Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

решил доказать ему, что я до сих пор лучше него во всем, не подумав, что причиню тебе боль. Мы всегда соперничали, а черные кристаллы Матвея только усилили в нас эту борьбу, — ответил Бальтазар, опустив глаза.

— Вот как! Знаешь, а вы стоите друг друга! Нанося удар, прикрываетесь живыми людьми, и вам все равно, чьи чувства затронете, лишь бы доказать друг другу свое величие! — рассердилась я, чувствуя огромное желание побить обоих, чтоб знали, как причинять боль другим.

Встала и отправилась обратно в пещеру, слыша, что Бальтазар идет за моей спиной. Когда мы добрались до своего нового дома, уже стемнело. Я встретила обеспокоенные лица Валькирии и Энза, они по нашему виду поняли, что мы не очень-то помирились.

— Мила! Что-то случилось? — осторожно спросила Валькирия, посмотрев на меня с сочувствием.

— Да! Случилось непоправимое, Бальтазар рассудка лишился! — ответила я, еле сдерживая гнев.

Энза рассмеялся, но встретив грозный взгляд Валькирии, опустил глаза и сделал вид, что занят своими делами.

Ушла в свою комнату, громко хлопнув дверью. И зашла в ванную, где была каменная чаша с горячим источником, вода подымалась каким-то образом сюда, и наполняла углубление в полу. Валькирия приготовила разнообразные виды мыла, аромат которых успокоил мою душу. «Я со своей семьей, вернее с тем, что от нее осталось, и это главное сейчас, я не пленница, и мы сможем отправиться на поиски Элены», — искала я новую надежду внутри себя. Завернувшись в полотенце, я вошла в комнату и вздрогнула, увидев Бальтазара. Он стоял, подпирая стену, и внимательно наблюдал за мной.

— Что тебе нужно? Опять пришел устроить допрос и задать глупые вопросы? — жестко спросила я, и гордо прошла мимо него. Но он поймал меня за руку и подтянул к себе.

— Нет! Ты права, я должен был сразу тебе поверить, — прошептал он, и потянул за край полотенца. Оно упало к нашим ногам, но я не обратила на это внимания. Я смотрела ему в глаза, пытаясь понять, что творилось в его голове.

Но я ничего не успела спросить или возразить, потому что он прикоснулся ко мне своими губами и с нежностью поцеловал. А потом подхватил меня на руки и уложил на кровать.

— Я не хочу спать один, — прошептал он, прижимая меня к себе.

Закрыла глаза и провалилась в сон, в котором видела свою маму, отца, дочь и своего сына Деймона, он смотрел на меня своими зелеными глазами, такими добрыми и ласковыми, и прошептал, что все будет хорошо. А потом мне снилось, что мы снова все вместе, что вся семья, как и прежде, собралась в гостиной, и я почувствовала счастье и умиротворение.

Утром открыла глаза и ощутила, что Бальтазар крепко держит меня в объятиях. Он спал, а я любовалась им, таким родным и любимым. Осторожно я погладила его по голове, по широкой спине, очертила каждую линию на лице. Он открыл глаза и часто заморгал, а потом улыбнулся и лежал не шевелясь, пока я продолжала водить рукой по его плечу.

— Я люблю тебя, — прошептал он, не сводя с меня своих черных глаз.

Улыбнулась, чувствуя, что теперь все у нас наладится.

Когда мы вышли в гостиную, Энза заулыбался.

— Валькирия, дорогая, у меня хорошая новость, они не убили друг друга, — смеясь, проговорил он.

Подруга вышла из комнаты и ее глаза заблестели от счастья.

— Милорд! — услышала я голос Яна у себя за спиной. — Ночью мы видели тень девушки, она добежала сюда, а потом исчезла. А утром мы заметили, как она вернулась в запретный лес. Милорд, у нас предположение, что за вами наблюдают.

— Спасибо, сэр Ян. Сейчас же отправимся и исследуем запретный лес, — ответил Бальтазар.

И воин ушел.

— А почему ты думаешь, что она в запретном лесу? — удивилась я.

— Потому что тень не может далеко уходить от человека. Элена ей управляет с расстояния, значит, она где-то рядом, — пояснил Бальтазар.

— Я иду с вами! — решительно сказала я.

— Нет! Это очень опасно, останешься здесь! И это не обсуждается! — строго ответил Бальтазар.

— Мы пойдем все вместе, — сказала Валькирия, — Мила целитель и пригодится нам, к тому же это лучше, чем просто прятаться целыми днями в этой пещере.

— Лучше с ними не спорь! Если они, что решили, никто их не остановит, — улыбнулся Энза и похлопал Бальтазара по плечу.

Бальтазар подождал пока Энза, и Валькирия выйдут из нашего убежища, а потом схватил меня за руку и прижал к стене. Сердце мое заколотилось, и я не могла оторвать взгляда от его черных глаз. Муж страстно начал меня целовать, а потом сжал мое лицо в своих ладонях и посмотрел в самую глубину моей души.

— Ты самое упрямое создание, и как я мог забыть, что приказы правителя для тебя ничего не значат! Пообещай, что будешь осторожна! Нет места на Пандоре опаснее запретного леса. И я не прощу себе, если ты пострадаешь там! — прошептал Бальтазар, обжигая мою кожу своим дыханием.

— Обещаю! Только и ты будь осторожен! — ответила я и притянула Бальтазара к себе. В его глазах вспыхнули огоньки страсти.

— Нам надо идти, а я не могу оторваться от тебя! — выдохнул Бальтазар и снова начал меня целовать.

Он отстранился от меня и снял с себя кулон, который я ему дарила много лет назад, и повесил мне на шею. «Наверное, Энза вернул ему», — предположила я.

— Я хочу, чтобы ты его носила, потому что ты чаще всех попадаешь в плен, пусть у тебя будет возможность снять блокирующий браслет с помощью этого металла, — прошептал муж, и взяв меня за руку, вывел из пещеры, где нас ждали воины и Энза с Валькирией.

ГЛАВА 18

Мы добрались к той части запретного леса, где видели тень Элены. Наш отряд состоял из десяти человек, остальных воинов Бальтазар решил не брать, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Когда мы вошли на территорию этого странного места, земля задрожала и проход закрылся деревьями.

— Как мы найдем выход? — прошептала я, посмотрев на мужа.

— Мы с Энза были очень непослушными детьми, и часто приходили в этот лес, тогда мы заметили одну закономерность, проход открывается в одном и том же месте спустя двенадцать часов, а всего выходов около двадцати, но все они в разных местах леса. Нужно ставить отметки на дереве, где мы были, и тогда сможем вернуться в то место, откуда вошли, — пояснил Бальтазар.

— И, самое главное, не шуметь и громко не разговаривать,