Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич

Мы свернули с дороги и направились прямиком к костру.

Над огнем висел костерок, и в нем как раз закипала вода. Задумчивый Твист расположился рядом и не отрываясь смотрел на огонь, а в его распахнутых глазах плясало пламя.

Душегуб остановил свою лошадь около огня и легко срыгнул на землю. Твист даже не поднял на него глаз. Тролль хмыкнул и принялся расседлывать лошадь. Эльнорда и Изом так же спешились и занялись своими лошадьми. Я немного отстал, и потому, когда моя лошадь подошла к костру, тролль уже освободился и подошел ко мне, чтобы принять спящего хоббита. Передав Фродо в лапы Душегуба, я тоже спешился и с улыбкой смотрел, как нежно тролль укладывает Фродо на траву около костра. Маленький хоббит неожиданно открыл один глаз и, увидев сидящего у огня Твиста, пробормотал:

– А, Твистик, Душегуб тебя не схавал?.. Это хорошо…

После чего он снова закрыл глаз и мерно засопел.

Твист оторвал, наконец, взгляд от костра и сурово посмотрел на Душегуба. Огромный тролль несколько неуклюже пожал плечами и пробурчал:

– Да ладно, не обижайся… Я больше не буду мешать вино с пивом…

Рядом присела Эльнорда и ее мелодичный голосок ласково прозвучал возле уха карлика:

– Твистик, у тебя водичка закипает?.. Что будем делать, чай заварим или компоту замутим?..

Она явно подлизывалась к шуту, потому что отлично знала, как Твист полюбил чай, который она притащила из нашего мира. Вообще-то эльфийка заваривала чай крайне редко – экономила свой небольшой запас, но сейчас этот напиток был вместо трубки мира.

И Эльнорда не ошиблась, на личико Твиста вползла довольная улыбка, он выхватил из кармашка свой знаменитый монокль, вставил его в левый глаз и, я бы сказал, нагло поинтересовался:

– А можно мне две кружки чаю?..

– Да хоть четыре!.. – воскликнула Эльнорда.

У счастливого карлика от столь неожиданной и непостижимой щедрости эльфийки вывалилось из глаза его увеличительное стекло и отвалилась челюсть. Но Эльнорда еще не кончила его удивлять:

– А еще я тебя угощу чудесными бутербродами с ветчиной, колбаской и маринованными огурчиками!.. Ты ж у нас сегодня и обедал-то кое-как.

Душегуб виновато закряхтел, а Твист вскочил на ноги и, счастливо улыбаясь предложил:

– Давай я тебе, красавица, помогу. Я умею чудесно резать колбаску…

– Давай, – тут же согласилась Эльнорда, и они с карликом принялись шустренько накрывать ужин. А я подошел ко Второй трети.

– Как дела, Сикти? – спросил я, присаживаясь на траву рядом с коротконогим Трант-татом, – Ты давно сюда пришел?

Давно, – ответил бочонок, дернув носом, – Я на дереве прятался, когда козлы подъехали… Ох и злой был Твист, когда появился, прям как красолюк, если его в норе прищемить. Я даже не стал сразу с дерева слезать. Только когда он начал бегать взад-вперед и волноваться, куда это я подевался, я ему покричал. А он, как увидел, что вы подъезжаете, уселся у огня и надулся… Только красивая Эльнорда сразу догадалась, что надо делать.

И тут Вторая треть рассмеялся. Звук его смеха был неожиданно низким и достаточно противным, словно настраивали контрабас, так что в нашу сторону обернулись все, кроме спавшего Фродо.

– Все в порядке, – успокоил я наших друзей, – Просто мы с Сикти веселимся.

– Хм, – негромко пробормотал Изом, – А я решил, что ты применил к пареньку третью степень допроса.

– А что такое «третья степень допроса»? – немедленно переспросил Вторая треть.

– Не слушай ты графа, – улыбнулся я в ответ, – Он просто пытается тебя напугать.

Вторая треть воинственно поддернул свои трусы и громко произнес:

– Нас, Тринт-татов, напугать очень трудно! Мы бегаем быстро!

– Да, – согласился я, – Бегаете вы быстро, да и другие достоинства у вас имеются…

– Ага, мы очень талантливые, – гордо подтвердил Сикти, – только ума у нас маловато, – неожиданно скатился он к самокритике.

– Почему ты так считаешь? – удивился я.

– Если бы у нас ума было много, мы бы нашли способ справиться с напастью не вылезая из горы. А теперь вот, броди между… к-хм, людей, ищи неизвестно кого…

– Я думал, ты гордишься, что на поиски послали тебя?

