Инстинкт Убийцы. Книга 1 - Элеонора Бостан

Снова надев рюкзак, она размахнулась, насколько позволяли движения, и зацепила крюк на стене, на мгновение испугавшись, что перебудит даже мертвых звуком, который издал металл при соприкосновении с камнем. Но ничего подобного, конечно, не произошло, никто даже ничего не услышал, хотя всего в нескольких метрах от нее ночную вахту нес молодой охранник, в обязанности которого входило патрулирование этого сектора двора. Выждав несколько секунд и убедившись, что никто не спешит проверить, что был за шум, Фатима схватилась за канат, радуясь, что руки защищены перчатками, дернула пару раз, а потом полезла, старательно следя за тем, чтобы не угодить в кадр. На вершине стены она замерла, скорчившись и хватаясь за ветки, осмотрелась, во дворе не было ни души, только горели фонари и окна в полуподвальной кухне. Молодой охранник пошел к гостевому дому, там заканчивалась его зона, так что на этой части территории она осталась одна, если не считать компании камер.

А я ведь отлично справилась, по крайней мере, пока, отметила Фатима, ведь никто не прибежал к стене с пистолетами и ядерной боеголовкой, значит, никто не видел ее, взбирающуюся по стене, как человек-паук. Вот бы и дальше так, подумал она, внимательно изучая траекторию следующего движения. Теперь надо было спуститься со стены и пройти к северной стене дома, там она собиралась проникнуть в шикарный особняк посла. Держась рукой за ветки, она второй рукой начала подтаскивать к себе канат, висящий пока еще с той стороны. Едва не свалившись, она перекинула веревку на другую сторону забора и снова замерла, потом, убедившись, что никто ей не помешает, переставила крюк, и, проверив все в последний раз, полезла вниз. Здесь ей надо было приземлиться точно за стволом одного старого дерева, мертвая зона была здесь еще меньше, чем снаружи. Для этого она и переставляла крюк, а теперь, бесшумно как тень – и такая же черная – она скользила вниз по стене. Через секунду ноги ее уперлись в мягкую траву, а сама она оказалась точно между стволом и забором.

Теперь надо было забрать крюк, нельзя бросать свои вещи где попало. Твердо встав на ноги, Фатима принялась дергать канат, но крюк никак не желал расставаться со стеной. А тем временем, охранник не спеша шел обратно, глубоко погрузившись в собственные мысли, он шагал тут как дурак только потому, что этот суетливый козел Виктор-Засранец-Владимирович в любую секунду ждал начала третьей мировой, причем твердо верил, что начнут с захвата этой гребаной виллы. Сам же парень никак не понимал, зачем при наличии стольких охранников и камер, да еще и таких стен, надо ходить взад-вперед, как сопляки на карауле возле Вечного огня. Не понимал и всё, тем более, что охраняют-то они не президента, а какого-то вшивого посла. Да кому он нужен? Кому есть вообще дело до его дерьмовой жизни? Они же на курорте, тут у всех мысли только о море и телках, а не об убийствах и захватах престарелых послов. Но старший по званию всегда прав, это ему вдолбили еще в армии, поэтому он исправно отмерял шаги, наматывая свои положенные километры вдоль забора. Хоть бы дождь не пошел, недовольно думал про себя охранник, в тысячный, если не миллионный раз, глядя на тени возле забора и гостевого дома. Тишина стояла просто изнурительная, даже сверчки и те заткнулись и отправились на покой, видимо, потому, что начальник у них не был таким паникерским козлом. И вдруг ему показалось, что возле забора в тенях что-то громыхнуло. Тихо так, едва слышно. О, неужели враги напали на виллу самого ценного в мире посла, с юмором подумал парень и остановился.

Черт! Проклятье! Ругалась про себя Фатима, пока она дергала неподатливый крюк, этот охранник успел дойти почти до ее места. Она уже хотела было прекратить попытки, пока он не отойдет подальше, и просто спрятаться за стволом, надеясь, что в такой тьме он не увидит веревку и крюк, но тут он вдруг сорвался со стены, отзываясь на ее последний рывок. Сорвался и грохнулся в траву, она даже не успела ахнуть. Именно этот шум и услышал этот молодой дурачок. И теперь он остановился, и будет совсем весело, если он теперь пойдет проверить, что это там громыхало. Вот так, один долбаный крюк сорвал операцию, подумала Фатима, подам на изготовителя в суд. Как ни странно, но паники не было. Была только жажда крови. И больше ничего.

– База! Это седьмой, – радостно провозгласил по рации охранник, видимо, радовался он тому, что может хоть раз за ночь использовать ее по назначению, – База, у меня какой-то шум возле забора. На камерах чисто?

Через несколько секунд через треск и шум помех прорвался строгий и суровый голос, должно быть, это и есть тот самый великий Виктор Владимирович, подумала Фатима, сжимаясь в черный комок и отползая как можно дальше в тени. Насколько позволяла мертвая зона, конечно, а позволяла она совсем не много. Оставалось рассчитывать как всегда на везение, но к этому она тоже уже давно привыкла.

– Седьмой, это база, – сказал строгий и спокойный голос, – проверь всю зону по периметру, понял? Всю зону, а не два квадратных метра, ты меня понял?

– Да, база, седьмой понял. Иду выполнять.

Ну началось, подумала Фатима, в очередной раз ставя на кон все. Охранник, явно взбодрившись от пусть маленького, но все же разнообразия, пружинистой походкой молодого бойцовского пса направился прямо к тому дереву, за которым, скорчившись, сидела Фатима. Рацию он не выпускал из рук, как будто она придавала ему сил и уверенности, что это просто маленькое развлечение, а не настоящая боевая тревога. Ох уж эти молодые охранники, подумала Фатима, она бы обязательно сопроводила эту мысль вздохом, но не решалась шуметь. Оставалось только сидеть тихо и надеяться, что он не будет так уж рьяно исполнять приказ. В противном случае, ей придется быстренько свернуть ему шею и смываться до того, как к нему подоспеет подкрепление. Конечно, ее увидят, и операция будет сорвана, но она уйдет живая и неопознанная, чтобы потом все равно достать свою жертву. Раз взяв след, она никогда не отступала и не отпускала добычу. Придется заверить заказчика, что смерть посла – вопрос времени и, разумеется, все расходы на вторую попытку она возьмет на себя. В том, что проблем с заказчиком не будет, она не сомневалась, в конце концов, раз он обратился к ней, значит, знает, с кем имеет дело