100 КРАТКИХ ЖИЗНЕОПИСАНИЙ ГЕЕВ И ЛЕСБИЯНОК - Пол Рассел

Такое описание жизни Мэри Уоллстоункрафт обходит полным молчанием (что, впрочем, характерно для всех официальных биографий героев этой книги) главную любовь в ее жизни. В своих замечательных «Воспоминаниях о Мэри Уоллстоункрафт» (1798) Уильям Годвин дает необычно откровенное описание того, что имело место в 1775 году, когда Мэри было 16 лет: «Примерно в то время между Мэри и одной девушкой возникла дружба, столь пылкая, что последующие несколько лет эта дружба была ее главной и всепоглощающей страстью. Эту девушку звали Фанни Блад; она была на два года старше Мэри… Обстоятельства, при которых состоялось их знакомство, очень напоминают первую встречу Вертера с Шарлоттой (имеется в виду романтическая поэма Гете «Страдания молодого Вертера», повествующая о трагической истории любви)… Еще не успела закончиться их первая беседа, когда Мэри, по ее словам, в душе дала клятву вечной дружбы с Фанни».

В 1782 году после смерти матери (за которой она ухаживала до последнего дня), Уоллстоункрафт переехала жить в семью Фанни Блад. Семья испытывала финансовые проблемы, и Мэри как могла два года помогала им облегчить бремя бедности. Она также много времени уделяла тому, чтобы приобрести жилище для совместного проживания с Фанни Блад. Как пишет историк Лилиан Фэйдерман, «письма и дневниковые записи того времени свидетельствуют о том, что тогда многие пары романтических подруг стремились жить под одной крышей. Эти союзы были непохожи на обычные варианты гетеросексуального домоуклада. В этом союзе женщины были всегда неразлучны, всегда преданны друг другу; их отношения были истинно близкими и основаны они были ни на чем другом, кроме взаимной любви». (Фэйдерман приводит свидетельства того, что у Мэри Уоллстоункрафт были и другие подруги, с которыми она проживала вместе.)

Когда Уоллстоункрафт наконец нашла место для совместного проживания с Фанни, та неожиданно заупрямилась. Уоллстоункрафт продолжала упрашивать ее, и в 1783 году они вдвоем открыли частную школу. Их первая попытка на педагогическом поприще в Ислингтоне оказалась неудачной, однако потом, в Ньюингтон-Грин, они добились кое-каких успехов. К сожалению, в то время Блад заболела туберкулезом, а Уоллстоункрафт, раздраженная тем, что Годвин называет «болезненной бесхребетностью характера» своей подруги, посоветовала ей выйти замуж. Фанни вышла замуж и уехала жить в Португалию.

В 1785 году Уоллстоункрафт совершила поездку в Португалию, чтобы быть рядом с Блад во время родов. Как пишет Годвин, «ее пребывание в Лиссабоне было недолгим. Она приехала всего за несколько дней перед началом у Фанни Блад преждевременных родов. Роды оказались трагическими — не удалось спасти ни Фанни, ни ее ребенка. Фанни Блад — эта избранница сердца Мэри Уоллстоункрафт — ушла из жизни 29 ноября 1785 года».

Для того чтобы подчеркнуть суть отношений между двумя подругами, Годвин в своих «Воспоминаниях» описывает гетеросексуальные отношения Уоллстоункрафт с Имлэем, используя те же словесные обороты и выражения, что и при описании дружбы двух женщин: Имлэй становится «объектом ее привязанности» и Уоллстоункрафт вновь сравнивается с «Вертером женского пола», испытывающим безответную любовь. Еще Годвин упоминает о том, что Мэри Уоллстоункрафт назвала своего первого ребенка Френсис «в память о дорогой подруге юности, воспоминания о которой всегда были живы в ее сердце». Годвин с горечью констатирует так и оставшуюся в Мэри неудовлетворенность «ее первой страстью юности, ее дружбой с Фанни, в которой было много разочарований и которая в итоге ввергла ее в меланхолию и так трагически окончилась катастрофой». Ее столь долгое нежелание выходить замуж, как это понял Годвин, основывалось на желании уберечь в сердце светлую память о Фанни Блад.

Публикация воспоминаний Годвина, особенно его откровения о ее романе с Имлэем, повредила репутации Мэри Уоллстоункрафт. Издатели одного из журналов докатились даже до того, что под рубрикой «Проституция» поместили заголовок: «В этом номере — Мэри Уоллстоункрафт!» Феминистки середины XIX века отреклись от нее, но в конце века ее труды были в глазах общественного мнения реабилитированы. В 1889 году, когда Сюзан Б. Энтони и Элизабет Кэйди Стэнтон опубликовали первые три тома своей «Истории борьбы женщин за свои избирательные права», имя Уоллстоункрафт стояло первым в рейтинговом списке феминисток раннего этапа борьбы, которой была посвящена их книга. В наше время она общепризнанно считается одной из первых провозвестниц движения женщин за свои права.

Можно ли было тогда, в 80-е годы XVIII века, считать Мэри Уоллстоункрафт лесбиянкой? Ответом будет однозначное «нет»; она почти определенно не могла тогда даже понимать того, что подразумевает это слово. В то время никто не мог быть назван лесбиянкой. Тем не менее во времена, предшествующие появлению современных лесбиянок, она была женщиной, которая страстно Желала жить с женщиной, чье эмоциональное влечение было направлено на женщину; она была также женщиной, которая энергично и последовательно критиковала существовавшее тогда несправедливое бесправие женского пола — порядок, который произвольно установили гетеросексуальные мужчины. Я поставил ее очень высоко в моем рейтинге потому, что я убежден в том, что женщины типа Мэри Уоллстоункрафт своей бескомпромиссной борьбой шаг за шагом обеспечивали прохождение эволюции социальных условий, в которых оказалось, наконец, возможным появление лесбиянок в том виде, в котором они существуют сегодня. Впрочем, это относится не только к лесбиянкам, но и к облику современной женщины вообще. Мы не можем с определенностью судить о сексуальной ориентации женщин XVIII века, подобных Мэри Уоллстоункрафт, хотя в работе историка лесбийской любви Лилиан Фэйдерман имена многих из таких женщин дошли до нас, преодолев забвение истории.

Но кто же все-таки мог быть лесбиянками в XVIII веке? Вполне вероятно, женщины, очень похожие на Мэри Уоллстоункрафт.

12. СЬЮЗАН Б. ЭНТОНИ

note 8

Сюзан Броунелл Энтони родилась 15 февраля 1820 года в городе Адаме, штат Массачусетс. Будучи дочерью квакеров-аболиционистов, она выросла в рамках крепкого домостроя, пронизанного моральным духом рыцарства. В три года она уже умела писать и читать. Когда ей было шесть лет, семья переехала жить в город Бэттенсвилль, штат Нью-Йорк, где ее отец открыл ткацкую фабрику. Она вначале ходила в местную школу, затем в школу, которую основал ее отец, а заканчивала образование в высшей школе в Филадельфии. Получив единственно возможную в то время для женщины профессию — став учительницей, — она начала преподавать в Квакерской академии Юнис Кэньон, Нью-Рошели. Примерно в те годы она пережила тяжелый стресс, когда ее сестра Гуэлма решила выйти замуж. Ее биограф Кэтлин Бэрри пишет: