Гранд-адмирал. Том четвертый (СИ) - Модус Илья Сергеевич

Командирам кораблей несомненно распишут действия каждого из них, а штурмовикам по-видимому, предстоит инструктаж относительно захватов баз или кораблей, которые Траун намеревается присвоить в ходе боевых действий.

Вероятно тоже самое происходило и с другими группами, которые находятся на боевых постах у границ, просто в целях секретности никто об этом даже по защищенной линии не разговаривает.

На одном из поворотов, И-Гор краем глаза заметил, что помимо гвардейца, идущего во главе их небольшой кампании, позади офицеров-штурмовиков двигались еще четыре гвардейца.

Странноватый способ сопровождения офицеров к непосредственному командованию.

Больше всего этот эскорт напоминает конвой.

Но эту мысль И-Гор отмел сразу же.

Ни он, ни его подчиненные ни в чем противозаконном не замечены.

В противном случае он узнал бы об этом первым и выпотрошил бы негодяев до того, как контрразведчики на кораблях успели сообщить командованию.

Значит ему просто кажется.

Вероятно это не более чем усиленные меры безопасности.

К удивлению И-Гора, их процессия прошла мимо зала для брифингов, где Траун нередко инструктировал командиров перед крупномасштабными операциями в прошлом году.

Контр-адмирал встретился взглядом с капитаном Калианом, на чьем лице проскользнуло удивление.

Да, он тоже сообразил, что их ведут явно не в зал для совещаний.

Остальные офицеры даже ухом не повели — клоны, что с них взять?

Они исполнительны, но эмоций от них можно не ждать.

Еще через несколько минут путешествия по коридорам, И-Гор сообразил, куда именно они двигаются.

К апартаментам Трауна.

Просто их ведут несколько замысловатым способом, едва ли не вокруг всего жилого комплекса на палубе.

Странно все это.

Ну да ладно, скоро все прояснится.

И-Гор помнил и никогда не забудет того момента, когда Траун вызвал его для встречи после завершения операции на верфях Хаста.

Разговор был тяжелым.

И вспоминать его детали — больно.

Но больше его удивило как раз то, что гранд-адмирал, холодный и расчетливый, словно дроид, выказал эмоции и искреннее сочувствие по поводу утраты тогда еще капитана И-Гора.

Эта беседа рвала шаблон настолько сильно, что И-Гору потребовалось немало времени, чтобы привести мысли к общему знаменателю.

Впрочем, это будет большим преувеличением — сказать, что кто-то или что-то понимает Трауна и то, что он делает, говорит…

Да, когда он сам расставит акценты и объяснит — все предельно просто и остается лишь кусать локти, думая, почему ты сам до этого не дошел.

Но в одном И-Гор точно уверен.

Разочарование в Империи изменило и самого Трауна.

Он стал… более человечным, что ли.

В частной беседе с Гиладом Пеллеоном, И-Гор услышал примерно такую же позицию.

Бывший командир «Химеры» подмечал, что на протяжении всей операции «Алый Рассвет», Траун «очеловечивается».

Чего с ним не было с тех пор, как он вернулся из Неизведанных Регионов и вплоть до информационного рейда на Оброа-Скай.

«Подождем пару лет, и, глядишь, нас даже на свадьбу пригласят», — ляпнул тогда Гилад.

Разговор проходил в тесном кругу, после совещания на борту штаб-квартиры, когда Траун, своим появлением дал понять, что его «смерть» во время операции на Слис-Ване — не более чем очередная многоходовая комбинация, призванная выиграть время и отвести угрозу от Доминиона со стороны воскресшего Императора Палпатина.

Тот факт, как себя вел клон Трауна и сравнение с поведением раненного на всю голову клона джедая, использовавшегося в первые месяцы кампании «Алый Рассвет», очень наглядно продемонстрировали всем командирам кораблей и соединений в чем разница между подходом клонирования Доминиона, с использованием тех самых ящериц, которых месяцами вывозили с Миркра вместе с их треклятыми деревьями и кустарниками, и клонированием чувствительного к Силе разумного без использования йсаламири.