– Гордюсь… – как-то не слишком гордо ответил Сикти, – Еще бы домой вернуться, совсем бы гордый стал…

В его голосе прозвучала такая тоска и неуверенность в своем благополучном возвращении в родные горы, что мне даже стало не по себе. Внезапно я понял, как неуютно было этому представителю «скального народа» на открытой местности, вдалеке от родных гор, как ему было страшно в окружении совершенно чужих существ, как ему было тоскливо вдали от своего племени. Но тут мне пришло в голову, что ведь и мы тоже были вдали от… «родных гор…», значит мы с Тринт-татом родственные души!

Я улыбнулся ему и сказал:

– Зато, ты повстречал друзей, увидел свет… Представляешь, сколько всего ты расскажешь своим родичам, когда вернешься домой с победой!

– Ага, им расскажешь! – неожиданно возразил Вторая треть, – Кто меня слушать станет, и кто мне поверить?!

– Как – кто поверит?! – удивился я.

– Ну, вот если бы ты всю жизнь просидел в скале, только изредка выходя наружу и иногда, издалека, следя за бам… к-хм, людьми, ты бы поверил, что бывают такие маленькие, – он ткнул лапой в направлении спящего Фродо, – И такие большие, – последовало указание на Душегуба.

Вторая треть выжидательно посмотрел на меня, но не дождавшись ответа продолжил:

– Ты бы поверил, что можно козлов запрячь в телегу, а в мертвом теле может жить душа?!

– Знаешь, мне в этом мире доводилось видеть вещи куда более удивительные, – усмехнулся я в ответ, – А потом, вполне возможно, что ты принесешь с собой нечто такое, что заставит твоих сородичей поверить тебе.

Вторая треть оттянул лапами оба передних кармана на своих трусах, заглянул в них, смешно скосив глаза вниз, как будто проверял, хватит ли там места для чего-нибудь необычного, потом задумчиво покосился на Твистовых козлов, и уже затем снова посмотрел на меня:

– Да?..

Я собирался убедительно ему ответить, но Эльнорда опередила меня:

– Мальчики, ужинать!.. – повелительно пригласила она всех нас к расстеленной на траве попоне.

Вторая треть не дожидаясь моего ответа на свой вопрос, включил третью скорость и помчался на зов «красавицы». Я только пожал плечами и отправился следом.

Подходя к уже собравшейся компании, я услышал просительный голосок Второй трети:

– А можно мне побольше вон того и вон того. Мы что-то совсем проголодались…

При этом он всем телом поворачивался, чтобы посмотреть на Фродо, спавшего чуть в сторонке.

Впрочем, все, кроме Тринт-тата и Твиста, ели весьма лениво. Видимо сказывалась нагрузка длительного обеда. Грязной посуды после этого ужина было мало, так что Твист немедленно вызвался ее перемыть, явно рассчитывая, что ему зачтут этот подвиг, как полноценное дежурство. Спорить с ним нам совершенно не хотелось, тем более, что мы чувствовали себя перед ним несколько виноватыми. Поэтому, поручив Твисту и первое, самое легкое дежурство, мы отправились спать.

Я долго не мог заснуть, припоминал подробности рассказа сотданского мера. По всему выходило, что завтра у нас будет веселый денек.

Глава 9

Соблазн велик! Но еще более велик тот, кто превозмог этот соблазн!

Только вот как часто этот великий потом всю жизнь жалеет, что превозмог этот соблазн…

Мое дежурство этой ночью было последним. Душегуб, дежуривший передо мной, растолкал меня, когда ночное небо было почти черным, и в нем яростно сверкали звезды. Короче, когда ночь была в самом соку. Сам Душегуб немедленно улегся на травку и, не дожидаясь, пока я приму позу бдящего стража, захрапел.

Я немного полежал, борясь с дремотой, а потом поднялся и крадучись направился к Эльнординой фляге с водой. Набрав в горсть водички, я сполоснул свою помятую физиономию, и кстати потянувший ветерок приятно захолодил кожу. Повторив эту процедуру еще пару раз, я понял, что окончательно проснулся и, оставив в покое водные запасы эльфийки, отправился обозревать лагерь. Обозрел я его быстро – Душегуб спал около костра, с противоположной стороны костра, завернувшись в плащ тихо лежал Изом, возле Твистовой повозки, на самой мягкой травке между двух козликов устроилась Эльнорда, похожая в своем плаще на длинный зеленый сверток. Твиста и Фродо я обнаружил в шатре, где они сопели и посвистывали в два носа, прижавшись друг к другу спинами. За деревом тихо и незаметно стоял, закрыв глаза Сикти. Его ног не было видно, а руки были согнуты под такими странными углами, что он неожиданно напомнил мне большой кактус.