Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

вражеский пулемёт оказался сзади, а бур, наоборот, впереди. «Биг папа» со стремительностью, которой от него никто не ожидал, рванул вперёд, стремительно сокращая расстояние, к доспеху Марины. Бур жутко загудел. Но Марина ловко ушла в сторону, одновременно пара коротких пулемётов с её плеч разразились очередями. Пули разнесли зарешёченное окошко забрала «Биг папы», пробили дыры в головной и плечевой броне. Он остановился, покачнулся, словно равновесие потерял, однако быстро оправился и атаковал снова. Опять зарявкал «Льюис». Но очередь прошла мимо, пробив крышу соседнего дома.

— Я на месте… — раздался голос Сатоми, — то есть, Кузуноки-дзюньи на месте, готова открыть огонь.

— Только по моей команде, — повторил Ютаро.

— Но Марина-сан же…

— Только по моей команде, Кузуноки-дзюньи!

Бур «Биг папы» пробил дыру в стене дома, разбросав во все стороны щепу. Марина переступила, отойдя на пару шагов, снова заработали короткоствольные пулемёты на плечах. Пули прошлись по голове и груди противника, но выстрелы неожиданно оборвались — патроны кончились. Этим и воспользовался противник. «Биг папа» метнулся к Марине, снова стремясь дотянуться буром. Она попыталась разорвать дистанцию, но нога её доспеха духа зацепилась за низенький заборчик ближнего дома. Доспех повело в сторону, Марина отчаянно заработала рычагами, стремясь восстановить равновесие. Даже векторный двигатель на секунду включила, так что её дёрнуло в противоположную сторону. Это спасло её от новой очереди «Биг папы», но часть пуль всё же пришлась на плечо доспеха Марины. Доспех ещё сильней повело в сторону, он врезался в стену дома и рухнул.

— Отряд! — тут же скомандовал Ютаро. — Огонь из пулемётов!

Они почти синхронно, снова только Сатоми немного опоздала, вскинули спаренные пулемёты и обрушили на наступающего на Марину «Биг папу» ливень пуль. Расстояние было приличным, и потому большая часть их прошла мимо, но и оставшихся тому хватило с лихвой. Они пробили броневые накладки, буквально изрешетив его, но не остановив. Мех обернулся, как будто только заметил новых врагов — а, скорее всего, так оно и было — дал длинную очередь, стараясь накрыть одновременно все три доспеха. Результат вполне закономерный — ни одного попадания. «Биг папа» замешкался, как будто не мог выбрать себе цель, сосредоточившись на одном противнике. Это и сгубило его. Марина, не поднимаясь, несколько раз выстрелила из авиапушки по ногам меха, разнеся одну конечность буквально в кашу. «Биг папа» рухнул наземь, длинная очередь его «Льюиса» ушла в небо, выпустив в белый свет весь оставшийся магазин.

— Киришима-сёи, — сказал Ютаро, — доложите своё состояние.

— Доспех не повреждён, — ответила Марина, — но без помощи подняться не могу.

— Ивасаки-дзюньи, — обратился Ютаро к Асахико, — выведите из строя бур меха. Кузуноки-дзюньи, за мной!

Асахико прошла по дуге, заходя с более удобного угла, навела авиапушку на правую руку меха. Несколькими точными выстрелами она разнесла её, вместе с жутким буром. Тем временем Ютаро и Сатоми подошли к доспеху Марины, зацепили его специально для этого предназначенными «кошками» на лебёдках, подняв на ноги. И только после этого Ютаро щёлкнул тумблером, вызывая «Сяти».

— Противник нейтрализован, — сообщил он. — Готовы к эвакуации.

Дирижабль начал медленно снижаться, готовясь выбросить посадочную платформу.

Первым погрузили повреждённого меха. На платформе спустились два десятка техников в сопровождении двух взводов бронепехоты. Они быстро перенесли «Биг папу» на неё, привязали к ней прочными тросами. Солдаты замерли вокруг него, направив на изрешеченный пулями корпус меха стволы пистолетов-пулемётов. Ютаро отметил, что все они были офицерами, скорее всего, какого-то спецподразделения, потому что на поясе каждого висел меч традиционной формы — син-гунто[474].

Платформа поднялась в небеса под аккомпанемент натужного скрипа лебёдки, унося в трюм дирижабля техников, бойцов бронепехоты и стянутого тросами «Биг папу». Через четверть часа она спустилась, чтобы забрать и доспехи духа отряда под кодовым названием Труппа.

Глава 6

Октябрь 9 года эпохи Сёва (1935 г.). Токио

Утром следующего дня я привычно направился к директору Мидзуру. Она вручила мне эскизы декораций, которые оказались достаточно объёмными и сложными. Кроме того, я попросил её узнать, сколько примерно она платила раньше за подобную работу, а также уточнил максимальную смету, за пределы которой выходить нельзя. Вооружившись эскизами и наставлениями, я отправился в мастерскую наёмных рабочих театра. С их бригадиром я договорился быстро и достаточно недорого, вполне оставшись в пределах сметы. Распрощавшись с ним и договорившись о том, что зайду через пару дней, проверить ход работы, я прыгнул в трамвай, направляющийся в центр столицы, где должна была находиться контрразведка.

Здание контрразведки было легко узнаваемым по мрачному фасаду и иероглифам на табличке над входом. Выполнено оно было в европейском стиле, мало отличаясь от подобного рода учреждений в остальном мире. По ту сторону массивных деревянных дверей стоял на часах дневальный, и топталось несколько человек в штатском. Дневальный вежливо-презрительным тоном поинтересовался, зачем я пришёл. В ответ я протянул ему повестку, вручённую мне Хатиямой. Дневальный изучил её и объяснил, как мне пройти в нужный кабинет. Я прошёл по коридорам с полами, застеленными зелёными ковровыми дорожками, и стенами с картинами и плакатами на военно-патриотические темы. Среди последних я заметил даже пару времён едва ли не Русско-японской войны, где бравый самурай в мундире гонял мечом нескольких неряшливых русских солдат. Наверное, почти такие же висели на стенах царских присутствий, только на них здоровенные русские солдаты и матросы расшвыривали ударами могучих кулаков десятки япошек. Усмехнувшись такой преемственности, я постучал в дверь кабинета Хатиямы.

— Отлично, — сказал тот будничным тоном, вынимая из стола несколько бланков и начиная их сноровисто заполнять мелкими буквами одной из двух японских азбук, которой именно, я не присматривался. Сесть он мне не предложил, и потому я просто уселся без его разрешения. Хатияма только глянул неодобрительно, но больше никак не отреагировал, продолжая заполнять свои бланки мелким убористым почерком.

Так прошло несколько минут, после чего Хатияма выдал мне один из заполненных бланков.

— Носите всегда с собой, — сказал он, — и предъявляйте вместе с паспортом.

— Я могу идти? — спросил я.

— Погодите минуту, — покачал тот головой. — Сейчас мы пройдём в допросную комнату. С вами хотят поговорить серьёзные люди.

— А те, из храма, значит, несерьёзные были? — усмехнулся я.

— Это наши союзники, — ответил Хатияма, вставая. — Идёмте, Руднев-сан.

Я кивнул и вслед за ним вышел из кабинета, отметив, что тайи на два оборота запер дверь и несколько раз дёрнул её для проверки. Основательный всё-таки народ японцы. Точно также, следуя за Хатиямой, я спустился на два этажа вниз, и мы оказались в подвале здания контрразведки. В небольшом предбаннике