Что называется — пробрало.

Даже тех, кто не являлся клонами «гвардии» — командиров кораблей, которые были с Трауном с самого начала компании.

Слухи или нет, но после того как Леннокс, Редер, Прил и десятки других командиров, освобожденных из плена и завербованных на службу, пообщались с «гвардией» и узнали как именно темный джедай, психованный безумец, брал под контроль целые экипажи кораблей и соединения, когда раскрылась правда об «эффективности» Имперского звездного флота до и после смерти Палпатина, количество желающих утопить свою «никчемность» в кореллианском виски выросло до небес.

Злые языки поговаривают, что именно тогда Танда Прил подцепила в коридоре штаб-квартиры кого-то из дженсаарай и утащила его в подсобку через всю палубу, а это порядка сотни километров в одну сторону.

Но зная Танду — это не более чем грязные инсинуации и обычные офицерские сплетни.

Прил не из тех, кто будет кого-то тащить в подсобку, когда набралась по самые брови.

Ей бы хватило и ближайшего свободного помещения — дама за словом в карман не лезет, действует быстро и решительно.

И-Гор, волей или не волей, был включен в информационное поле офицерских сплетен, которое не могло не родиться после отмены имперского запрета на личные коммуникации между военнослужащими.

Да, запрет оставался, но он касался исключительно служебной деятельности и служебной же информации.

А личное общение — да сколько угодно.

Это в определенной мере лишь сплотило регулярный флот.

Появилось то, что называется «чувством локтя».

В бой идти гораздо спокойнее, когда ты знаешь на кого и в чем можешь положиться.

Но это же информационное поле и стало местом образования слухов и пересудов, которые распространялись подобно пожару.

И-Гор прекрасно знал, что байка про Прил и дженсаарай не имеет никакого отношения к последствиям совещания по завершению «Алого рассвета».

Контрразведка уже вычислила источник слухов — молоденького связиста с «Грома», который обеспечивал как-то канал связи между кораблем Прил и «Химерой».

Вот после этого почему-то слухи о Прил и каком-то дженсаарай (по шкале дикости достигающие значений от «Прил кувыркается с молоденьким дженсаарай» до «По приказу Трауна Прил охраняют дженсаарай даже в каюте») и стали распространяться.

А злые языки нарастили на ситуацию излишние фантазии.

И-Гор знал, что контрразведка на кораблях частенько вызывала для «профилактической беседы» немало любителей почесать языками и это имело неплохой эффект.

Офицерское информационное поле медленно, но верно очищалось от словоблудов, возвращаясь к тому, чем оно было изначально — товарищеским и дружеским способом неформального общения.

Впрочем, осторожные перешептывания о том, женится ли Траун на баронессе Д’Аста и войдет ли сектор Д’Астан в состав Доминиона по результатам политического союза, являлись едва ли неискоренимыми.

Все эти мысли пронеслись у И-Гора в голове ровно до тех пор, пока о во главе процессии не был остановлен гвардейцем у поста охраны возле входа в уже знакомые апартаменты.

По бокам дверей стояли еще два гвардейца при полном вооружении.

Отделение штурмовиков, рассредоточенное по коридорам — это едва ли то, что бросается в глаза.

Подобные меры безопасности повсеместно реализованы на кораблях после битвы при Слуис-Ване.

Но присутствовал здесь еще кое-кто.

Адъютант гранд-адмирала.

Подполковник Тиерс.

Застенчивый, робкий, но более чем компетентный адъютант, обладающий обыденным телосложением, скрытым под форменным кителем.

Человек этот даже внешне не соответствует тем требованиям, которые можно было бы нафантазировать, зная требовательность Трауна к подчиненным.

Из бедняги-Пеллеона гранд-адмирал два года выжимал все соки, заставив вспомнить все, начиная от навыков рукопашного боя, до особенностей работы двигательной системы «двойки».

А тут адъютант-тюфяк.

Впрочем, И-Гор даже не собирался продолжать свои мысли в этом направлении.