Сафари во времени - Екатерина Тимохова

В мире действует правило - не запретишь что-то делать, никому и не захочется. Но если, скажем, во всеуслышание объявить: "Не смотрите на меня!", то все обязательно повернутся в твою сторону. Это проверено сотни раз. Первая реакция человека на запрет - это агрессия, желание узнать, а почему нет? Наверное, в этот раз со мной было то же самое. Как только я поняла, что кто-то пытается остановить или опередить меня, сразу захотелось в Кению. И меня уже не пугала дикая саванна, полная опасностей. Не страшил перелет, чужая комната в отеле и даже то, что Долины может и не быть. У меня появилось стойкое желание оказаться там, и оно заглушало все другие.

Иногда, в минуты полной слабости, лежа на вонючей кровати, я дремала и видела яркие сны. Мне казалось, я познаю историю мира, в котором родились мои предки. Частенько мерещился запах эвкалипта и зов странной старухи из пещеры. Дни, проведенные в этой комнате, были сплошной чередой бодрствования и сна. В конце концов, настал момент, когда я больше не могла подойти к крану с водой. Оставалось только лежать на кровати и осознавать, что конец близок. Однако слез и сил, чтобы оплакать это, у меня не было. Терзал только факт, что теперь, когда я точно знаю, чего хочу, у меня не будет возможности осуществить это.

И именно в тот миг, когда я смирилась со своей участью, фортуна улыбнулась мне. Снаружи послышались звуки: грохот, выстрелы, крики и шум рации. Из последних сил закричала:

- Сюда! Помогите!

От усилий в глазах потемнело. Голос сел, но я продолжала шептать эту фразу, пока, наконец, не услышала над ухом:

- Эмилия, тихо, тихо... успокойся, уже все в порядке. Уже все хорошо.

Попыталась сфокусировать взгляд - надо мной на коленях стоял Алексей. Он был одет в форму спецназа, на голове огромный шлем, грудь прикрывает пуленепробиваемый жилет, а на лице выражение животного страха - страха за мою жизнь. Его вид насмешил меня, захотелось съязвить, но все, на что меня хватило в тот момент, это слабая улыбка.

- Хочу бутерброд, - прошептала я и отключилась. Очнулась уже лежа на носилках перед каретой скорой помощи. Кто-то громко разговаривал рядом.

- Что ты здесь делаешь? - кричал мужчина.

- Вадим, перестань! Это была моя вина! Я не мог не пойти туда!

Я приоткрыла глаза. Алексей и Вадим стояли друг напротив друга, и казалось, сейчас начнут драться.

- И на метр к ней не приближайся после всего этого!

- Вадим, прости, пожалуйста,- попытался успокоить моего жениха Алексей и положил руку ему на плечо, но тот отдернулся и добавил:

- Не хочу терять хорошего сотрудника и друга. Просто не подходи.

Меня подняли в карету скорой помощи на коляске, Вадим прыгнул вслед за врачами. А Алексей остался стоять на улице. Он неопределенно развел руками и печально наблюдал, как закрываются дверцы машины.

- Как ты? - спросил Вадим, заметив, что я в сознании.

- Бывало и лучше.

- Не мешайте врачам, - раздался голос женщины. Она отстранила от меня Надежнецкого и занялась своим обследованием, пока машина уносила нас подальше от этого жуткого места.

* * *

Несколько дней провалялась в больнице. Именно там узнала, что было после моего похищения. Алексей обратился в участок сразу, как только пришел в себя. Но Вадим не получал никаких звонков или писем относительно выкупа, и поэтому полиция не могла обнаружить меня на протяжении пяти дней, которые я провела в заточении. Потом кто-то инкогнито позвонил следователю и сказал, что меня держат на заброшенном заводе за городом. По этому адресу была отправлена группа спецназа, и Алексей вызвался ехать с ними. К счастью, они успели вовремя.

В палату меня доставили практически без сознания. Врачи тут же принялись за свою работу. Анализы показали, что вода из крана была с химическими примесями, и поэтому, вдобавок к истощению, я получила глубокую интоксикацию. Проверьте мне на слово, промывание желудка и диализ не самые приятные процедуры. Но теперь я на все смотрела с другой стороны. На третий день в больнице почувствовала себя лучше и начала поднимать разговор про Кению.

- Эмилия, а не рано ли говорить об этом? - отговаривали меня приехавшие несколько дней назад родители. Они были в шоке оттого, что случилось, и каждый день молили небеса, чтобы со мной все было в порядке. Мама, увидев меня, расплакалась, отец, хмурый и серый, крепко обнял и стоял так, долго не выпуская из своих объятий.

Вадим был полностью согласен с моими родителями. Он не понимал, почему та, кто был категорически против поездки, теперь стала ее ярой защитницей. Пришлось настоять на своем - поездке быть! Я первый раз в жизни точно знала, чего хочу.

В один из дней в больницу приходил следователь. Он сообщил, что мой обидчик найден и вскоре ответит за свой поступок.

- И что же он сказал вам? - спросила я с интересом.

- Признался, что держал вас с целью выкупа.

- Вот как? А он сказал вам, что был не один?

- Не один? - удивленно переспросил тот.

- Как минимум, их было двое, - подтвердила я. - И как максимум, дело вовсе не в выкупе.

- Дорогая, о чем ты говоришь? - не поверил мне Вадим.

- Ну да... - медлила я, думая о том, что можно рассказать, а о чем лучше умолчать. - Вы схватили наемника, он действовал не самостоятельно. Я нужна совершенно другим людям и по какой-то иной причине.

- Но он во всем сознался! - возразил следователь. Полиции, как всегда, хотелось, чтобы все было просто. Дело почти закрыто, а тут я со своими предположениями.

- Когда человеку обещают защиту и немалые деньги, он может сознаться в чем угодно, - я встала с кровати и пошатнулась. Вадим подхватил меня и попросил снова лечь. - Уверяю, я до сих пор в опасности, потому что вы поймали только одного и не самого главного.

- Но как вы можете утверждать это? На основании чего? - не унимался полицейский.

- На основании того, что на протяжении всех этих дней я слышала их шепот.

- Шепот? - переспросил тот, и на лице его появилась идиотская улыбка. - Вам не кажется, что шепот - это из разряда фантастических сериалов? Возможно, действие снотворного, которое вам вкололи или галлюцинации от голода.

Это взбесило меня. Зло, медленно проговаривая каждое слово, я ответила:

- Я. Знаю. Что. Слышала! И это точно были не галлюцинации! Там был другой человек - женщина!

- Эмилия, спасибо вам за помощь. Мы все проверим и постараемся сделать так, чтобы ваша жизнь была в безопасности, - спокойно сказал следователь, явно не поверив мне. - Выздоравливайте.

Когда он ушел, Вадим напал на меня:

- Ты что говоришь! Может, у тебя и правда были галлюцинации?

- Вадим, иди домой.

- Но Эмилия!