Алиенист (СИ) - "Мечтатель"

— Главное, что они истекают кровью, как и мы. — усмехнулся Лукас и подобно карточному шулеру ловко, одним движением, вытащил тонкий стилет из рукава.

На этих словах ведьмолов слегка покачал головой.

— Если уважаемый бакалавр прав. — Норберт указал взглядом на Алексия. — И мы действительно имеем дело с Сидами, то недооценивать данного врага будет непростительной глупостью. — ведьмолов вновь посмотрел на алиениста. — Ваше заключение, бакалавр? С каким именно Сидом мы столкнемся.

Алексий задумался вспоминая то, о чем поведала ему мисс Райт.

— Сложно ответить опираясь на одно лишь описание чужого сна. Тем не менее, я не думаю, что это Цверги. Больше склоняюсь к мысли, что мисс Райт заинтересовала кого-то из народа Дану либо Алари. Скорее всего — последних.

"Скорее уже сдать мисс Райт в надежные руки Сообщества и забыть о обитателях Гносиса" — мысленно вздохнул алиенист.

Кобура непривычно отягощала ремень — «железный канцлер» не мог позволить допустить к оперативной группе безоружного Гения. По этой причине Алексию временно выдали самый обычный (точно такой же у него дома лежит) пяти зарядный револьвер.

А вот патроны в нем уже сложно было назвать «обычными».

Многие нетленные не имеют физического тела, что делает обычное оружие, мягко говоря, бесполезным. Но если напитать самую простую деревянную палку эфиром, то для бестелесных сущностей она станет вполне «материальной». Ею можно будет даже ударить бестелесного — раз или два.

Проблема в том, что далеко не вся материя способна удержать в себе эфир на какое либо продолжительное время. Упомянутый выше кусок дерева "разрядится" за несколько секунд. А вот алхимическое серебро, из которого сделаны пули в револьвере, способно держать в себе эфир свыше тридцати минут.

— Не стоит забывать, что для открытия врат Сидам необходима помощь подменышей. — заметил Норберт. — Мистер Новак, насколько высока вероятность того, что Сиды уже проникли в реальность?

— Для Сидов наша реальность чрезмерно "банальна". Не спрашивайте, что это значит. — ответил Новак. — Если закрыть Врата Лэнга до того как Сид вернется в Гносис, материальный мир начнет его отторгать. То же самое начнет происходить если Сид слишком далеко отойдет от Врат. Если такое все же произойдет, то чужак начнет слабеть и спустя несколько дней исчезнет. — алиенист сделал паузу. — У них нет причины открывать врата раньше времени. Да и скрыть их не получится. По крайней мере не в этом Городе. Здесь, даже открытие самих Врат потребует на порядок больше усилий с их стороны.

— Я понял. — ответил ведьмолов. — Благодарю за пояснение. Данной информации, по какой-то причине, нет в документах.

— В этом нет ничего удивительного. Редко кому удается увидеть сами Врата и остаться живым либо в здравом рассудке до того как они закроются. Еще реже их удается закрыть насильно. — произнес Алексий. — Причем, все известные мне случаи, происходили уже после того как пришедших Сидов перебили либо заставили уйти.

— И все же, что такого особенного в той девушке? — задала вопрос Татьяна Сойер. — Почему Сиды, если, конечно, это они, заинтересовались ей?

— Мышление нетленных отличается от человеческого. Вам это известно. — произнес Норберт. — Мы либо не поймем их мотивов, либо они вызовут у нас отвращение. Не стоит задумываться о подобных вещах. Нет в этом смысла.

В памяти Алексия всплыли зеленые глаза юной Райт и слова наставника.

— Мы прибыли. — произнес Норберт когда дилижанс остановился у дома Райтов. — выходим и… НАПАДЕНИЕ!

Произошедшие далее события смешались для Новака в какой-то кошмар. Видение сшитое из оборванных воспоминаний.

Людские крики и ржание лошадей, вой исходящий словно из самой Бездны — все смешалось в одно, когда мощный удар опрокинул карету.

Нечто ударило Алексия по голове и на некоторое время сознание мужчины погрузилось во тьму. Дабы вынырнуть из нее под свет звезд спустя мгновения.

Картина, представшее его взору, олицетворяла собой ужас и кровь.

