Любовь по расчету - Мари Стю

Последние два года езжу по местам, где мы с ней отдыхали. Заселяюсь в тех же отелях, посещаю те же рестораны, заказываю те же экскурсии… Хожу везде, где мы были вместе, шептались, держась за руку. Мне так легче. — Давид опустил глаза, вздохнул, потом с нежной улыбкой посмотрел на Наталью: — А теперь, у меня такое чувство, что она рядом.

Давид взял бокал вина, грустно улыбнулся и сказал, подняв глаза кверху:

— Я всегда буду помнить тебя, родная. Всегда буду любить.

Давид отпил из бокала. Наталья поддержала его, также сделала глоток вина, правда, молча, и поставила бокал на стол.

— Прости меня, Наташенька! Прости, что говорю все это при тебе…

— Не нужно просить прощение, Давид. Я тебя понимаю. Честно, понимаю. Ты все правильно говоришь. И мне, кстати, очень нужно было это услышать. Потому… потому что, и вправду, твое признание многое объяснило.

<…>

Давид до конца ужина рассказывал о своей покойной жене, о том, как она погибла; как он ее любил, и будет помнить до самой последней минуты жизни. Как он благодарен судьбе, что Оля появилась в его жизни, и они сыграли свадьбу, хотя родители категорично были против женитьбы — ведь невеста старше на одиннадцать лет. А в те времена любое отклонение от общепринятых норм считалось чуть ли не преступлением. Особенно, если такие отклонения случались в семьях высокопоставленных людей, коими были и отец, и мать Давида. Давид рассказывал о трудностях, с которыми пришлось столкнуться ему и Ольге, пока он работал дипломатом и служил в комитете безопасности. Но много рассказывал и о радостях, которыми судьба баловала их семью.

Наталья практически молчала в ресторане. Она слушала, слушала внимательно и сопереживала Давиду. Впрочем, не только. Все, что Наталья узнала от Давида в тот вечер, оказалось стратегически важным. Теперь-то Наталья, наконец, узнала, как относится к ней Давид и почему именно так относится, а не иначе; узнала, чем он занимается, и каковы ее шансы соблазнить вдовца и беспечно зажить в столице. Кажется, именно в тот вечер Наталья поняла, как надо вести себя с Давидом, чтобы ее планы воплотились в жизнь.

Ужин в ресторане сблизил Давида и Наталью. Они уже не говорили друг другу «вы», как это было до самой минуты признания. Перешли на другой уровень общения — уровень общения близких людей. Вроде бы как…

17.

Следующие два дня отдыха выдались дождливыми. Давид и Наталья встречались днем, ходили в ресторан на завтрак, обед и ужин, вели непринужденные беседы в беседке и в целом прекрасно провели время. Особенно скрасило их отдых в дождливые дни посещение художественной галереи и спа-центра на территории отеля.

Давид с таким же чувством смотрел на Наталью. О покойной жене он говорил уже меньше, что Наталья расценивала, как хороший знак — Давид переключает внимание на Наталью, заполняет ею всю пустоту, которая образовалась в результате безвременной утраты любимой женщины. В то же время никаких решительных действия для сближения не столько душ, но тел, Давид не предпринимал.

Когда восстановилась погода, засияло солнышко, Давид предложил Наталье провести оставшееся время на Бали, разъезжая по достопримечательным и живописным местам.

— Наташенька, как на счет тура на остров Нуса Пенида? — спросил Давид во время прогулки после завтрака.

— Я — за, — улыбнулась Наталья. — А еще я читала, тут есть индивидуальные туры по художественным магазинам и галереям. Я бы и их посетила. Ты как?

— Прекрасное предложение! — одобрил идею Давид. — Два дня из оставшихся точно будут увлекательными. Осталось найти еще четыре экскурсии.

Наталья улыбнулась, намекая, что на все сто процентов поддерживает идею разнообразить отдых на территории отеля и пляже.

После прогулки Наталья и Давид почти два часа просидели на первом этаже отеля, выбирая экскурсии. Наконец определились. Начали с обзорной экскурсии по Бали, потом — на остров Нуса Пенида, в третий день — художественные магазины и галереи, а затем на три дня на остров Гили.

Экскурсии подарили незабываемые впечатления. И если до того, как отправиться путешествовать по Бали, Наталья слегка разочаровалась в райском уголке, то после, особенно посетив острова, она вернулась к прежним представлениям о курорте. Красивейшие места!

За все время экскурсий Давид по-прежнему осторожничал с Натальей, не спешил удовлетворять свой непомерный интерес к сексуальному телу привлекательной женщины. Пожалуй, только дважды он дал себе волю прижать к себе Наталью — один раз, когда купил и подарил ей картину в художественной галерее, второй — на острове Гили — он подошел сзади к Наталье, обнял и простоял так, не обронив ни слова минут десять. Все остальные знаки внимания — многозначительные взгляды, поцелуи в щечку, перебирание пальчиков рук — не несли в себе того контекста, на который рассчитывала Наталья. Но не только Давид осторожничал. Наталья также не спешила и не злоупотребляла «женскими» хитростями и откровенным соблазнением. Не потому, что не хотела или что-то там еще — она знала, что в их отношениях, сближении инициатива должна исходить от Давида. Иначе — можно все испортить. Впрочем, такую тактику Наталья выбрала не случайно. Понимала, что Давид больше нуждался в теплоте и духовности их связи, чем в плотских утехах. Как бы то ни было, прогресс в отношениях был, и Наталья это замечала.

<…>

«Уже завтра летим домой», — подумала Наталья, едва проснувшись. Сначала в Москву, потом — в Ростов.

Наталья встала с кровати, подошла к панорамному окну в номере отеля, засмотревшись на Индийский океан.

— И все-таки великолепный отдых вышел, — сказала она и слегка улыбнулась.

18.

Накануне вечером, после отдыха на острове Гили, Наталья предложила Давиду в последний день побыть на пляже до «тошноты», а вечером, отужинав в ресторане отеля, пойти ближе к океану, в укромное место и наслаждаться закатом под бокал сухого красного вина. Давид согласился.

Экскурсии по Бали насытили Наталью впечатлениями. Хотелось тихого общения на берегу.

С одной стороны, Давид вовремя появился в жизни Натальи. И даже если у них не будет продолжения отношений по возвращении в Россию, Наталья искренне благодарна Давиду за незабываемый отдых. С другой, — как ни крути, чем ближе подходил конец отдыха, тем больше волновалась Наталья из-за вероятности ее просчета заполучить сердце состоятельного кавалера из Москвы. Пропадала уверенность в том, что теплое чувство Давида переродится во что-то большее. Что если Давид настолько предан покойной жене, что ни за что не изменит этим чувствам?

После ужина Наталья и Давид