Особый почтовый - Алексей Пехов

Нас наконец-то соизволили заметить. Все четыре «Молота», забыв о сопровождении корыта, бросились в нашу сторону, стремительно набирая высоту. У «Носорогов» тут же нашлось занятие, и они, воспользовавшись преимуществом, упали на гномов. «Вдовы» же, не обращая внимания на разгоревшийся бой, не отклонились от курса.

Я снизил скорость, давая возможность двум центральным стреколетам нашей четверки выйти вперед и атаковать первыми. Они ушли в пологое пикирование, наставив акульи носы на цель.

Шхуна скрылась в клубах сизого дыма, и в небе начали взрываться ядра, начиненные «Слезами грифона» [8]. На какой-то миг я отвлекся, проверяя, нет ли поблизости «Молотов», а когда вновь посмотрел вниз – пикировал только один стреколет. От другой «Вдовы» остались лишь горящие обломки.

Пришла наша очередь дергать василиска за хвост. Я отжал жезл от себя, заставляя птичку камнем рухнуть вниз – счел, что пологое пикирование не может дать результата.

Так снижение идет слишком медленно, и стреколет представляет прекрасную мишень для канонирской команды. Мое предположение подтвердилось, когда точный выстрел гномов накрыл второго из нашего звена.

На цель пришлось заходить едва ли не вертикально. Мой ведущий пикировал не далее чем в пятнадцати ярдах впереди нас, и, думаю, недомеркам было от чего нервничать, даже несмотря на то, что первую пару им удалось сбросить с Небес.

Ветер выл в ушах, «Вдову» вело, и удержать в прицеле нос шхуны оказалось непросто. Оставалось не больше трех тысяч ярдов, когда дружно грянули все орудия Кархов. В воздухе расцвели огненные цветы, и во все стороны брызнули жгучие топазовые капли. «Слезы грифона», стоит им оказаться на открытом воздухе, превращаются в острейшие камни, которые пробивают любую броню.

Справа, совсем рядом, бумкнуло, сухо треснуло, полыхнуло. Мы уцелели только потому, что от топазовых брызг нас закрыл корпус соседнего стреколета. Ведущий принял удар на себя – кабина заднего стрелка оказалась смята, и «Вдова» держалась в воздухе лишь каким-то чудом. Поврежденный ведомый раньше времени сбросил «Грызя», и тот с душераздирающим воем понесся вниз. Летун начал выравнивать «Вдову», но ошибся и, на свою беду, повернул стреколет к стрелкам широким брюхом. Топазы нашли цель.

В небе остались лишь я да Ог.

Пока канониры перенацеливали зенитки, Ог произвел сброс. «Грызь» упал удачно, и мы, не снижая скорости, вырвались из зоны обстрела.

Заложив широкий круг, я убедился, что шхуна обречена. Судя по густому черному дыму, там занимался серьезный пожар. Потом подбитый корабль охватило яркое голубое сияние, и днище лопнуло, точно перезрелая дыня. Кархи рухнули в море.

ГЛАВА 9

Ни «Носорогов», ни «Молотов Глубин» видно не было. Их отсутствие нас совершенно устраивало, поскольку появлялась прекрасная возможность смыться. Право, жаль, что мы не можем воспользоваться такой оказией.

Пускай Гира нам никто, бросать девчонку на растерзание акулам – подло. Сейчас можно было только гадать, как обстоят дела у компании Черного Ага. Узнаем мы это не раньше, чем доберемся до цели.

Впереди показались острые шпили лиловых гор острова. Я до боли в глазах вглядывался в пустое небо. Если здесь и был бой, то он давно завершился.

Постучав по корпусу, я привлек внимание Ога, заставив его обернуться.

– Делаем круг?

Он сосредоточенно кивнул.

Мы прошли часть западного побережья, когда со стороны моря появилось два «Носорога» из нашей группы сопровождения. Ребята шли бок о бок, но заметили нас и перестроились в атакующий порядок. Это сразу же насторожило меня, и я приготовился к неприятностям.

Ведущий без всякого предупреждения выпустил по нам две длинные очереди огнепчел, но я уже ушел с линии огня, и пересекшиеся трассеры ударили за спиной. На этот раз ловец удачи промазал, но он не гном и даже не патрульный. Крутить виражи с людьми Черного Ага, не имея возможности уйти вверх, чревато дырками в голове. Лично мне такая голова без надобности, да и Огу тоже.

Я снизился настолько, что нырнул в туман, но они рискнули последовать за мной и намертво прицепились к хвосту. Их нисколько не смущало, что лететь в такой видимости – смертельно опасно. Когда впереди внезапно выросла скала, я едва успел отклонить стреколет в сторону и нырнуть в неглубокий каньон. За спиной тут же приглушенно хлопнуло – один из преследователей не успел повторить моего маневра. Но его выживший напарник не оставил попыток сбить нас. Несколько раз огнепчелы проходили в опасной близости от «Вдовы», и в конце концов наш магический щит приказал долго жить.

– Ог! – гаркнул я. – Бери управление на себя!

… -, Затем расстегнул ремни и совершил поступок, который можно счесть форменным безумием – перепрыгнул из кабины пилота на место стрелка.

Это было непросто даже для эльфа. В какой-то момент меня едва не сорвало потоком ветра. Не имея времени, чтобы пристегнуться, я мертвой хваткой вцепился в «молнию».

Первый выстрел был неудачен – он прошел выше, чем следовало. Во второй раз я оказался точнее, и ярко-голубой искрящийся росчерк угодил в охотника. По «Носорогу» юркими ящерками разбежались сотни маленьких молний, он вспыхнул и факелом рухнул вниз.

Я облегченно сполз по креслу и вытер вспотевшие ладони, предоставляя Огу возможность самостоятельно поднять нашу малышку над туманом.

Возвращаться обратно пришлось с гораздо большими сложностями – в лицо бил очень сильный ветер.

– Ты больной, эльф! – крикнул мне Ог, когда я дал знать, что беру управление на себя. – Как тебя только в вашей эскадрилье терпели?

Мне припомнилось лицо Великой Королевы после того, как мой «Серебряный источник» прошел на бреющем полете под сенью золотых дубов, внеся в чинный и скучный военный парад толику разнообразия. В тот день кузина визжала, как резаная. От ее хваленого спокойствия и «мудрости» не осталось и следа. Так что Ог прав – меня именно терпели. Как особу, приближенную к правящему Дому.

– Смотри! – напарник ткнул пальцем вниз.

Я кивнул, снизился до кромки тумана и пополз на самой низкой скорости, посматривая то влево, то вправо. Мы облетели почти весь остров, когда заметили густой столб черного дыма. Прямо по курсу обнаружилась большая прореха в белой завесе тумана, и мы увидели посадочную полосу.

Шасси коснулись новенькой полосы, и стреколет, прокатившись по инерции ярдов двести, остановился перед встречающей делегацией.

– Приехали, побери их Небо! – Мой товарищ смачно сплюнул, встал в Кабине и, под прицелами десятка мушкетов, поднял руки. Я счел за лучшее последовать его примеру.