Цитадель бога смерти - Джуанита Коулсон

Среди этого шума Эрейзан тихонько спросил Тируса:

— Что ты делаешь? Ты с ума сошел, Тирус?

— Я пока в своем уме, мой друг.

— Но если Врадуир использует свое стекло…

— Я должен сделать это. Верь мне и следуй за мной.

Глаза Эрейзана превратились в зеленые круги, светящиеся от страха. Но он кивнул, и Тирус громким голосом объявил:

— Самая могущественная королева, самая прекрасная принцесса, лорды и леди Куреда — новое чудо! Я покажу вам волшебное стекло, очень редкое и очень дорогое.

— Оно стоит твоей жизни, — грустно прошептал Эрейзан.

Никто его не услышал. Джателла вся подалась вперед, ее дыхание участилось.

— Расскажи нам о волшебном стекле, фокусник. Покажи чудеса!

Тирус поднял стекло над головой.

— Это стекло позволяет мне заглянуть в будущее, королева.

Эрейзан нахмурился, но ничего не сказал. Он был также, как и все зрители, в недоумении, думая, к чему же клонит Тирус. Своим хорошо поставленным театральным голосом, который он использовал так часто целый год, Тирус сказал:

— Я сейчас вызову обитателей этого стекла и они откроют нам то, что может произойти. Смотрите!

Погрузившись в свою кладовую иллюзий, Тирус создал огненный нимб, которым окружил себя и Эрейзана. Драматический эффект этого нимба сильно подействовал на зрителей, приведя их в состояние исступления. Женщины дрожали и в ужасе хватались за своих мужей, как Илисса за Обажа. Только Джателла не прибегла к такой надежной защите, она жаждала волшебства.

Погрузившись еще глубже, Тирус увидел толстые стволы незнакомых деревьев и пещеры с гулко звучащим в них эхом. Он сконцентрировался и задержал дыхание, стараясь сфокусировать свою волю в мозгу. Три дрожащих ведьмы выскочили из стекла. Это были миниатюрные существа, которые в одно мгновение выросли до человеческих размеров. От них исходил запах дыма, а очертания тел все время колебались и были расплывчатыми. Они оказались на ковре прямо перед Джателлой. Они что-то болтали, переругивались, а затем начали петь разными голосами.

— Темнота собирается и сгущается на севере, откуда доходят рассказы о похищенных крестьянах.

Другая ведьма завыла:

— Еще в древние времена говорили: остерегайтесь ледяного королевства Бога смерти!

Они протянули свои костлявые пальцы, указывая на придворных:

— Берегитесь и живите долго и счастливо вдали от ледяного дыхания Бога Смерти!

Их хриплые голоса звучали в унисон. Они обратились к Джателле и прокаркали:

— Живи в безопасности среди тех, кто любит тебя. Север, о, королева, север — это смерть!

Они взялись за руки и закружились в бешеном танце. Колеблющийся красный свет, созданный Тирусом, усиливал мрачное впечатление от этих потусторонних существ. Вся эта сцена захватила королеву и ее двор. Некоторые из дворян перешептывались в неуверенности:

— Север? Все это так! Но это же далеко от Куреда. Что может означать это предупреждение?

Джателла успокоила всех, ее глаза блестели:

— Это очень интересное зрелище. Внимание! Они приготовились снова пугать нас!

Ведьмы закончили свой странный танец и запели:

— Куред очень любит свою королеву и всегда будет ей верен. Оставайтесь здесь, в Куреде, добрая королева, живите в мире и безопасности.

Тирус видел свои собственные творения сквозь туман. Пот стекал по его лицу и бороде. Туника прилипла к спине. Он держал стекло так крепко, что пальцы врезались в его края. Он чувствовал ярость и гнев Врадуира, которые возрастали с каждым ударом пульса. Использовав все искусство, он заставил ведьм вернуться назад в царство мрака и тайн.

Когда они растаяли в воздухе, он вызывал на их место маленьких хихикающих чертенят и эльфов, которые выглядели так, как будто вышли из сказок. Эти создания снова пели Джателле, только более приятными голосами. Но их песни были такими же. Тоненькими голосами они предупреждали королеву Куреда, что она только тогда будет в безопасности, если останется в городе. На этот раз Тирус через своих кукол сказал больше. Он говорил о поездке на охоту и советовал королеве через этих чертенят отказаться от нее. Тирус все предупреждения высказывал в виде стихов и песен, облекая тревожные слова в поэтическую форму. Он сказал, что праздник лета, который начнется всего через десять дней, будет наиболее безопасным для выезда за город. Будет безопасным тогда или никогда.

Он вернул эльфов и чертенят в стекло. Эрейзан внимательно следил за ним. Он был единственным, кто понимал, как много Тирус поставил на карту, как смертельно он рискует. Но Тирус решил довести дело до конца. Он чувствовал, что должен сделать еще одно, последнее предупреждение.

— Стекло предупреждает об опасности, королева, — сказал он. — Мы сейчас услышим это еще раз из самого достоверного источника, человека, который мог предсказывать будущее.

Тирус создал старика со слезящимися глазами. Старец был одет в золотые одежды и нес в руках посох. Как хороша Тирус помнил этого мудреца, который жил в хижине на склоне дымящегося вулкана в Камате. Он помнил также пророчества старика, предсказавшего свою собственную ужасную смерть и катастрофу, которая скоро обрушится на его народ. Он оказался прав, предвещая трагедию. Его маленький мир стал жертвой Врадуира.

Молча Тирус попросил у него прощения за то, что вызвал его. Он не думал, что добрый старик откажет ему. Старик обратился к Джателле и Илиссе:

— Долгих лет жизни вам и вашей стране Куреду, северной жемчужине в короне Кларики.

Старец был так реален, что все услышали скрип посоха, когда он положил на него свой подбородок. Пророк продолжал:

— Выслушай меня, королева. На небесах написаны дурные предзнаменования. Наберись терпения. Подожди лучшего времени для путешествия из Куреда. Пусть на небеса придет умиротворение. К празднику лета все будет хорошо, опасность исчезнет. А сейчас остерегайтесь черных туч на севере… остерегайтесь… остерегайтесь…

Его голос звучал все дальше и дальше и, наконец, исчез, как и его фигура, растаявшая в воздухе.

Тирус быстро завернул стекло в шелковую тряпочку и спрятал его в потайной карман на груди. К своему огромному облегчению он узнал, что пока он творил заклинание, никакое злое колдовство не появлялось, не было никаких указаний на то, что другой колдун узнал, что он работал со стеклом. Пока он выиграл!

Красный свет рассеялся, и они с Эрейзаном снова стояли в свете светильников. Тирус не осознавал, что он нетвердо стоит на ногах, пока сильная рука Эрейзана не поддержала его. Он облизал сухие губы и слабым голосом сказал: