Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии - Холл Мэнли Палмер

Даже поверхностному исследователю предмета видно, что имя Питер Говер, грек, есть просто англизированная форма слова Пифагор. Следовательно, Кротон, где он основал ложу, легко отождествляется с Кротоном греческого мыслителя. Таким образом, устанавливается связь между философскими мистериями Греции и средневековым масонством. В своих заметках по поводу вопросов и ответов короля Генриха Уильям Престон рассуждает о клятве верности тайне, практиковавшейся древними инициированными. Со ссылкой на Плиния он описывает, как Анаксарх, который был заключен в тюрьму для того, чтобы выпытать у него доверенные ему секреты, откусил собственный язык и выплюнул его в лицо Никокреону, тирану Кипра. Престон добавляет, что афиняне поклонялись бронзовой статуе без языка, которая означала святость секретов. Имеет смысл заметить, что согласно манускрипту короля Генриха масонство возникло на Востоке и было носителем искусств и наук, распространившихся среди западных народов, находившихся на примитивной стадии своего развития.

Важными символами масонства являются семь свободных искусств и наук. Грамматика учит человека выражать свои мысли и идеалы благородным и адекватным языком. Риторика помогает человеку скрывать свои идеалы под покровом неясного языка и нечетких фигур речи. Логика учит его организации интеллектуальных способностей, которыми он обладает изначально. Арифметика позволяет ему проникнуть в тайну вселенского порядка и, кроме того, дает ему доступ к множественности, величине и пропорции. Геометрия вводит человека в математику форм, гармонию и ритмы углов и философию организации. Музыка напоминает ему, что вселенная основана на законах небесной гармонии и что гармония и ритм являются всепроникающими. Через астрономию он проникает в суть пространства и времени и понимает их, понимает соотношение между вселенной и собой, присутствие некой Неизвестной Силы, движущей бесчисленные звезды небесной тверди сквозь неограниченное пространство. Обладающий подобными знаниями в области свободных искусств и наук, просвещенный масон может справиться практически со всеми проблемами, которые он только может встретить.

Иллюстрация Ч. Чезарино к «Трудам» Витрувия

ТАЙНА МИКРОКОСМА

Суммируя соотношения между человеческим телом и теорией архитектоники, Витрувий писал: «Поскольку природа устроила человека так, что его члены пропорциональны по отношению к целому, очевидно, что древние имели добрые резоны для своих правил и что в современном строении различные члены должны быть в точных симметричных отношениях к целому. Передавая нам способы устройства строений всех видов, они советовали особенно тщательно следовать этим правилам при возведении храмов в честь богов, зданий, где достоинства и недостатки сохраняются вечно. Следовательно, если согласиться, что число извлекается из человеческих пальцев и что имеется симметричное соответствие между отдельными членами и всем телом, при выборе некоторой части как стандартной нам только остается отдать должное тем, кто при возведении храмов бессмертным богам так устроил части работ, что сохраняются пропорции и симметрия» (см. «Десять книг по архитектуре»). Некоторые считают, что св. Павел был инициирован в мистерии Диониса, потому что в десятом стихе третьей главы Первого послания к коринфянам он сам называет себя «строителем» (в английском варианте Библии буквально «мастером-строителем». — В. Ц.) или адептом. «Я, поданной мне от Бога благодати, как мудрый строитель, положил основание, а другой строит на нем». Из древних ритуалов мистерий Диониса выжили две приводимые диаграммы Чезарино, которые имеют огромное значение для современных мистических архитекторов.

Наиболее почитаемым братством ремесленников в древнем мире были Дионисийские Архитекторы. Эта организация состояла исключительно из посвященных в культ Вакха-Диониса, которые отдали себя науке строительства и искусству украшения. Обладающие, по общему убеждению, секретами и священным знанием архитектоники, его члены облекались доверием — им поручалось проектирование и возведение общественных зданий и монументов. Превосходнейшее качество их работы возносило членов гильдии до высочайшего положения: они рассматривались как мастера-обустроители земли. Поскольку первые танцы посвящались Дионису, он считался основателем и патроном театра. Дионисийцы специализировались в сооружении зданий, приспособленных для больших драматических представлений. В круглой или полукруглой орхестре они всегда воздвигали алтарь в честь Диониса, и ритуалы мистерий обычно образовывали канву игравшихся комедий или трагедий. О великом греческом поэте Эсхиле рассказывают, что однажды он был вынужден искать убежища в алтаре Диониса, преследуемый толпой взбешенных зрителей, которые заподозрили его в том, что в своей пьесе он раскрыл одну из глубочайших тайн мистерий.

Дионисийские Архитекторы столь тщательно хранили секреты своего ремесла, что только небольшие фрагменты остались от их эзотерического учения. Джон А. Вайс таким образом суммирует скудные сведения относительно этого ордена:

«Они появились не позднее 1000 лет до P. X. и, появившись, пользовались привилегиями и иммунитетом. У них были специальные знаки для распознавания друг друга, и они были связаны узами, известными только им самим. Богатый член ордена был обязан помогать бедному члену. Они были организованы в коммуны, управлявшиеся мастерами или начальниками, такие коммуны назывались γυνοικιαι (связанными или соединенными домами). Ежегодно они давали грандиозный фестиваль, и пользовались они огромным уважением. Их церемонии считались священными. Согласно легенде, Соломон по предложению Хирама, царя Тира, использовал их для возведения храмов и дворцов. Они также принимали участие в возведении храма Дианы Эфесской. У них были средства сообщения со всем известным тогда миром, и от них, без всякого сомнения, произошли гильдии странствующих масонов (строителей-каменщиков), ставших известными в Средние века» (см. «Обелиск в масонстве»).

Братство Дионисийских Архитекторов распространилось по всему региону Малой Азии и достигло даже Египта и Индии. Они утвердились почти во всех странах Средиземноморья и с возникновением Римской империи проникли в Центральную Европу и даже в Англию.

Наиболее значительные здания и сооружения в Константинополе, Афинах, Родосе и Риме были воздвигнуты этими вдохновенными ремесленниками. Одним из наиболее блестящих их представителей был Витрувий, великий архитектор, известный как автор «Десяти книг об архитектуре». В различных разделах своего труда Витрувий делает намеки на философию, лежащую в основе дионисийской концепции принципов симметрии, выводимых из пропорций, установленных Природой между частями и членами человеческого тела, в применении уже к архитектуре. Весьма показательным в этом отношении является следующий отрывок из Витрувия по поводу симметрии:

«Устройство храма зиждется на принципах симметрии, которые должны тщательно соблюдаться архитектором. Они обусловлены пропорцией в αναλογία [12]. Пропорция есть соответствие между частями и целым. Отсюда получаются принципы симметрии. Без симметрии и пропорций не может быть принципов устройства храма, то есть, если нет точного соотношения между его частями, каковое существует в хорошо сложенном человеке. Потому что человеческое тело так сформировано природой, что лицо от нижних корней волос надо лбом до подбородка занимает десятую часть всего его роста. То же самое для кисти от запястья до кончика среднего пальца, для головы от макушки до подбородка — восьмую часть, для шеи и плеч от верха груди до низших корней волос — шестую часть, от середины груди и до макушки — четвертую. Если рассмотреть размер лица, расстояние от нижней части скулы до ноздрей равно расстоянию от последней точки до линии между бровей. Отсюда до нижних корней волос — треть длины всего лица, включая лоб. Длина стопы — шестая часть высоты тела, длина предплечья — одна четвертая, ширина груди — тоже одна четвертая. Другие члены также имеют свои симметричные пропорции, которые использовались знаменитыми художниками и скульпторами античности».