осанка и жесты, все напоминало, что перед собой видишь будущего правителя. Сын смотрел на меня алыми глазами, и в них отражалась власть, могущество и величие. «Как же отец и сын похожи. Значит, они одновременно нашли меня», — вздохнул с грустью мой внутренний голос. А еще совсем недавно мы были дружной семьей. А теперь кто-то из них меня убьет.

Александр с ухмылкой на лице создал огненный шар и хотел бросить в меня, но его оттолкнул Бальтазар, поэтому пламя попало в дерево, а не в меня.

«Он пытается меня спасти или просто хочет получить шанс убить», — удивилась я. Хотелось надеяться на первый вариант.

— Она моя! — прорычал Бальтазар, жестко смотря на сына.

— Ты забыл, что я твоя кровь и плоть, что я сильнее тебя, отец! — проговорил каждое слово с ненавистью Александр.

— Я сказал, она моя! Я сам с ней разберусь! — грозно сказал Бальтазар, от чего по моей спине пробежали мурашки.

У меня не было желания бороться с ними, я устала от творившегося хаоса, и у меня не было надежды, которая бы придала мне сил, все что у меня было, это одна последняя маленькая надежда на чудо, которую я обещала уберечь любой ценой. «Прости, Пандора! Я пыталась до последнего», — прошептала я, глядя на небо.

— Давай сразимся, победитель получит возможность убить ее, — радостно сообщил Александр, создавая огненные шары.

— И почему у меня такие упрямые, самодовольные, и неугомонные дети? — злился Бальтазар, готовясь к атаке.

На лице Александра появилась улыбка.

— Потому что мы взяли все лучшее от тебя, отец!

Они сцепились в поединке, от их огня уничтожались деревья, трава и все хорошее в этом мире.

Бальтазар удерживал удары, но часто его откидывало в сторону, все-таки сын был сильнее, это и неудивительно, он был рожден от двух могущественных людей. Мое пламя на него не действовало, оно не могло его ранить или убить, лишь на время сдержать, а вот его огонь причинял боль и мне и Бальтазару.

«Надо бежать, пока они отвлеклись», — командовала я сама себе.

Поднялась на ноги и бросилась бежать.

— Стой! — злобно прорычал мой сын и бросил в меня огненный шар.

Не успела увернуться и пламя попало в мое тело, оставляя ожоги. Зажмурилась от боли, искала в себе силы бороться, но не находила. Матвей хорошо постарался, он лишил меня всех способностей, потихоньку разрушив то, что было мне дорого.

— Я сказал, она моя! — с ненавистью проговорил Бальтазар и телепортировался ко мне.

В его глазах я уловила страх, всего на долю секунды и этого мне хватило, чтобы понять, что демон боится меня потерять, потому что помнит свою боль. «Но как долго он сможет сопротивляться приказу, прежде чем сам избавится от меня», — мелькнула мысль в голове.

Попыталась встать, стараясь не обращать внимания на ужасную боль. И тут увидела новый огненный шар, который приближался ко мне. Бальтазар закрыл меня своим телом. Глаза мужа были по-прежнему алыми, он повернулся к сыну и начал атаковать со всей силой. «Демон который ничего ко мне не чувствует, спасает меня?», — не могла я поверить своим глазам, и ощутила, как огонек в моей руке стал ярче.

— Почему ты ее защищаешь? — удивился Александр. — Матвей же лишил тебя всех чувств к ней, как ты противостоишь его приказу убить ее?

— Я не знаю! Внутри меня словно весы, одна часть тянет убить ее, другая — спасти, а душа моя при этом держит равновесие. Я не могу сделать ни то, ни другое, — озадаченно сказал Бальтазар.

— Вот поэтому это должен сделать я! Повелитель поэтому и отправил нас двоих, он догадался, что ты уже не тот, что был раньше, — с ухмылкой ответил наш сын.

Попыталась бежать, пока отец и сын выясняли отношения, но в меня попала новая волна огня, и я, вскрикнув от боли, упала на землю. Знала, что он может одним ударом превратить меня в пепел, и закончить мои муки, но сын специально делал все, чтобы я испытала боль. Александр откинул Бальтазара и телепортировался ко мне, в его руках вспыхнул огонь.

— Прощай, леди Мила, — улыбнувшись проговорил он и хотел убить меня, но какая-то вспышка белого света озарила всю поляну. Было так ярко, что я зажмурилась. Чьи-то сильные руки подняли меня с земли, и понесли прочь. Я попыталась рассмотреть своего спасителя, но не могла, ощущая, что проваливаюсь куда-то в темноту.

ГЛАВА 23

Бродила по темноте, смерть так и не пришла ко мне. Потом услышала чьи-то незнакомые голоса и стала прислушиваться.

— Еще немного и было бы поздно! Посмотри на ее состояние! — возмущалась девушка.

— Ты же исцелила ее тело, почему она все еще не приходит в себя? — услышала я приятный мужской голос.

— Просто она потеряла всю свою силу, дайте ей время, — сказала еще одна девушка.

— Почему мы позволили довести ее до такого состояния? — повысив голос сказала первая девушка.

— Ты же знаешь, нам нельзя было вмешиваться до этого момента! — ответила с грустью вторая девушка.

— Ты точно их ослепил, когда уходил? Они не видели проход? — вдруг забеспокоилась вторая девушка.

— Да, я уверен, что не видели, я весь свет направил на них, — сказал мужчина или парень, я не могла определить по голосам точный возраст.

А потом снова наступила тьма,