Реальность фантастики №01-02 (65-66) 2009 - Ираклий Вахтангишвили

Савва, видимо, не отключал ларинги, но не проснулся, а только промям-лил что-то во сне. Что касается Ромки-джи, то он лежал в обнимку со сво-им калашом и видел, наверное, что-то грустное во сне, потому что хмурил-ся. Несколько раз он стонал… и Егору его было жаль… ничего, спи Ромка-джи, друг верный, спи! Всё уладится.

Егор проснулся от знакомых хрюкающих звуков. О, Гагарин-шайтан, па-латку дуют!

Мы что, никуда не идём? хриплым от сна голосом спросил он.

– Нет, – хмуро сказал Зия.

Глаза его густо обвела синева, щёки ввалились.

Егор хотел спросить, почему, но удержался. Ромка-джи впервые видел, как дуется палатка, и во все глаза таращился на разбухающий тючок. Даже рот приоткрыл. «Закрой рот, карачи насерет!» – вспомнил Егор и ухмыльнулся.

палатка палаткой, а надо было заняться собой чернее чёрного! зная, что если Ромка-джи чем-то увлечён, то оторвать его от предмета разглядывания может, разве, сам Господь-Аллах, Егор принялся чистить оружие, оттирать лицо и руки… словом, «на танцы прихорашиваться», как сказала бы Маринка. Хороши, однако, танцы… полночи прокуролесили, а до этого и вовсе сплошь гоу-гоу… под страхом смерти… да и сейчас не пойми-возьми чего.

Неужели комбинат-мастер так легко их выпустил? Нет, ясно, что в тун-неле комбинатовским крепко досталось отбило охоту на рожон лезть, но здесь-то… как на ладони! Ох, не к добру всё это, охраните нас святые угод-ники, не к добру!

Палатка зарябила и стала невидимой Ромка-джи издал восхищённый вопль. Интересная, конечно, штука, врать не станем. Вообще, нанотех – нау-ка та ещё! взять, к примеру, комбинезон – каким-то божественным промыс-лом за ночь то ли впитал в себя, то ли стряхнул почти всю мерзость, обшар-павшую ткань. К послезавтрему и вовсе как новенький будет. На брючине, например, где бритвой полоснули, разрез уже практически рубцуется… тоже быстро дело идёт. На солнце, как всегда, процесс активнее происходит… ну, это, понятно, с «песчанкой» всегда так. На то комбинезон и придуман.

Нет, зря нас Савва, «дикарятами» зовёт. Уж что-что, а в нанотехе мы раз-бираемся… Ромка-джи уже нырнул в палатку, его восторженная болтов-ня моментально стихла… значит, звукоизоляция уже работает.

Erop активировал нарукавное зеркальце и критически осмотрел себя. Мор-да, только, опухла слегка, – видать, зараза комбинатовская ещё действует, – а так – хоть куда! Красавец, одно слово, хоть сейчас в храм – энигму распевать. Зеркало, однако, барахлит немного… полосами иногда подёргивается. Но это уже грех врождённый. До Егора дед ещё жаловался, мол, на правом рукаве в зеркало хоть не смотрись – вся морда в пятнах и полосах… чисто верблюд. Эх, дедушка, дедушка… поглядел бы ты сейчас на дела наши нынешние…

Над ухом тихо прожужжал «комар». Что это он так близко от палатки де-лает? Их и так осталось меньше малого… а тут ещё один отлынивает. Хоп! Второй пролетел… видать Савва чего-то колдует…

Из ничего высунулась сияющая физиономия Ромки-джи и скосила гла-за, пытаясь увидеть себя сбоку.

– Егор, сними меня на калаш, а?

– Там у камеры заряду секунд на десять…

Да сними, сними! Не поверят же!

– А чего тут верить… подумаешь, задницы нет…

Они ещё немного посмеялись, а потом Егор всё-таки снял Ромку-джи на камеру калаша. Зрелище и впрямь было забавное висит посреди песков и руин весёлая голова и зубы скалит, язык показывает. городской ребятне бу-дет что показать. Жаль, только, мало всего. Ну, там кое-что Егор втихомо-лочку снял, конечно. Даже комбинат-мастер крупно есть. Но буквально по кадрику, по два. И карачи – крупно… каждое малое щупальце на «морде» видно. Не по-людски, конечно, но будем надеяться, что Зия с Саввой свои-ми файлами поделятся. У них, наверняка, много чего отснято… не всё же подряд стёр им проклятый карачи!

Надо сказать, странная штуковина, конечно. Опять же… только и остаётся жалеть – нет с нами деда! Сидит он сейчас на сияющем престоле, – с Госпо-дом-Аллахом радостно беседует… не до нас ему теперь. Уж дед-то объяснил бы, наверняка, что почём! О карачи он всё-всё знал, до самых тайных тонкостей. Считал, кстати, что спутники и карачи между собой в Демонскую Сеть связа-ны. Ромка-джи как-то спросил деда, есть ли, мол, карачи в космосе? Дед пораз-мышлял и сказал: «В космосе вряд ли, а вот на Луне и на Марсе точно есть!» – и Егор потом ещё долго гордился, какой у него дед разумом сильный.

«Автоматическая долговременная огневая точка (дот) – поганая

штуковина. Сидит себе в земле, тянет вниз корни автономной установки, боезапасы нанотехом себе выращивает, сторожит. Сто лет си-дит – сто лет патроны и снаряды копит; оружие в порядке держит, склады расширяет. Чем старее, значит, тем и опаснее. Уничтожение только тяжёлым оружием!

И пишите – есть два вида дотов! Обычные, сторожевые – те сами себя от песка очищают, сектор обстрела постоянно поддерживают в уставном порядке… и показывают себя, не таясь, мол, не суйся!..

… и «хитрые». Вот, уж, всей погани – погань. Наружу только рецеп-торы едва-едва видны… под песок маскируются. Но как только цель по-казалась… считай, в пыль размолотит! Точность на первых порах неве-лика – пока он там высунется, осмотрится по-настоящему, – но с каждой минутой она всё лучше и лучше! Так что, засранцы, – Господь-Аллах, упаси – напоретесь – давайте деру, как можно дальше… если времени хватит, конечно, за охраняемые им границы успеть смыться!

Возблагодарим Господа-Аллаха, мало их! Дорогая была штука… да и ненужная, в общем-то. Против глубинных фугасов – и вовсе никчёмная. Как «шайтан-червей» в серию запустили, так и доты потеряли своё значение. Ну, правда, к тому времени и война к концу подошла…»

'Из уроков муллы-батюшки'

Аминь всем ушедшим. Не нам их судить – ни врагов, ни правоверных. Аминь!

На «хитрый» дот они напоролись часа через два после того, как снова двинулись в путь.

Ох, недаром Егору дедушка снился, недаром! Плакал старый… и всё ру-ки к внуку протягивал, помоги, мол! Он, хоть и горбатый был, – ещё в юности взрывной волной о стену шарахнуло, – но сильный… красивый. Глаза синие… как небо…

До самых последних дней никому за собой ухаживать не позволял… сам, всё сам…

А тут плачет и не может ген-галеты краюху разломить… и мулла-батюш-ка рядом стоит, скорбно так… и не помогает старику.

«Попрощайся с дедом, Егор, – говорит, – отходит он!» – и мертвецкую начинает… это при живом-то!

«Господь-Аллах пастырь мой; вовеки теперь я ни в чем не буду нуж-даться! Только Ты упокоишь меня на тучных полях и уведёшь меня к водам тихим, обильным, – укрепишь душу мою, направишь меня на пути Правды ради имени Своего.