Волков. Орден Святого Георгия - Валерий Пылаев

мой ритуал, подцепиться к каналу и врезать в ответ сопляк бы уже не смог. А значит, на том конце «провода» оказался не Вяземский, Меншиков или кто-то еще из молодой колдовской поросли, а кто-то с опытом моего уровня.

И как бы не круче.

— Меня пытались убить? — жалобно спросил Вольский. — Эта пуля…

— Просто пролетела мимо. — Дельвиг поморщился. — Колдун хотел уничтожить маятник. Верно, поручик?

— Подозреваю, именно так. — Я кивнул и потянулся за кружкой с чаем. — Будь у него желание убить… Сила все-таки запредельная. Думаю, при желании он вполне мог бы остановить вам сердце, Петр Николаевич. Или даже придумать что-нибудь пострашнее.

Возможно, мне стоило соврать, чтобы не расстраивать Вольского — но дело, к сожалению, обстояло именно так. Колдун обладал не только колоссальным резервом и умением перехватить чужой канал, но наверняка еще и парой заклятий, способных убить человека даже на расстоянии в полтора десятка километров. Я уже давным-давно научился закрываться от подобного, а Дельвиг, как Владеющий, священнослужитель и боевой капеллан, наверняка обладал универсальной защитой… какой-никакой. Так что «слабым звеном» среди нас в любом случае оказался бы старик — лишенный Таланта и в силу возраста обладающий не самым крепким здоровьем.

— Это ужасно… Просто ужасно! — Вольский втянул голову в плечи и принялся озираться, будто колдун мог каким-то образом наблюдать за нами. — Как мы, простые смертные, можем бороться с подобным? И что противопоставить такой дьявольской мощи?

— Веру в Господа. — Дельвиг коснулся георгиевского креста на шее. — И силу бессмертного человеческого духа.

— Без всяких сомнений, Антон Сергеевич. Но сколько бы я ни думал о душе, мне хотелось бы еще хоть немного пожить в этом теле. — Вольский смущенно улыбнулся и ткнул себя пальцем в грудь. — Пусть оно и успело изрядно одряхлеть — я к нему привык.

— Увы, Петр Николаевич. Больше мне вам предложить нечего. — Дельвиг сдвинул брови и громыхнул чашкой об стол. — Однако не стоит недооценивать…

— У меня и в мыслях не было, ваше преподобие! — отозвался Вольский. — Но, боюсь, одной веры может оказаться недостаточно.

— В таком случае — что предложите вы?

— Знание. Которого, впрочем, у меня пока нет. Но зато оно совершенно точно было у наших предков. Древних славян или, возможно, европейцев. Католиков, Святой Инквизиции… Ватикана, в конце концов. — Вольский на мгновение задумался. — Мы не можем доподлинно знать, что случилось тогда, но одно неоспоримо: в Средние века количество Прорывов изрядно сократилось, а в начала восемнадцатого столетия и вовсе сошло на нет. Лично я убежден, что подобное не могло случиться само по себе.

Я тут же навострил уши: старикан говорил дело — пожалуй, в первый раз с момента нашего с ним знакомства. Мне и самому уже приходила в голову идея как следует поковыряться в прошлом, но всякий раз находились вопросы поважнее.

— И это, судари, может значит только одно: наши предки знали, как бороться с подобным злом. И знали куда лучше… Ни в коем случае не хочу обидеть наших доблестных защитников в лице Антона Сергеевича, — Вольский повернулся к Дельвигу и изобразил учтивый поклон, — но есть подозрение, что Орден Святого Георгия пользуется лишь малой частью наследия Средних веков.

— Пожалуй, соглашусь, — встрял я. — Ничто в этом мире не происходит без причины. И если уж Прорывы исчезли — наверняка кто-то приложил к этому руку. Кто-то достаточно могущественный и, что куда важнее — обладающий нужным знанием. И даже если прямой связи между нашим колдуном и появлением нечисти три года назад и не существует, Петр Николаевич прав: отгадки следует искать не только в настоящем, но и в прошлом! Книги, пергаменты… какие-то рабочие записи — хоть что-нибудь!

— Верно, мой юный друг! — Вольский торжествующе улыбнулся. — Не сомневаюсь, в архивах Ордена и Святейшего синода непременно найдется…

— Архивы закрыты от посторонних, Петр Николаевич, — буркнул Дельвиг. — Может, мы и не в Ватикане, но в тайных документах Синода содержится достаточно такого, к чему не следует допускать… никого. Впрочем, дело даже не в этом.

— Позвольте спросить — а в чем же тогда? — поинтересовался я.

— У нас попросту нет времени копаться в записях столетней давности — а такая работа, как вы понимаете, займет недели, если не месяцы. — Дельвиг нахмурился и покачал головой. — Между тем совет архиереев ясно дал понять, что важнейшей и, более того, единственной задачей Ордена является защита людей от Прорывов и нечисти. А любые расследования — полностью в компетенции тайного сыска.

На мгновение я даже удивился. Редкая спецслужба — даже та, что напрямую подчиняется Синоду — упустит возможность расширить свои полномочия и юрисдикцию. И дело не только в амбициях руководства. Однако высшие церковные чины почему не хотели лезть во все это дело… и наверняка не просто так.

Неудивительно, что мы так поладили с Дельвигом. Похоже, его преподобие тоже изрядно злоупотреблял нездоровой инициативой — если уж в конце концов оказался с нами в этой комнате.

— А как же комиссия? — возмутился Вольский. — Для чего тогда государь потребовал расследования совместными силами Ордена и полицейского ведомства?

— Боюсь, вас не совсем верно информировали о моей… нашей с Владимиром роли в этом деле. — Дельвиг кивнул в мою сторону. — Нас включили в состав комиссии исключительно по личной просьбе его сиятельства Виктора Давидовича. Именно он отвечает лично перед его величеством. А помимо нас четверых в работе участвуют три человека из тайного сыска — младшие чины, подозреваю, их вам даже не представили. В сущности, это все, чем мы располагаем на данный момент, Петр Николаевич. — Дельвиг развел руками. — Согласитесь, не так уж и много — и явно недостаточно, чтобы тратить время еще и на архивы Ордена.

— О да. Боюсь, вы правы. — Вольский опустил голову. — Полностью правы, Антон Сергеевич… Но, в таком случае, я могу попросить Владимира кое о чем?

— Разве я могу запретить? — Дельвиг пожал плечами. — Владимир перед вами.

— И мне снова нужна помощь этого отважного юноши. Хоть, подозреваю, на этот раз работа вряд ли покажется вам интересной и стоящей того. — Вольский с улыбкой повернулся ко мне. — И все я прошу — займитесь поисками!

— Наследия предков? — усмехнулся я.

Да! —