Лингус - Мариана Запата

С одной стороны стояло кресло, в противоположном углу — диван с кучей одежды на нем и небольшой платяной шкаф. Справа была еще одна дверь, которая, если верить моему везению, открывалась в другое измерение.

Тристан прочистил горло и запустил стройную руку в свои волосы, подергивая короткие пряди. Убрав руку от головы, он посмотрел на свою ладонь. Нахмурившись, повернул ладонь в мою сторону, чтобы показать черные пятна, размазанные по ней.

— Ненавижу это дерьмо.

— Его можно смыть? — спросила я, имея в виду черную краску. Почему-то я сильно нервничала.

— Да, нужно лишь пару раз промыть волосы, — ответил он, снова глядя на свою ладонь. — Поможешь мне смыть краску в раковине?

Я должна была отказать ему, когда поняла, почему он пригласил меня сюда. Надеюсь, он не был настолько тупым, чтобы решить, что так мы узнаем друг друга поближе. В глубине души я знала, что он не такой. По крайней мере, пока не такой. Он был добрым дуралейкой. Еще одно доказательство, что он ничего от меня не хотел, кроме дружбы. Если бы он действительно хотел большего, то прижал бы меня к стене, а он этого не сделал.

Я просто кивнула, следуя за ним к двери, которую приметила ранее, и обнаружила, что за ней находится небольшая уборная с раковиной и унитазом. Нам едва хватило места, чтобы поместиться там вдвоем, поэтому мне пришлось протиснуться между унитазом и раковиной. Тристан повернул кран с горячей водой, и я заметила два белых полотенца, висящих справа от него.

Когда я оглянулась, он смотрел на меня сквозь свои очки в черной оправе.

— У меня что-то на лице? — спросила я.

Он улыбнулся и покачал головой.

— Нет.

Тристан смотрел на меня в течение еще одного или двух ударов моего сердца, а затем снял очки и сунул их в передний карман джинсов.

— Очки врач прописал? — Выпалила я очередной неудобный вопрос.

Он медленно кивнул.

— У меня дальнозоркость. — Тристан снова провел рукой по своим черным волосам, и поморщился, вероятно, вспомнив, что кожа снова будет в краске. — Кэт, я… — он вздохнул. — Наверно, вода уже нагрелась.

Тристан наклонился над раковиной, но он был таким высоким, что ему пришлось постараться, чтобы помыть голову. Мне пришлось запустить руку под кран, чтобы на его волосы попала ровная струйка воды. Размытый вихрь угольного цвета тут же испортил белоснежную раковину, когда Тристан провел пальцами по волосам и краска начала смываться с прядей. Через пару минут на месте черных волос появились каштановые. Около десяти минут он одной рукой плескал воду на волосы, а другой промывал их, чтобы смыть примерно девяносто пять процентов черного цвета.

— Спасибо, — нежно произнес он, как только мы выключили воду. Я набросила на его затылок полотенце, чтобы он вытер голову. — Ты взяла автограф?

— Да, — ответил я. — Но при личной встрече его голос оказался каким-то писклявым.

Он усмехнулся, по-прежнему глядя вниз, обтирая полотенцем влажные волосы. Они все еще были немного темнее, чем раньше, когда он снял кепку, но далеко не такими, когда он был в образе Лингуса.

— Большинство из нас в жизни совсем другие, — легко произнес он, но я чувствовала, что он пытался передать словами нечто большее.

Я обратила внимание, что он сказал «нас», как будто признавая тот факт, что он действительно порнозвезда, несмотря на то что не сказал мне об этом. Меня вдруг осенило, почему его лицо показалось Никки знакомым, когда я впервые увидела его возле палатки Калума. Она уже видела его фильмы. Мой желудок скрутило при воспоминании о плакате, на котором он был с сучкой с большими сиськами.

— Понятно, — пробормотала я в ответ. — Я никому не скажу твое настоящее имя, если тебя это беспокоит.

Ярко-зеленые глаза Тристана смотрели прямо на меня, словно он пытался смотреть сквозь меня.

— Да, я знаю, что ты никому не скажешь.

В крошечной уборной было так неудобно, и напряжение между нами было просто удушающим. Мне не нравилось, когда все было так странно, будь то с ним или с кем-то другим. Терпеть это не могу. Тристан бросил на пол полотенце, которое теперь было скорее черным, чем белым, и, словно прочитав мои мысли, кивнул в сторону комнаты. Не смотри на него. Не смотри на него. Не смотри. Безрезультатно повторяла я себе.

Я не хотела смотреть на него, но правда, кто бы не стал косить глаза на такую задницу? Готова поспорить, что если бы моя бабушка еще жила на этом свете, она бы потискала его идеально круглую попу. Она выглядела так, будто он разрезал пополам футбольный мяч и запихал две половинки в свои узкие джинсы.

Уф! За что? Почему?

Почему у него не плоский зад? Или двойной подбородок? Ну, или хотя бы, реально паршивый характер? С этим я могла бы жить. Это стало бы отличной причиной, чтобы уйти, но я знаю, что ничего из этого у него нет. Даже если он порнозвезда, я понимала, что человек он неплохой. Мой дерьмометр имеет филигранные настройки после года преподавания у четвероклассников, которые являлись патологическими лжецами. Я бы поняла, если бы он пудрил мне мозги, но он этого не делал.

— Тебе явно от этого не по себе, да? — внезапно спросил он меня, останавливаясь перед диваном, чтобы подобрать черную толстовку с капюшоном, которую он носил на выставке.

Я хотела сказать ему «нет», но не смогла.

— Да, есть такое. Я… Не знаю… Просто я думала, что ты какой-то скучающий парень, который очень дружелюбен, а теперь… У тебя фанатки, которые, скорее всего, думают… Я не знаю. Не знаю, что и сказать.

Я пыталась выразить то, что чувствую, потому что понятия не имела, что должен думать и чувствовать человек в подобной ситуации.

— Я какой-то скучающий парень, который был дружелюбен с тобой. — Он молча смотрел на меня сквозь свои длинные темные ресницы. Мне показалось, что он пожал плечами больше себе, чем мне. — Если я тебе кое-что расскажу, обещаешь не смеяться? — спросил Тристан, но я кивнула еще до того, как он закончил предложение. Он лишь слегка покачал головой, забавляясь. — Это нелегко…

В этот момент мой телефон начал ужасно громко трезвонить.

— Подожди, — сказала я ему, копаясь в сумочке в поисках телефона. Вытащив его, я увидела фото Николь. Ну, на самом деле на экране отображалась ее «копилка», поэтому я знала, что на звонок нужно ответить. — Да, мадам?

— Идем, шлюшка МакГи. Если я еще раз услышу, как Зои скулит о том, что хочет есть, я