Негодяйка - Кейт О'Мара

Через двадцать минут, приехав на студию, он уже и думать о ней забыл, но, выйдя на репетицию после установки света, тут же узнал ее, увидев со своим дублером Джованни. Они стояли у края площадки, о чем-то серьезно беседуя. Заинтригованный, Роб подошел ближе, чтобы рассмотреть девушку повнимательнее. Она действительно была очень привлекательна. Интересно, где это Джованни подцепил ее.

– Ты что, собираешься всех хорошеньких девушек держать при себе, Джон? – спросил он, приближаясь и с улыбкой глядя на девушку. Роб с первого же дня съемок обращался к Джованни, называя его на английский манер, и новое имя так к нему и приклеилось. Англичане из съемочной группы с легкой руки Роба тоже звали его Джоном, и теперь Джованни охотно откликался сразу на два имени. Он взглянул на Роба и ухмыльнулся.

– Это моя новая знакомая, – осторожно сказал он. – Аманда, детская няня.

Аманда слегка разозлилась – совсем ни к чему было акцентировать внимание на ее положении. Ну ничего, это ненадолго, подумала она. Очень скоро придет день, когда она встанет рядом с Фентоном в ослепительном сиянии устремленных на нее прожекторов и камер, – популярная, талантливая актриса.

Роб протянул Аманде руку, с интересом наблюдая за ней.

– Роб Фентон, – представился он. Она действительно была очень красива, и, странное дело, он не мог избавиться от ощущения, что она напоминает ему Леони. Конечно, виной всему был цвет волос, но Леони наверняка выглядела так же, когда была молодой.

– Аманда – большая поклонница мисс О'Брайен, Роб, – объяснил Джованни. – Она так хотела встретиться с ней…

– Я видела все фильмы с ее участием, – восторженно сказала Аманда, – по-моему, она просто великолепна.

– Как ни странно, я тоже так думаю, – лукаво усмехнулся Роб. – Кстати, вы чем-то с ней похожи, один и тот же тип, – добавил он, откровенно разглядывая ее с ног до головы. Аманда сделала вид, что не заметила, как его взгляд задержался на ее груди, так что она почувствовала, насколько хлипким прикрытием оказалась майка.

– Вы правда так думаете? Я мечтаю когда-нибудь увидеться с ней, – вздохнула она.

– Я пригласил Аманду прийти к нам в студию, но сегодня мисс О'Брайен как раз здесь и нет, – извиняющимся тоном произнес Джованни.

– Хорошо, давайте посмотрим следующую сцену, – донесся до них голос Дэйва, первого помощника режиссера.

– Вы обязательно должны навестить нас еще раз, Аманда. – Роб окинул ее теплым взглядом, который шлифовал не один год. – Я уверен, Леони с удовольствием встретится с вами. – В глубине души он очень сомневался в этом. Девушка была слишком молода и привлекательна.

– Мистер Фентон, прошу вас! – взревел помощник режиссера, с неодобрением наблюдавший за ними издалека. Дэйв Келли был страстно влюблен в Леони. Они работали вместе в нескольких картинах, и вот сейчас, впервые выступая в роли режиссера, Леони обратилась именно к нему за помощью. Дэйв знал, что стоило Леони отлучиться, как Роб тут же начинал болтать с любой смазливой девчонкой, и иногда, как догадывался Дэйв, дело одной болтовней не ограничивалось. Ему было не по душе видеть это, да к тому же он не хотел, чтобы Роба отвлекали от работы. Пока все шло гладко, но с такими непрофессионалами, как Роб Фентон, никогда нельзя ничего загадывать.

– Извините, я должен идти, – сказал Роб. – До скорой встречи, надеюсь. – Он шутливо улыбнулся Аманде и поспешил на съемочную площадку.

Раздался громкий звонок, возвещавший о начале репетиции.

– Мне, наверное, лучше уйти, – прошептала Аманда Джованни.

От него тоже не ускользнуло, как Роб смотрел на нее. Ему нравился Роб, но он не заблуждался насчет его отношений с женским полом.

– Все в порядке, я могу сама найти выход, – сказала Аманда, когда Джованни направился провожать ее.

– Ты уверена? Так ты не забудешь насчет Софии, а? Скажи им, что она очень хорошая девушка, – рассмеялся он и помахал ей на прощание.

Аманда терпеть не могла, когда ей напоминали о том, кем она работает; но это ведь временно, уговаривала она себя, взбираясь на свой мопед. Ее планы начинали осуществляться. Это будет неизъяснимое удовольствие – соблазнить Роба Фентона.

Тони Снеллер был журналистом. Журналистом, которого Роб окрестил бы помоечником. Тони зарабатывал на чужих горестях, копаясь в трагедиях чужих судеб, расписывая их в своих статейках и вынося на всеобщее обсуждение. Может, и не таким уж мерзким будет на самом деле сексуальный скандал, не так ужасна катастрофа, но Снеллер все исказит, приукрасит, доведет до уровня сенсации – таковы были правила его грязной игры.

