Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Прицельная дальность пистолета Макарова пятьдесят метров, максимальная убойная – триста пятьдесят. Выстрел снизу вверх. Попадание прямо в сердце. А отсюда до ограды вокруг театрального сквера больше пятидесяти метров. Это что за ерунда творится? – разозлился Гуров и потребовал: – Начнем сначала! Иван Александрович, как проходил съезд приглашенных?

– Люди подъезжали, высаживались, проходили внутрь, а машины уезжали на стоянку за театром. На их место подъезжали следующие, и так далее. Продолжалось это минут сорок пять, если не час.

– Значит, к тому моменту, когда подъехал лимузин, машин возле парадного входа не было? Был ты и двое журналистов? – уточнил Лев.

– Да! И ребята мои неподалеку, – добавил Иван.

– Куда эти журналисты потом делись? От какого телеканала или радиостанции они были?

– А черт его знает? – развел руками Гордеев. – Внутрь, наверное, пошли, как и остальные. А насчет того, откуда они? Болтались у них какие-то бейджики на рубашках, но я не присматривался.

– Они мне нужны! – решительно заявил Лев. – С какого такого перепугу все внутрь ломанули, в гущу событий, а эти тут остались? Ждали Найденова? Зачем? Знали, что произойдет? Откуда? Пошли дальше. Когда выставили оцепление вокруг театра? – продолжил Гуров.

– Это ко мне, – сказал Воронцов. – Театр еще утром проверили с собаками снизу доверху – губернатор же должен приехать, а потом внутри людей из его безопасности оставили. За час до начала туда строго по списку пропустили обслуживающий персонал, включая телевизионщиков. Губернатор всегда подъезжает к служебному входу, так что основное внимание обратили именно на него. И территорию вокруг театра самым тщательным образом проверили, опять же с собаками, потому что угрозу терактов никто не отменял. Потом расставили по периметру людей, так что, пока приглашенные съезжались, в сквер никто пройти не мог.

– Кто был в оцеплении, и кто стоял там? – спросил Лев, показывал в ту сторону, откуда стреляли.

– Мои были, в смысле, полицейские.

– Да знаю я, как они там охраняли! – отмахнулся Гуров. – Когда ажиотаж спал, собрались в кучку, курили и анекдоты травили! Подполковник! – обратился он к Игнатову. – Выяснить, кто именно стоял, и трясти их, как грушу! Кто проходил вдоль ограды? Не важно, бомж это был, старуха, мамаша с коляской. Колите их до самых башмаков! Потому что кто-то там точно был! И этот кто-то обязательно что-то видел! Дальше! По обе стороны улицы вдоль тротуаров припаркованы машины. Выявить всех владельцев и снять все видеорегистраторы. Будете искать машину в угоне, потому что на дело в своей не ездят. Уверен, что как минимум задние стекла у нее тонированные. И стояла она на стороне театра, а насчет противоположной – это я просто страхуюсь. Киллер должен был где-то ждать появления Найденова – он же не знал, когда именно тот приедет. Болтаться по улице – значит, точно привлечь внимание полиции, а у него ствол с «глушаком» при себе. Где он мог ждать? Только сидя в закрытой машине, причем на заднем сиденье, чтобы его не было видно,

поэтому тонированные стекла. Когда подъехал лимузин, он вышел, и есть шанс, что его могли заметить прохожие или полицейские, но не придали этому значения.

Тут у Льва зазвонил сотовый, и он, взглянув на него, только поморщился от досады – звонила Мария, а разговаривать с ней сейчас ему было некогда.

– Маша, я очень занят. Не могу сейчас говорить. Я тебе перезвоню.

Он отключил телефон и обратился к Воронцову:

– Юрий Федорович, хозяин еще может даже не знать, что у него машину угнали, но ты все равно распорядись, чтобы внимательно отработали все заявления об угоне машин за сегодняшний день, максимум за вчерашний вечер. И еще. Пусть патрульно-постовая внимательно по сторонам головой крутит, потому что машину обязательно попытаются сжечь. Это гораздо проще, чем возиться и отпечатки стирать.

– Я понял, Лев Иванович, – кивнул генерал и стал давать указания по телефону.

А Гуров повернулся к Игнатову:

– На той стороне улицы полно магазинов, а там обязательно должны быть камеры наружного видеонаблюдения. Вряд ли они захватывают и эту сторону, но проверить все равно надо. С работниками магазинов поговорите – вдруг кто-то что-то заметил.

– Понял, товарищ полковник, – серьезно ответил тот. – Все исполним. Что еще?

