Айрин (СИ) - Даниэль Зеа Рэй

— Айрин пропала, — ответила Данфейт, — отец в госпитале, Орайя и Айя мертвы, Сайкайрус все еще существует, судьба первоисточника неизвестна, а война продолжается. Я ничего не упустила?

— Все не так уж и плохо, — пожал плечами Кимао.

— Куда уж хуже?

— Мы могли бы быть мертвы, например, — Кимао улыбнулся и обнял Данфейт, прижимая ее к себе. — Все будет хорошо, милая. Я, почему-то, в этом уверен.

Глава 16

Орайя лежал на песке и пытался перевести дыхание. Прижав ладонь к своей груди он нащупал рубец под тканью его белой рубашки. Такой же рубец должен был остаться на оболочке Айи после того, как кто-то ранил ее в грудь. Орайя не знал, что конкретно с ней произошло. Единственное, что он отчетливо помнил — это боль, которая парализовала его, и нарастающее чувство свободы, от которого он никак не мог избавиться. Он не желал становиться свободным, он не желал разрывать узы связи со своей Aiami, он просто не мог потерять ее навсегда.

«Когда устанешь исполнять свой долг перед теми, кому плевать на твои жертвы, вспомни о том, что у тебя был я, для которого ты была смыслом жизни. Вспомни и заплачь, потому что это будет единственное, что тебе останется сделать в твоем пустом и бесконечно долгом существовании». Слова проклятия для Айи стали его собственным проклятием. Он высказал их в гневе и тысячу раз пожалел, о том, что сделал.

— Простишь ли ты меня когда-нибудь? — спросил Орайя, но ответа так и не услышал.

Осмотревшись по сторонам, Орайя поднялся на ноги и сосредоточился на своих чувствах.

«Где бы ты ни была, вернись в Ерон и закрой первоисточник. Если начнется резонанс между мирами, все может быть кончено. Закрой первоисточник, Айя. Сделай это».

Айя стояла посреди развалин Изона и молча слушала слова Орайи, обращенные к ней. Возможно, все это — очередная иллюзия и она до сих пор находится в комнате, из которой нет выхода. Возможно, таким образом Гвен и Пире пытаются узнать секрет конструкции первоисточника, чтобы с помощью плененных ими творцов ami воссоздать оружие ее брата там, с другой стороны.

«Где бы ты ни была, вернись в Ерон и закрой первоисточник. Если начнется резонанс между мирами, все может быть кончено. Закрой первоисточник, Айя. Сделай это».

Он вновь повторяет эти слова в ее голове. Как будто ему нечего больше ей сказать. За последние дни она видела его сотни раз. Он являлся к ней в разных ипостасях и каждый раз просил сделать что-нибудь. Когда она отказывалась, он исчезал и на его месте появлялся ее брат. Орайя и Оттери превратились для Айи с два антипода: они были разными по своей сути, но преследовали одну и ту же цель. Этой целью была она — Айя — ее дар и знания.

Айя провела рукой по выбритым волосам на своем виске и накинула на голову белый капюшон. Теперь она вдова ami. Белый цвет ее плаща — символ одиночества для ее народа. Выбритые виски — символ того, что ее муж забрал у нее часть жизни.

Небо над головой Айи стало темнеть. Значит, с минуту на минуту здесь начнется дождь. «Это ты, Орайя, гонишь меня отсюда или сама I-ho желает, чтобы я покинула Изон?» Айя улыбнулась, не услышав ответа на свой вопрос.

«Что ты хочешь знать на этот раз, Орайя? Секрет ядра первоисточника? Это тебя интересует?»

«Айя… Что с тобой?»

«Или тебе необходимо знать качественный состав сплава для энергоколец?»

«Закрой первоисточник. Прошу тебя, сделай это».

«Ты всегда только просишь!» — повысила голос Айя. «А когда я отказываюсь, ты наказываешь меня».

«Юга… Айя!»

Хлынул дождь. Айя выгнулась, подставляя лицо под капли воды и раскидывая руки по сторонам.

«Я свободна, Орайя Сиа!!!»

Айя сомкнула ладони, устремляя поток энергии в небо.

«Я свободна от тебя!!!»

Размокнув ладони, она развела тучи по сторонам. Теперь лучи Амира жгли кожу на ее лице. Айя распахнула глаза и увидела лицо врача напротив.

— Господин Орайя?

— А-а-а!

— Господин Орайя, Вам следует…

— А-а-а!!!

Он не мог выговорить ее имя, чтобы позвать. Язык распух во рту и у него все не получалось позвать ее по имени.

— Ajami!!!

— Вызовите господина Сиа!

Гнев, ненависть, беспомощность, усталость, смятение, страх, обреченность — все его эмоции она ощутила, как свои собственные. Картинки перед глазами побежали вперед. Он встал с кровати. На нем рубашка. Желание уничтожить все, что его окружает — слишком велико. Он понял, что отец предал его. Он понял, что отец не позволил ему спасти ее.

— Ри Сиа!!! — закричал он. — Я убью тебя!!!

Вибрация Внешнего Мира — он ощущает ее. Это раздражает. Миру все равно, что с ней произошло. Даже если ее не станет, Мир будет продолжать вибрировать без нее. Ему не нужен такой мир. Он не желает быть его частью. Он всего лишь хочет быть рядом с ней. Он хочет вибрировать с ней в унисон.

— Орайя, остановись!!! — Кимао кричит это, а ему все равно. — Орайя, она ведь жива!!! Разве ты не чувствуешь?

«Айя?» — зовет он ее. «Ajami?»

Она молчит в ответ. Она слишком далеко, ее присутствие в этом мире практически неуловимо. Но все же, она жива.

«Ублюдки!!! Вы все издохните здесь, так и не узрев песков Сатриона и то, что сделали с Изоном!!!»

Он видел, как погибает его мать. Ему больно, но гораздо более от того, что все это происходило на ее глазах. Он сжимает руку брата, чтобы Кимао сдержал его порыв разрушить все вокруг до основания. Брату тяжело бороться с ним. Ему плохо, но он молчит, продолжая удерживать вокруг Орайи защитное поле.

— Прокрути еще раз последнюю часть, — просит Орайя, поднимая глаза на Данфейт.

— Хорошо, — кивает Дани и вновь включает запись.

«Ублюдки!!! Вы все издохните здесь, так и не узрев песков Сатриона и то, что сделали с Изоном!!!»

— Стоп! — приказывает он.

Ты все сделала правильно. Ты оставила всем им подсказку. Но они — дураки. Они ничего не поняли. Лицо отца. Он смотрит на него.

— Я знаю, что она все еще жива. Только поэтому все еще жив ты. Но запомни: за то, что предал меня и мою жену я больше никогда не назову тебя отцом. Никогда, Ри Сиа!!!

Кимао провожает Орайю в комнату. Брат знает, что он собирается сделать. Больше ему не страшно. Спустя несколько минут он очнется на Сатрионе, и она обретет свободу. «Я скоро, Ajami. Дождись меня. Я не подведу». Какой способ избрать? Нельзя возлагать такую ответственность на брата. Он должен все сделать сам. Айя, тебя ранили в самое сердце? Что ж, он желает, чтобы такой же рубец появился и на его теле.

— Принеси мне нож, — просит он брата.