Дни надежды - Лора Патрик

Она закусила губу и повернулась к нему спиной, обрадовавшись, что может отнести чашки в раковину и таким образом избежать его испытующего взгляда.

— Джози, я не думаю, что рассудок твоего дядюшки помутнен. По-моему, он очень проницателен. И был таким, наверное, всю жизнь. Но именно поэтому сегодняшний эпизод очень меня встревожил. Почему он повел себя так грубо? Думаю, это дело с Сэмом надо прояснить. Что если попросить его прийти завтра в палату к Джозефу, чтобы наконец все уладить?

Джози издала было протестующий звук, но Феликс продолжил:

— Понимаешь, после твоего ухода сегодня Джозеф пытался нам что-то сказать. Я совершенно уверен, что это касалось тебя и Сэма. И очень расстроился, когда не сумел этого сделать. Нет, нам надо…

— А ты тоже будешь присутствовать при разговоре?

— Да.

Джози задумчиво кивнула.

— Что ж, полагаю, ты прав. Но, наверное, сначала нам надо спросить Джозефа, как он сам к этому относится. Ты ведь не позволишь расстроить Джозефа, правда?

Феликс молча кивнул. Выражение его лица стало таким суровым, что внезапно Джози порадовалась тому, что он на их стороне.

— Смею тебя уверить, что мистер Уоллес свое получит. — В его глазах появилась озорная искра. — А на дежурстве завтра сестра Ховард, которая стала вашей с Джозефом ярой болельщицей. О, она поистине твердый орешек! Мы позаботимся о том, чтоб она тоже присутствовала во время свидания с Сэмом. Доставим ей это удовольствие!

8

На следующее утро в восемь зазвонил телефон.

— Сэм придет в больницу к одиннадцати, — сообщил ей Феликс удивительно холодным тоном и, услышав ее «отлично», тут же повесил трубку.

Странно, вчера все было так хорошо. Перед уходом он быстро поцеловал ее. И в его поцелуе было столько нежности, что, когда около десяти вечера к ней заехал Билл за готовой партией штор, она все еще светилась от счастья.

— Ой, какая ты довольная! — сказал он. — Интересно, а тот парень, что выходил из твоей калитки, когда я подъехал, имеет к твоей радости какое-нибудь отношение?

Джози тут же радостно выложила Биллу все о Феликсе и Сэме, о том, что они наметили на завтрашний день. Она даже призналась ему в том, что отвесила Феликсу оплеуху при первой встрече.

Билл расхохотался.

— Представляю, как вы будете смеяться, рассказывая об этом эпизоде вашим детям через много лет!

Его слова вернули Джози к реальности. Она бурно запротестовала в ужасе от того, что Билл мог подумать что-то не то.

Но он только смеялся и, в конце концов, сказал:

— Конечно, конечно. Джули будет в восторге от твоего рассказа!

Наконец Билл умчался, прихватив с собой партию уже пошитых Джози штор.

После его ухода девушка с облегчением вздохнула — слава богу, ей оставалось пошить занавески всего для одной комнаты, и она надеялась, что успеет справиться с работой к завтрашнему вечеру.

Но не тут-то было. Она поспешила к рабочему столу и, проверив свои измерения, убедилась в том, что штора, над которой она работала накануне, выкроена неверно. Джози ужасно расстроилась и метнулась к телефону.

— Джули! Ради бога, извини меня, но я испортила одну занавеску. У тебя есть в запасе еще немного такого же материала?

— Не волнуйся! — Похоже, подругу эта новость не слишком огорчила. — Этот материал оказался таким популярным, что я прикупила на всякий случай еще парочку рулонов.

— Отлично! Кто-нибудь сможет мне его утром забросить или мне заехать самой?

Джулия громко окликнула кого-то и через минуту сказала:

— Тебе повезло, наш компаньон Клайд завтра как раз едет в твою сторону, так что жди его около девяти утра…

После звонка Феликса позвонила миссис Иствуд. Ее интересовало состояние Джозефа. Джози стала подробно ей обо всем рассказывать, но тут раздался звон дверного колокольчика. Девушка наскоро попрощалась с миссис Иствуд и побежала открывать дверь. Конечно же, это оказался Клайд, и он проявлял явное нетерпение. Джози открыла ему гараж, куда он быстренько свалил привезенный материал, и помахала ему на прощание. При этом она, конечно же, не заметила свидетеля этой сцены — соседа, который в это же самое время садился в свою машину…

Было уже почти одиннадцать часов, когда Джози бежала по коридору больницы, надеясь, что Сэм еще не приехал. Она с облегчением перевела дыхание, увидев рядом с Джозефом только Феликса. Поглядев на нее, он встал.

— Что-нибудь случилось? Почему так поздно?

Видя встревоженное лицо Джозефа, Джози заставила себя улыбнуться и наклонилась, чтобы поцеловать его.

— Да нет, все нормально, — произнесла она, а затем обратилась к Джозефу: — Феликс… Доктор Круз уже рассказал тебе о наших планах, дорогой?

Джозеф кивнул, а Феликс произнес ледяным тоном:

— Я надеялся сначала переговорить с вами, Джози, — в коридоре послышался голос мисс Ховард, — но слишком поздно. Постарайтесь не попасть впросак!

В этот момент сестра Ховард ввела в палату Сэма. Он остановился в дверном проеме и окинул присутствующих подозрительным взглядом.

— А, мистер Уоллес, входите же! — любезно произнес Феликс. — Мой пациент вчера был чем-то очень расстроен. Уверен, это какое-то недоразумение, но я все же собрал маленький семейный совет, чтобы все выяснить, поскольку не могу позволить моему пациенту нервничать.

Сэм напустил на себя важный вид.

— Очень рад тому, что вы так поступили, док. — Он грустно улыбнулся. — Я сам всегда бываю страшно огорчен, когда мы с отцом не можем найти общий язык.

Джози закусила нижнюю губу, чтобы не назвать Сэма лжецом и лицемером.

Феликс бросил на нее предостерегающий взгляд и показал на стул, стоящий рядом с кроватью Джозефа.

— Итак, мистер Уоллес, позвольте мне еще раз удостовериться в том, о чем вы сообщили вчера сестре Ховард: что человек, который был здесь с вами, — адвокат моего пациента и что вы хотели, чтобы ваш отец подписал кое-какие бумаги.

Глаза Сэма затравленно забегали.

— Я не совсем уверен в том, что сказал именно это. — Он проигнорировал усмешку старшей сестры. — На самом деле тот человек — мой адвокат, и я хотел, чтобы он присутствовал во время обсуждения с отцом некоторых частных проблем.

— Не могли бы вы рассказать нам, что же это за проблемы? — настаивал Феликс.

— Нет, определенно я не буду этого делать! Я же только что дал вам понять: эти дела касаются только нас с отцом!

— Н-е отцом!

Сэм удивленно уставился на Джозефа. Его лицо пошло красными пятнами.

— Тогда отчимом!

— Н-нет!

Сэм открыл было рот, но тут Феликс спросил: