Рождение Тени (СИ) - Шу Алекс

Пару минут полежал на кровати, смакуя новые ощущения. И вспоминал вчерашний разговор с Нобу. Малой рассказал очень интересные подробности о чемпионате. Мы находимся на земле Танаки. Соседний клан Курихара ежемесячно проводит чемпионаты по рукопашному бою среди подростков 16–18 лет, пользующиеся бешеной популярностью. На них съезжаются аристократы, якудза, и просто богатые японцы не только из Токио, но и со всей страны. Делаются сумасшедшие ставки на того или иного фаворита. Для толстосумов это любимое зрелище, будоражащее кровь и щекочущее нервы.

Чемпионаты проводятся два дня. За первый бой участник получает 1000 йен. За победу дают ещё столько же. За каждый последующий, в случае выигрыша, гонорар удваивают. Чемпион помимо этих денег, становится обладателем премии — 300 тысяч йен. Для подростков и юношей, отбираемых в нищих кварталах Токио и других городов, это огромные деньги, за которые они готовы убить противника прямо в клетке. Бывает, что иногда в боях участвуют бойцы из монастырей, телохранители якудза или отставные военные из спецподразделений. Иногда парню, победившему в чемпионате, предлагают сразиться с таким противником за очень солидный гонорар. Он может согласиться или отказаться. Но ещё ни разу дворовый чемпион не побеждал такого бойца. Он погибал в клетке, превращался в овощ или становился беспомощным инвалидом. Ни один из местных победителей турнира не сумел сохранить свою жизнь или здоровье. Все были убиты или искалечены монахами, бандитами или отставными вояками на потеху толпы.

Правила поединков просты. Два бойца заходят в огромную квадратную клетку. Бой без перерыва и ограничений времени, длится до того момента, пока один из них не сможет продолжать по причине смерти или серьезной травмы. Выдавливать глаза, бить в пах, кусаться — запрещено. Применять магию — тоже. Все остальное разрешено. За нарушение правил ломают руки и ноги, и выбрасывают новоиспечённого калеку на улицу подыхать. Деньги за бой ему, естественно, никто не отдает.

Каждый боец, его тренер или человек из окружения может сделать ставку на свою победу. Но если судьи из числа руководства клана Курихара, заметят что бой постановочный и соперник поддался, последствия будут плачевные. Обоих бойцов убьют или в лучшем случае покалечат.

Такие условия меня не очень устраивают, но что поделать? Мне нужны деньги. Начальный капитал, чтобы вырваться из нищеты и вытащить из неё свою няню, Юки с братом, раз уже взял на себя ответственность за них. Драться я умею. Как я узнал у Нобу, единоборства здесь не так развиты как в моем мире. Дело в том, что появление магии, негативно повлияло на дальнейшее развитие боевых искусств. В мире высоких технологий и сверхъестественных способностей, противников предпочитают уничтожать с помощью дронов, боевых роботов, снайперских винтовок с интеллектуальными системами наведения на цель, воздушными лезвиями, каменными снарядами или потоками бушующего огня, на худой конец. Конечно, во всей Японии имеется несколько элитных школ карате и джиу-джитсу, дзюдо и других единоборств, попавших в империю из Китая, Тая, Вьетнама и Индии. Есть достаточно сильные бойцы. Но что-то похожее на современное универсальное ММА, состоящее из приемов бразильского BJJ, модифицированной техники тайского бокса, самбо, вольной борьбы и других дисциплин и близко нет. Это дает мне существенное преимущество. Только пока не понятно, как будет работать новое тело, какими физическими и скоростными параметрами наделено. На сегодняшней тренировке проверю.

Я бодро вскакиваю с кровати. Быстро переодеваюсь в серую майку и такие же спортивные штаны. Через минуту выхожу на внутренний дворик. На моем мешке уже тренируется парень лет 18-ти в сером от пыли кимоно. Недалеко от него лежит небольшой зеленый рюкзак.

Ярко-красные, крашеные волосы бойца взъерошены. Напоминают «огонек», пылающий на голове. По лбу текут капельки пота. Он яростно пинает мешок ногами, и осыпает его ударами кулаков.

Паренек выше меня сантиметров на семь и шире в плечах, на сухом теле, сквозь раздвинутые полы кимоно, красиво играют узлами мышц напряженные пластины груди и кубики пресса. Широкая стойка, удары руками идут от пояса, ногами лупит без полноценного вложения корпуса. Мешок глухо стонет под ударами, но я саркастически хмыкаю. Дыр в защите, которыми может воспользоваться, грамотный боец без правил, полно.

Заметив мой интерес к своим упражнениям, парень останавливается.

— Чего надо? — он окидывает меня подозрительным взглядом.

— Вообще-то это мой мешок. Я его набил и повесил, чтобы самому тренироваться.

— Ну и что? — буркнул красноволосый, — Ничего с ним не будет, если я немного поработаю.

Пожимаю плечами. Идти на конфликт не хочется. Мало ли к каким проблемам в будущем это может привести. И так, не успел здесь появиться, одного бугая пришлось утихомиривать. Вроде бы, прокатило. Влезать ещё в одну разборку и наживать очередного врага не стоило.

Тем временем во двор выходит старикан в соломенной конусообразной шляпе — кассе, с небольшими прорехами и покореженными полями. Дед посматривает на нас искоса из-под лохматых белых бровей, поглаживая бороду. Он одет в рваную рубашку, когда-то бывшую белой и помятые брюки времен царя Гороха. Он с наслаждением растягивается на спинке скамьи, раскинув руки, наблюдая за нами. Старик мне не мешает, начинаю разминаться, не обращая на него внимания. Делаю наклоны корпусом, совершаю круговые движения руками и ногами, подготавливая связки и мускулатуру к тренировкам.

Начинаю отжиматься от скамьи. Затем прыгаю через неё и обратно. Приступаю к бою с тенью. Для начала три раунда по три минуты с небольшим перерывом между ними. Тело работает сначала неуверенно, но забитые в мозг удары, ежедневно, нарабатываемые больше трех десятков лет, передают сигналы мышцам, корректируют движения и у меня всё начинает получаться.

«Огонёк» искоса наблюдает за мной, не забывая молотить мешок руками и ногами.

Затем делаю тест на реакцию. Достаю из кармана две серебристые монетки по одной йене. Кладу их на тыльную сторону ладони. Движением руки подбрасываю их в воздух. Ловлю их двумя взмахами полусогнутой напряженной ладошки. Отлично. Похоже с реакцией все нормально. Я и три так поймаю. Можно подвести итог. Тело мне досталось крепкое, быстрое, с относительно нормальной функционалкой. Три раунда с тенью поработал и не запыхался. Задачи: поработать над повышением физической силы и увеличением веса. Слишком легкий. А это плохо, учитывая, что Нобу сказал мне, что в клетке нет никаких весовых категорий. Могут свести, например 50-килограммового дрыща с бугаем, весящим далеко за сотню. А учитывая, что во мне сейчас килограмм 60–65, нужно озаботиться набором мышечного веса.

— Что это за техники такие? Так никто не работает! Где ты этому дерьму научился? — наконец не выдерживает «огонёк».

— А что такое? Что-то не так? — с интересом смотрю на парня.

— Всё! Всё не так! — не может успокоиться каратист, — К чему эти высокие стойки? Зачем периодически становиться на носки? Ногами надо твердо стоять на земле, иначе не сможешь сильно бить. Стойка должна быть низкая, она более устойчива. И удары с неё лучше проводятся. Классический цуки бьется от бедра, вторая рука одновременно возвращается к поясу. Так удар получается более мощным. Короче, ты каким-то бредом занимаешься.

— Да? — иронично улыбнулся я. — Даже спорить не буду. Продолжай заниматься своим очень боевым и смертоносным искусством, а я продолжу практиковать, как ты говорил, бред. Не будем мешать друг другу.

— Хочешь заниматься херней, занимайся, — буркнул красноволосый. — Я тебя предупредил. Но в любом бою тебя разнесут на мелкие клочки с такими техниками.

— Сомневаюсь, — хмыкнул я. — Ладно, не забивай себе голову. Жизнь покажет.

— Слушай, а хочешь, я тебе это наглядно докажу? — моя усмешка взбесила каратиста, у него даже лицо перекосилось. — Давай проведем тренировочный бой, и посмотрим, кто кого. Не переживай, бить буду вполсилы, чтобы не покалечить.