Именно Снеллер и ожидал сейчас Леони в одном из самых изысканных ресторанов Рима "Ла Калландра". Впервые в Риме, Снеллер так и остался равнодушным к прелестям вечного города; его красота и история ровным счетом ничего не значили для него. К тому же его отягощенный излишним весом организм плохо переносил одуряющую жару – Снеллер страшно потел, – не спасал даже кондиционер, работавший в ресторане.

Задание, которое он получил от редактора, было предельно лаконичным: "Покопайся как следует в Леони О'Брайен и Робе Фентоне".

– С какой стороны зайти?

– Не будь кретином. У нее большие сиськи, и живет она с красавчиком, который ей в сыновья годится. Ты можешь представить себя в роли любовника собственной матери?

Снеллер содрогнулся. С собственной женой-то переспать – и то для него была мука; крайне редко снисходил он до этого и жаловал свою близость как величайшую милость. Жена не отличалась хрупким телосложением и со спины скорее напоминала задок автобуса девяносто третьего маршрута, но Тони не прельщала перспектива ухаживать за собой самому. Он уже испытал все прелести самообслуживания – когда впервые пробовал себя в журналистике, практикуясь в "Саут Лондон бьюгл". Стало невмоготу терпеть грязную посуду и все разрастающуюся кипу грязной одежды. А монодиета из жареной фасоли с убийственными индийскими приправами нанесла сокрушительный удар по его внутренностям. Тони огляделся вокруг и нашел свою Мэри, которая часть дня работала в местной прачечной, привязанная к матери-инвалиду, которую могла оставить одну лишь на несколько часов – только чтобы успеть заработать хоть немного денег в качестве прибавки к вдовьей пенсии и пособию по инвалидности, которые полагались матери.

И все же интервью с Леони стоило того, чтобы промучиться неделю в Риме. Он так давно мечтал об этом. Раньше она категорически отказывалась иметь дело с ним и его газетой, но на этот раз они с редактором прибегли к уловке. К мисс О'Брайен обратились якобы из иллюстрированного воскресного журнала с просьбой дать интервью в связи с ее новой ролью – ролью режиссера. Интервьюером обещали прислать Джастина Гамильтона-Брауна – самого популярного в журналистских кругах писателя, который недавно возвратился из Голливуда с блестящим материалом о Гленне Клоузе. Просили разрешения также и на публикацию ряда снимков. Идея сработала блестяще, но Тони начинал чувствовать себя неуютно. Одно дело – договориться о встрече, но как отреагирует Леони, увидев его, Тони, вместо обещанного Гамильтона-Брауна? Он был наслышан о темпераменте Леони и вовсе не жаждал испытать его на собственной шкуре. Чтобы успокоить нервы, он заказал еще водки.

Ее принесли одновременно с появлением Леони – холодной и элегантной в бледно-голубом льняном костюме. Тони поднялся на нетвердых ногах, чтобы поприветствовать ее, опасливо ожидая, пока она подойдет к его столику в темном углу ресторана. Любопытные посетители закрутили головами, наблюдая за Леони.

– Мисс О'Брайен, – приветствовал ее Снеллер самым любезным тоном.

Официант, склонив голову, отодвинул для нее стул и ждал, пока она сядет. Леони остановилась у столика и гневно уставилась на Снеллера.

– Вы не Джастин Гамильтон-Браун. Вы Снеллер, так ведь? Из "Глоуб"? – Имена и названия слетали с ее губ как оскорбления.

– Я временно прикреплен к "Кроникл", – поспешил вставить Снеллер, – вы ведь знаете, что мы входим в одну группу. – На Леони его слова, казалось, не произвели никакого впечатления. – Сожалею об этой путанице, – продолжал Снеллер, – я знаю, вы ожидали увидеть Джастина, но он задерживается в Индии, и редактор послал меня, чтобы я провел кое-какую подготовительную работу. – Его объяснения, и он это знал, выглядели неуклюжими. Грубые манеры Леони повергли его в величайшее смятение.

– Понятно, – сказала она, неохотно присаживаясь к столику.

Официант вновь поклонился, и Леони заказала минеральной воды.

– Почему со мной никто не связался предварительно? – спросила она, строго глядя на Снеллера.

Тони глотнул водки для храбрости.

– "Кроникл" очень заинтересован в этом материале. Зная, какой напряженный у вас распорядок, они подумали, что будет удобнее, если мы сначала сделаем серию снимков и, чтобы не слишком вас беспокоить, выясним, какие вопросы вы бы хотели затронуть в будущем интервью. Потом, если Джастин будет еще занят, он сможет провести это интервью по телефону, а я заранее подготовлю ему перечень тем. И тогда уже в первое воскресенье будущего месяца мы сможем все опубликовать. – Он сделал еще глоток.