– Рутина, то есть поквартирный обход этих домов, причем необходимо опросить и жильцов тех квартир, чьи окна не выходят на театр, – кто-то мог домой возвращаться или с собакой гулять, молодые люди могли стоять и что-то обсуждать, просто зеваки глазели на то, как местный бомонд съезжается. Ну, и гильза, само собой, Но не исключено, что киллер стрелял из машины, и тогда она осталась внутри. Какой рост был у Евгения? – спросил Лев у Денисова.

– У отца – метр восемьдесят семь, а Женька был чуть ниже, – ответил тот.

– Значит, если киллер стрелял из окна машины, то небольшой угол снизу вверх все-таки образовался бы. Но он также мог присесть на корточки между машинами, и тогда гильза валяется под какой-то из них. Черт! Заключение бы посмотреть! Ладно! Потом! На первом этапе это все, подполковник. Выполняйте!

Игнатов, хоть и был в штатском, но чуть не откозырял и бодрым шагом отправился руководить дальше в свете только что полученных указаний.

– Иван Александрович! Я так понял, что в организации этих дебатов ты принимал самое непосредственное участие? – посмотрел Лев на Гордеева и тот кивнул. – Тогда вот что. Мне нужен список приглашенных с пометками, кто не приехал и почему. Раз намечался фуршет, то должны быть официанты и прочая обслуга. Может, и музыкантов заказывали. Ну, и журналисты, кто был аккредитован на это мероприятие. Мне нужны списки всех этих людей. И самое главное – когда были утверждены эти списки, и не было ли замены кого-то в самый последний момент, а, может, кто-то вообще не пришел. И это нужно срочно!

– Ну, список приглашенных, обслуги и музыкантов у меня в машине. Список журналистов должен быть у охраны на входе – они же вслед за приглашенными входили, его взять несложно. А со всем остальным проблема – на служебном входе губернаторская охрана стояла, она-то людей и пропускала, так что самые последние данные, кто именно пришел, а кто совсем не пришел – у нее. А она только своему начальнику подчиняется, который вместе с губернатором уехал. Могли, конечно, списки у охраны театра оставить, но вряд ли. Пойду, попробую, может, что и получится, – с сомнением в голосе произнес Иван. – Но зачем тебе обслуга с музыкантами?

– Потом объясню, – отмахнулся Лев, и Гордеев ушел. – А теперь давайте думать, где бы нам сесть и посовещаться.

– А чего тут думать? – удивился Воронцов. – Поехали ко мне, все равно все новости будут туда стекаться.

Они дождались Гордеева, который принес списки приглашенных и журналистов, в которых было отмечено, что журналисты прошли внутрь все до единого, а вот списка обслуги и музыкантов у охраны театра не оказалось.

– Значит, это те журналисты, кто Найденова дожидался, внутри. Как бы их оттуда выковырять? – задумался Гуров.

– Не сомневайся! Их и найдут, и в удобное для разговора место доставят, – твердо заявил Иван.

Они расселись по машинам: Гуров ехал с Воронцовым и по дороге просматривал документы, а Денисов – в машине Гордеева, которую вел Леший. Лев не сомневался, что, хотя тот за все время не издал ни звука, но слушал все самым внимательным образом, ничего не пропустил и уже отдал соответствующие распоряжения.

Когда все поднялись в кабинет Юрия Федоровича, он как радушный хозяин спросил:

– Может, чай? Кофе? Кому что? Если кто курит, то пепельница на столе.

Курящим оказался только Денисов, который тут же и задымил, с чаем и кофе тоже определились, и, пока Воронцов носил из комнаты отдыха чашки и все остальное, Иван спросил у Гурова:

– Так зачем тебе официанты с музыкантами?

– У меня пока две версии: личные мотивы, под которыми я подразумеваю и бизнес, и выборы, – начал объяснять Лев. – Причем одно могли замаскировать под другое, то есть убить собирались по личным мотивам, но обставить все так, чтобы выглядело, как разборки во время избирательной кампании. Потому и исполнить все нужно было напоказ, чтобы потом это покушение не замяли, представив смерть жертвы, как несчастный случай или гипертонический криз, например. Для того два журналиста Найденова и дожидались, чтобы все заснять. А теперь предположим, что киллер по какой-то причине не смог выстрелить снаружи. Значит, у него должен был быть запасной вариант, как пройти в театр. А как киллер мог попасть внутрь? Или под видом приглашенного, или как сотрудник одной из обслуживающих мероприятие фирм.