Коварная уловка - Бренда Хайетт

Благородный лорд Сибрук? Фредерика слегка покачала головой. Нет, нет и еще раз нет! Обольститель, волокита и гуляка… Три дня назад собственными глазами видела его физиономию: бурно проведенная ночь оставила следы, отнюдь не украсившие его. Охотник за приданым – вот он кто! Коварный, к тому же неразборчивый в средствах для достижения поставленной цели. Очаровал легковерного юнца, вернее – обвел вокруг пальца. Братец тоже хорош! Поставил подпись под брачным договором, позволив своему распрекрасному графу тратить деньги, принадлежащие, между прочим, не ему, а ей.

Фредерика задумалась.

Лорд Сибрук, конечно, проявил милосердие к несчастной сиротке-племяннице, что делает ему честь, но все равно благородным джентльменом она, его назвать не может! Обвинение против него подтвердилось? Несомненно. Теперь ей доподлинно известно: он искал богатую наследницу. И нашел… Фредерика вздохнула. Проходимец он все-таки или нет? Пожалуй что нет. Экономка говорила, будто у него были трудности с финансами. Но пожилая женщина могла что-либо не так понять, напугать, в конце концов. Вот если бы в доме удалось найти письменные доказательства его бедственного положения на момент подписания брачного договора, тогда можно было бы опротестовать этот документ, что явилось бы основанием для расторжения помолвки. Должны же где-то храниться приходо-расходные книги? Скорее всего, в библиотеке, где письменный стол лорда Сибрука. Именно там и следует начать поиски.

Фредерика замешкалась у дверей в библиотеку, услыхав за спиной уверенные шаги графа. Обернувшись, показала книгу в кожаном переплете, которую взяла раньше.

– Спустилась книгу обменять, – начала было она, когда крик, раздавшийся с верхней лестничной площадки, остановил ее.

– Черри, вы где? Черри! – звонкий детский голос прозвучал достаточно громко.

– Я здесь, детка! Иду, – откликнулась Фредерика. – Прошу прощения, милорд, я полагала, с девочкой занимается Люси.

Ах, как неловко получилось, мелькнула мысль, лорд Сибрук недоволен. Но ведь она предупреждала, что ребенок вечно молчать не может!

Тем не менее Фредерика бросилась к лестнице со всех ног. Граф последовал за ней.

– Кристабель, в чем дело? Ты прекрасно знаешь, что без меня не должна покидать детскую. – Фредерика выговаривала ребенку, высунувшему мордочку из-за балясины на верхней лестничной площадке.

– Но, Черри, мне было скучно! – протянула Кристабель капризным голосом. Судя по всему, она только что проснулась. Взъерошенная, в рубашонке до пят, она переминалась с ноги на ногу. – Почему мне нельзя на эту лестницу? – канючила девчушка. – Она совсем не больше, чем… – Кристабель оступилась и, падая, вскрикнула.

Лорд Сибрук рванулся наверх, но Фредерика находилась значительно ближе его и, перескакивая через ступеньки, поймала Кристабель прежде, чем та успела скатиться на четвертую.

Фредерика сидела на верхней ступеньке лестничного марша и, покачивая на коленях плачущую, испуганную девчушку, успокаивала ее. Граф смотрел на них, но по выражению его лица невозможно было понять, сердится он или нет.

Появилась Люси и заторопилась к ним.

– Ой, мисс, – затараторила она, переведя дыхание, – вышла всего лишь на минутку, и вот надо же! – Люси замолчала, увидав графа.

– Ничего страшного, Люси, – сказан он, когда та присела в реверансе. – Отнесите Кристабель в детскую. Думаю, она заслуживает добавочную порцию сладкого, и не забудьте угостить Молли-Долли.

У Кристабель мгновенно высохли слезы, и она бросилась к служанке. Фредерика поднялась со ступеньки, собираясь последовать за ними, но голос графа остановил ее:

– Черри, вы так самоотверженны по отношению к девочке, я просто обязан вас поблагодарить.

– Кристабель – чудесный ребенок! – ответила Фредерика, чувствуя, как сильно бьется сердце. Она не могла сказать: то ли оттого, что Испугалась, когда малышка оступилась, то ли по иной причине. – Какое счастье, что не ушиблась, что я успела подхватить ее.

– Большое спасибо, Черри! – сказал он, насупив брови, но не отводя от нее пристального взгляда.

Поняв, что щеки заливает румянец, Фредерика, не раздумывая, выпалила:

– Милорд, я считаю, что в свою очередь обязана попросить у вас прощения.

Совсем с ума сошла! – одернула она себя, но было уже поздно.

– Прощения? – повторил он, изумившись. – За что?

Она сделала глубокий вдох, стараясь привести себя в чувство.

– За то, что вообразила себе всякий вздор… про вас и про мать Кристабель. Теперь я знаю, что ужасно заблуждалась.

– Позвольте узнать, в чем же это вы заблуждались? – буркнул он, сведя брови к переносице.

– Я бродила по дому и оказалась в галерее. И там, милорд, я увидала портрет мисс Эмити Эликзэндр… вашей сестры, полагаю. Сходство между ней и Кристабель просто поразительное. Так что вы были правы, – вздохнула она и замолчала, ожидая бурной реакции.

Нет, она определенно потеряла рассудок! Мисс Милликен, вне всякого сомнения, схватилась бы за голову, так как, по ее мнению, умение держать язык за зубами – залог успеха в любом деле.

Лорд Сибрук мгновение смотрел на нее взглядом, леденящим душу, а затем, с шумом выдохнув, сказал:

– Мисс Черристоун, я абсолютно убежден, что об этом вы непременно узнали бы от Кристабель.

Фредерика моментально расслабилась. У нее, как говорится, отлегло от сердца.

– Я считаю, милорд, ваше решение взять на воспитание девочку достойно всяческих похвал, тем более что вы готовы на все, лишь бы оградить память сестры от пересудов.

Фредерике это признание далось нелегко, но чувство справедливости в данный момент заглушило все остальные.

Поморщившись, лорд Сибрук заметил:

– Я просто был обязан это сделать, уверяю вас. Если бы даже удочерил Кристабель, все равно моя вина перед сестрой меньше не стала бы. Я… понимаете, мне она обязана знакомством с негодяем, предавшим ее.

– Он был вашим другом? – отважилась Фредерика.

Граф кивнул.

– Мы с ним служили в одном полку. А Эмити, скажу я вам, вела довольно замкнутую жизнь, потому что наши средства не позволяли выезжать в свет, – сказал он с поразившей Фредерику откровенностью. – Я надумал скрасить ее одиночество, и однажды, получив отпуск, мы нагрянули вместе с капитаном Питером Броунингом. Они понравились друг другу, а я поздравил себя с удачным замыслом, разрешившимся, как я считал в те дни, так славно. – Лорд Сибрук скривил губы. – Она была наивна, неопытна, а я так и вовсе растяпа.

Фредерика тотчас провела параллель между собой и Эмити и поразилась схожести ситуации. Ох уж эти братья! Посмотреть со стороны – такие доброхоты, а на поверку лишь усложняют жизнь сестер. Спрашивается, кто им дал такое право? И вообще, можно подумать, будто мужчины разбираются в сердечных делах лучше женщин. Да ничуть!..