Перевернутый дилижанс подобен был обитателю глубин выброшенного на сушу и плоть которого, стремясь скорее выжрать потроха, прогрызли падальщики. Разорванные лошади и изломанный, безголовый труп извозчика находились несколько в стороне.

Нечто, отдаленно напоминающее человека, но более массивное, словно распухшая в одно мгновение плоть искривилась и затвердела рубцовой тканью, застыло неподвижной статуей на обломках кареты. В неестественно широкой пасти монстр держал человеческую ногу словно изысканный и сочный трофей.

"Подменыш — гремлин" — пронеслась мысль в голове алиениста.

Спустя миг алиенист разглядел стилет торчащий из правой глазнице застывшего монстра.

Услышал он и крики близнецов.

Лукас Сойер кричал в агонии. Левая нога близнеца отсутствовала ниже колена. Его сестра пыталась остановить кровотечение накинув кожаный жгут выше полученного братом увечья.

Грохот выстрела раздался посреди ночи. А за ним еще один. И еще.

Ведьмолову потребовалось пять выстрелов дабы второй гремлин завалился на землю. Его отвратительная голова почти лопнула перезрелым плодом от пяти попаданий. Почти.

— Поднимайтесь, бакалавр! В дом Райтов! — алиенист скорее угадал, чем услышал крик Норберта.

Миг спустя ведьмолов исчез, словно и не было его.

"Плохо… очень плохо.." — прошептал Алексий в мыслях своих. Сознание, отвергая окружающую действительность, не хотело просыпаться в этом кошмаре.

Татьяна Сойер, сказав нечто кричащему брату, побежала следом за ведьмоловом. В ее руках пара ножей отражала свет луны.

Алиенист прикрыл глаза прислушиваясь к биению собственного сердца и не услышав его, сделал неглубокий, словно пробуя окружающую действительность на вкус, вдох. Сознание перестало пытаться уйти в спасительное забвение и мысли прояснились.

"Интересно" — отметил Новак взглянув на Лукаса.

Тот уже не кричал. Лишь в мольбе тянул руку к алиенисту издавая невнятный стон.

Достав револьвер из кобуры Алексий сделал один единственный выстрел.

Когда пуля пробила череп Сойера время застыло умолкнув подобно остановившимся часам. А с ним умолкли и все звуки.

— Со мной эти фокусы не сработаю. — произнес Алексий отбрасывая пистолет.

Орудие убийства рассыпалось железным снегом стукнувшись об асфальт. Мир вокруг потерял четкость. Обломки кареты, трупы и сама улица начали растворяться покрываясь серой дымкой.

"Что я делаю в этом сне? Как я здесь оказался? Когда?" — пронеслись мысли в голове бывшего сноходца.

Память услужливо дала ответ:

— Мы прибыли. — произнес Норберт когда дилижанс остановился у дома Райтов. — Выходим и сохраняем бдительность.

Чета Райтов, естественно, не ожидала прибытия оперативников, но милостиво позволила алиенисту поговорить с их драгоценной дочерью. Когда служанка поднялась наверх, в покои юной госпожи, стало ясно, что времени у них практически не осталось.

Глория Райт лежала в своей постели и не могла проснуться.

Покрытая потом девушка ворочалась и стонала от боли игнорируя все попытки ее разбудить. Ночная сорочка и постельное белье девушки пропитались кровью от многочисленных, покрывающих ее тело глубоких царапин. С каждой минутой этих царапин становилось все больше и больше. Они проявились на нежной коже формируя странные узоры. Словно неведомый художник в порыве вдохновения перепутал полотно с человеческой кожей и методично, не спеша, наносил все новые и новые штрихи.

Лишь лицо оставалось нетронутым.

Кошка мисс Райт призывно мяукала у постели девушки зовя на помощь либо пытаясь отогнать нечто невидимое.

В какой- то момент дом Райтов погрузился в хаос и беспорядок. Напуганные слуги и еще более напуганные родители не знали что предпринять.

— Мистер Новак, что происходит? Что Нам делать? — вопрошал Норберт.

Происходящее выходило за рамки его квалификации. Оперативники ожидали нападения со стороны подменышей, попытки похищения, но не того противоестественного ужаса, что творился перед их взором. Здесь нужен был специалист иного профиля. И он у них был.