Дом у кладбища - Джозеф Шеридан Ле Фаню

– Запугать вас? Ха-ха-ха! – С язвительным смешком Дейнджерфилд покосился на окровавленный рукав. – Нет, сэр, не берусь, однако от наказания моего вам не уйти. Доктор Стерк опровергнет болтовню этого жалкого Айронза – и я живо заткну вам рот!

– Не в моем обычае, сэр, скрывать от арестованного чьи-либо показания. С какой бы стати мне отлучать вас от мира, коль скоро вы ни в чем не повинны? Доктор Стерк, сэр, под присягой недвусмысленно обвинил именно вас. Убийцей, который покушался на его жизнь в Мясницком лесу, он назвал Чарльза Арчера, скрывающегося под именем Пола Дейнджерфилда и проживающего в этом доме, известном под названием Медный Замок.

– Как?! Я не ослышался? Доктор Стерк обвиняет меня? Да простит мне Бог, сэр, но теперь я вижу ясно: все вы форменным образом рехнулись. Доктор Стерк! Доктор Стерк бросает мне обвинение в том, что я покушался на его жизнь! Тысяча проклятий, сэр, – этого попросту не может быть! Неужели вы ему поверили? Если он говорит такое – значит все еще бредит…

– Тем не менее это его слова, сэр.

– Тогда скажите на милость, сэр, не кажется ли вам, что вы несколько поторопились, всаживая в меня пулю у моего собственного очага? Вы, зная меня более чем достаточно, опирались единственно на околесицу больного с помутившимся разумом, едва очнувшегося от затяжной летаргии. Сэр, хотя закон и не предусматривает наказания, соразмерного со столь вопиющей поспешностью, но я обещаю вам, что взыщу с вас наложенный штраф сполна – до последнего шиллинга… А теперь, сэр, ведите меня куда хотите – сопротивляться я не намерен. Прострелив мне руку, можете испортить мне все дела, растерять все мои счета и деловые бумаги, можете попытаться воспрепятствовать моему оправданию и окончательно подорвать мою репутацию – за все, сэр, вы заплатите мне сполна.

С этими словами Дейнджерфилд левой рукой нахлобучил на голову треуголку и, ядовито усмехаясь, молча кивнул миссис Джукс; та, жалостно всхлипывая, накинула ему на плечи белый сюртук и застегнула пуговицу возле горла. Входная дверь была распахнута настежь, свечи ярко горели в ночном воздухе; Дейнджерфилд вышел из дому небрежной, уверенной походкой человека, идущего навстречу торжеству в справедливом деле отмщения, и с легкостью взобрался на свое сиденье. Миссис Джукс видела, как заняли свои места констебли; еще раз мелькнуло перед ней мрачное, без кровинки, лицо, столь хорошо ей знакомое; запомнились ей насмешливая гримаса, кривившая губы хозяина, запятнанный кровью рукав – и дверца кареты захлопнулась. Щелкнул кнут, раздался возглас кучера, лошади тронулись с места, медленно повернулись колеса – и экипаж, уносивший хозяина Медного Замка, исчез в темноте, подобно картинке из волшебного фонаря, оставив на крыльце плачущую миссис Джукс со свечой в руке.

Глава ХСIII

Доктор Тул и Грязный Дейви ведут переговоры в голубой комнате

Карета, погромыхивая, неспешно катилась вперед по направлению к Дублину. Несмотря на выказанную мистером Лoy неколебимость, филиппики Дейнджерфилда подействовали на него самым неприятным образом. Подсказка Клаффа ничему не помогла; предмет, который, как он якобы видел, арестованный прятал в ящик своего комода той самой ночью, когда совершилось покушение, найти так и не удалось, а ведь именно он, судя по описанию, вполне мог послужить тем оружием, каким был проломлен череп Стерка. Недоброе предчувствие подсказывало судье, что безобидный хлыст для верховой езды так и останется единственной вещественной уликой, подкрепляющей показания капитана; с другой стороны, невозможно было так просто отмахнуться от слов Дейнджерфилда как совершенно безосновательных. Чем обладает иной человек – некой магнетической силой или вдохновенным сценическим даром, благодаря которым окружающие подпадают под совершенно неотразимое воздействие и заражаются нужным чувством? Однако в отсутствие Дейнджерфилда убедительность его доводов значительно пошатнулась, а вызывающая напористость потеряла силу. В памяти судьи ожили четкие и связные показания Стерка, который подробно разъяснил каждую деталь происшествия, а также подкрепившие их не менее подробные и полностью изобличающие злодея показания Айронза: все обстоятельства преступления, под влиянием белоголового мага ставшие на мгновение неясными и разрозненными, теперь выстроились в стройную цепочку – и целостная картина событий явилась мысленному взору судьи во всей своей железной последовательности и нерушимой завершенности.

– Эй, парни, кто-нибудь из вас, бегите, откройте ворота Мельниц, – крикнул Лоу в приливе оживления, с души у него словно камень свалился. – Для бедной миссис Наттер это будет хорошей новостью. Утром она увидится с супругом.

Судья подскакал на своей охотничьей лошади к Мельницам, где, загрохотав дверным молотком, поднял тот переполох, о котором мы уже знаем. Услышав весть, переданную несчастной Салли Наттер, миссис Мэтчуелл, Слепой Скрипач и даже премудрый Грязный Дейви вздохнули с несказанным облегчением. Есть на свете люди, для которых любой оклик звучит вызовом на суд. Пока суть дела не прояснится, они, пребывая в неизвестности, лихорадочно перебирают в уме возможные для того поводы, подводя мрачный для себя итог: неужто всплыло на свет божий то или иное злодейство, неужто давно погребенная жертва встала из гроба, чтобы схватить супостата за горло?

Коротко изложив благую весть миссис Салли, мистер Лоу обратился с предостережением к смуглой леди на нижнем этаже, но та в ответ, теперь уже совершенно ободренная, только ухмыльнулась и, щелкнув пальцами, не замедлила осыпать рослого магистрата отборной бранью, даже не удосужившись привстать с кресла в гостиной, где она расположилась с прежним комфортом. Судья вновь забрался на своего гунтера и, пришпорив его, без особого труда нагнал громоздкий экипаж. Мистер Лоу принадлежал к числу общественных деятелей, преданных своему долгу, а бывший обитатель Медного Замка не относился к числу заурядных арестантов, он вполне заслуживал того, чтобы быть исправно препровожденным к новому жилищу, пускай не со всеми удобствами, но зато в целости и сохранности.

Наутро новость, в чем вы вряд ли могли усомниться, облетела весь Чейплизод. В воздухе носились всевозможные слухи и кривотолки: событие обсуждалось на все лады, факты и небылицы доставлялись к порогу