Отпусти - это всего лишь слово - Сан Тери

Если честно. Я бы хотел, что бы меня там не было. 

Ёжик сильный, просто лёгкий - это Вольх верно подметил.

Костей во мне всегда было больше, чем мяса, но говорят в драке, самое важное это бойцовский дух. Так вот. У меня его не было. Я вообще не люблю драться, до тех пор пока меня не трогают. Это если тронуть, крышу у меня срывает и сносит на очень далёкое далеко и я превращаюсь в берсерка способного порвать и убить. А вот когда не трогают. Мне даже ударить первым трудно, приходиться себя накручивать.

Дальше всё было как в кино. Саню успели завести в ближайший лесок. Подталкивали в спину. Саня покорно шёл, незаметно растирая плечо, которое ему выбили месяц назад на тренировке. И тут налетел я как взбешенный заяц, не разбираясь, начал бить направо и налево. Толчком к драке, послужило именно это грёбанное Санино плечо. Я просто представил, что сейчас он по настоящему не сможет драться и всё. Это было нечестно. Неправильно. 

Свет погас, а я очнулся ожесточённо избивающим прикрывающегося руками солдатика, раза в два выше и здоровее, орущего.

   - Пацан, бля охуел? За что?

А рядом Саня приканчивал остальных. Меня как - то скинули. Я свалился в сугроб. 

В общем они драпали от нас как пацаны первогодки, а мы сидели на снегу, перемазанные кровью, своей и чужой, (содержимое пакетов было убито намертво ) и смотрели как они удирают, сообщив нам, что мы уёбки, и отморозки и ещё что - то там.

- Пива хочешь? - спросил Саня посмотрев на меня заплывающим глазом. Из рассечённой брови хлестала кровь, я выглядел не лучше. Правой стороны лица даже не ощущал. 

Отрицательно качнул головой, вытирая лицо снегом. Потом услышав вой сирены, мы поднялись и тоже дали дёру и уже сидя в рощице, на скамейке когда смогли отдышаться и прийти в себя, Сан толкнул меня в плечо. 

- Никитос, ты в курсе, что ты псих? Партизан. 

- Ога! - радостно сказал я и зашипел. Улыбаться оказалось больно. 

Мы так и не стали друзьями. Кажется, Саня даже стеснялся того, что я ему помог. Но уходя сказал 

- Спасибо. 

И сообщил, что будет должен мне.

А в должниках Сан не любил ходить, да и не ходил никогда. Это мы знали точно. И тогда я не понял, что он имел в виду про Зидана, но ощущал шестым чувством, что с этого дня между мной и Саней, вновь что - то изменилось. Раньше мы негласно соперничали, и соперничество продолжилось снова, но теперь я чётко знал, что Саня, как бы это сказать ...Опекает меня?

   И на самом деле это было приятно, знать, что я могу позвонить ему, в любое время дня и ночи и он придёт. Я бы не позвонил. В голову бы не пришло. Но от этого знания, как - то теплее становилось на душе что ли.

В общем, не считая эксперимента с Зиданом, зарубленного Саном в самом зародыше, у меня не было никакого опыта в отношениях с парнями. Да и кто бы пожелал себе ТАКОЙ опыт. Но .... 

Я неумело поцеловал Вольха сам, притягивая на себя. Потыкался губами в шею, в ухо, пытаясь понять, что чувствую. Но никакого отвращения не было, наоборот трогать его оказалось удивительно приятным открытием.

   И Вольх, он словно взорвался и рассыпался сияющим серпантином. Он ответил. Смеялся, плакал одновременно, целовал...Даже ноги пытался целовать. Вёл себя как идиот.

Ничего не было такого в тот раз. 

Мы целовались как безумные, словно у нас одновременно сорвало тормоза, дрочили друг другу. В какой - то момент Вольх обхватил наши члены сводя их вместе и я кончил от того, что он делает, от самой мысли о том, как он это делает.

Не верю в такую красоту. Но это было правда красиво. Безумно, завораживающе, возбуждающе красиво. Вольх, поджарый, мускулистый, с мокрыми от пота торчащими во все стороны волосами, с глазами сияющими от счастья. Он двигался уверенно, неторопливо, как боец, в отличие от моих суетящихся нетерпеливых движений. И боже, как же он был невероятен в этот момент. Никогда не смотрел на парней с эстетической точки зрения. Но Ника ведь "впёрлась" в Вольха вполне заслуженно. Я и сам впёрся. Реально влюбился в него именно в эту ночь. В смеющиеся полные губы, с твёрдой линией, в ямочку на подбородке, в нереально металлический оттенок глаз, в острые прижатые к голове уши, в косую, жёсткую чёлку падающую на лицо, когда он склонялся надо мной. 

- Подожди. Дай посмотреть на тебя! - Вольх смеялся отбирая у меня покрывало, которым мне захотелось прикрыться. Хотя неумно было его пачкать. А вставать и топать в ванную, чтобы помыться - было лень. Вольх решил проблему, губами и языком, ничуть не стесняясь того, что берёт у другого парня в рот, и собственно говоря, я сначала офанорел, а потом как - то естественно у нас с ним всё получилось. Вольх не парился, и я не видел смысла париться самому. Мы напоминали двух возившихся щенков, тискались вовсю, целовались, пока не стало хватать воздуха.

В эту ночь, всё ограничилось дрочкой и минетом со стороны Вольха. Скажу честно большее, я бы не потянул. Не так сразу. И Вольх очевидно понимая, не просил о большем. Пока не просил. Это я тоже понимал. Просто его пальцы словно случайно оказались там где их не ждали, и я так напрягся и закаменел, что они деликатно исчезли найдя себе другую территорию. 

И уходя от него на утро, прямо в училище, (предкам не было дела где я шлялся всю ночь), я находился в идиотски приподнятом настроении. Хотя, мне и было жутко стрёмно от всего произошедшего. Я краснел, бледнел, лыбился от уха до уха. Вольху никуда не надо было идти. Зажав меня в прихожей, он заматывал шарф вокруг моей шеи и жадно лапая, целовал в губы, попутно застёгивая собственную рубаху и прося подождать. Он хотел проводить. Я еле отбился. Попросил слона на ужин и пообещал, что прилечу на крыльях, но Вольх сказал: Не надо крыльев, я тебя сам встречу и отнесу. 

Честно говоря, побаиваясь, что с него придурка станется, именно поэтому я и предпочитал отправиться на учёбу один.

   Ника встретила меня в коридоре. Вылетела навстречу сияющая, темноволосая, довольная, в обтягивающих джинсах и открытой кофте, подчёркивающей офигенскую грудь. В ушах огромные серьги - кольца, на губах ярко - розовая помада, которую она небрежно обтёрла о мою щёку, осведомляясь не передумал ли я насчёт кино, и не буду ли возражать если Вероника прихватит подружку. 

- Отличная идея! - поддержал я, светясь как рождественский фонарик в новогоднюю ночь. С чего мне спрашивается светиться? А ведь светился же.

   - Ты чего такой довольный? - поинтересовалась Ника с любопытством изучая мою морду. 

- Да так. - Я отмахнулся, поправляя воротник балахона, и глаза Ники расширились.

- Ого, ты смотрю времени даром, не теряешь. 

Девушка насмешливо провела пальцем по красовавшемуся на моей шее засосу. До этого она уже осведомилась, кто меня разукрасил и я небрежно соврал, что поцеловался со столбом. Теперь Ника смотрела с явным интересом, и похоже лёгкой ревностью. И в то же время лоб её слегка нахмурился, сопоставляя факты и что - то такое возникло в глазах, похожее на подозрение.