Конфеты со вкусом контрабанды - Галина Анатольевна Гордиенко

– Уверен?

– Увидишь! Жди к восьми!

И Титов, не прощаясь, оборвал разговор.

Глава 15

Сумасшедшее утро

Несчастный Генка! Опять его подняли ни свет ни заря. И кстати, на этот раз вовсе не псы. Тех в последнее время с завидной охотой выгуливал по утрам Сергей Анатольевич. Мол, им с Лелей все равно с утра на дачу.

Нет, этим утром Гену поднял с постели ужасающий грохот: где-то в зале усердно ворочали остатки раскуроченной, но еще не выброшенной мебели. Изредка взрыкивал активно участвующий в суматохе Ральф. Озабоченно попискивал мотающийся за ним хвостиком перманентно сонный Клоп. Раздраженно покрикивал на путающихся в ногах псов Сергей Анатольевич. Иногда до разбуженного Генки доносился еле слышный, какой-то оправдывающийся говорок матери.

Разъяренный очередной несвоевременной побудкой Гена решил держаться до конца: он зажал уши ладонями и крепко зажмурился. В конце концов, последние две недели каникул! Имеет он право хоть сейчас выспаться?! И без того к восьми вставать придется…

Вспомнив про время, Генка неохотно приоткрыл один глаз и покосился на часы:

– Шесть. Да что их всех на этой цифре заклинило?!

В соседней комнате откуда-то с полки шлепнулась на пол книжка. Оскорбленно взвизгнул случайно оказавшийся рядом неповоротливый буль. Запричитала, успокаивая его, мама. В коридоре кто-то гнусавым голосом прокомментировал:

– Содом и Гоморрра…

– Ванька, – невольно улыбнулся Гена.

Тут бессовестный попугай, решив, наверное, что улыбка врага – это слишком, закончил свой монолог такой чудовищной фразой…

От лингвистических изысков мерзкой птицы Генку буквально подбросило в постели, и он, плюнув на все, начал искать шорты.

– Елки, – тоскливо размышлял он, натягивая футболку, – как эта скотина их запоминает, а? Птица же! У них же… как это?.. ну, мозг неразвит! Он же, зараза эдакая, должен как обычная магнитофонная запись работать. Что же он в точку-то все время попадает, а?

Из-под самой двери сипло перечислили всех Генкиных родственников по седьмое колено, и мальчик потрясенно замер: значения некоторых слов он просто не знал. Ванька будто понял недоумение противника и речь упростил. Гена крякнул, побагровел и прошипел:

– Ах, ты ж, скотина! Ну погоди у меня, курица перекормленная! Я тебе сейчас повыпендриваюсь! Еще и место выбрал у самой моей двери…

Тут Гена застыл с кроссовкой в руках. Ему неожиданно пришло в голову, что проклятая птичка ни разу – нет, точно ни разу! – не выразилась подобным образом при Сергее Анатольевиче. А вот при нем… Да еще когда находилась на безопасном расстоянии…

Генка, забыв про сон, спешно принялся натягивать кроссовки, желая разобраться с Леркиным выкормышем сейчас же и желательно без свидетелей. Пока Лерка спит, а мать с Сергеем Анатольевичем крушат остатки мебели в гостиной.

Но куда там! Не успел он приоткрыть дверь в коридор, как пернатое чудовище тут же удрало к Лерке. Еще и проворчало напоследок:

– Ходят тут всякие!

И премерзко хихикнуло.

Гена подумал, что всю «научную» литературу о животном мире можно спокойно выбросить в мусорное ведро.

Как там? Все на рефлексах? Дрессура? Идиоты!

И он вяло побрел к залу, где по-прежнему ворочали мебель и все роняли.

* * *

Минут через пять пристальных наблюдений, Гена понял: тут что-то искали. Искали тщательно и методично, оставляя далеко позади недавних грабителей. Елки, да у бандюг просто времени не было ТАК все пересматривать и перетряхивать!

Интересно, что им надо? Неужели предки раскопали историю с исчезнувшей коробкой?! Или им от Ивановых звякнули?

Гена прислонился к двери и проводил взглядом диванную подушку, аккуратно отложенную Сергеем Анатольевичем в сторону. Это после того, как тот ее чуть ли не обнюхал!

– Леля, ну ты хотя бы вспомни, в какой комнате ты их оставила?

Мама жалобно похлопала длинными ресницами и пролепетала:

– Ну… наверное, здесь. Я же читала. А может… может, на кухне? Или в спальне. Я туда тоже заходила…

«Нет, не коробка», – с облегчением понял Гена и с нескрываемым любопытством поинтересовался:

– А что ищете-то, а? Вдруг я знаю?

Клоп с Ральфом усиленно выражали симпатию новой хозяйке. Они активно путались у нее под ногами и норовили вылизать как можно большую площадь ее рук или ног. Ну, что подворачивалось под собачий язык в данную секунду. Поэтому отвлекаться надолго псы не захотели. Правда, приветствовали все же появление Гены радостным лаем. Ральф даже соизволил подбежать к нему и ткнуться холодным носом в ладонь.

Сергей Анатольевич вернул на полку очередную книгу и сказал:

– Вряд ли! Но все равно – спасибо.

– Нет, серьезно, что пропало?

– Ключи, – вздохнула мама и виновато улыбнулась.

– Опять, – хмыкнул Гена.

Его дорогая мамочка отличалась жуткой рассеянностью, и пропажа ключей, документов, читанной и любимой книги, кошелька, сумочки, да ЛЮБОЙ вещицы в доме – большой новостью для Генки не была. Как правило, исчезнувшее находилось. Причем в самых неожиданных местах и довольно быстро. Но были случаи и…

– Эй, – решил уточнить Гена, – а что за ключи?

– От дачи, – устало отозвался Сергей Анатольевич. – Вчера вечером Леля в руках их вертела. Ну, когда читала.

– Нужно было отобрать, – укоризненно посмотрел на него Гена.

– Нужно было, – не стал возражать будущий отчим.

– Та-ак… – протянул Гена, окинув бледную маму инквизиторским взором. – Будем думать!

Мимо него протиснулась полусонная Лера. Задев Генку плечом, она пошатнулась, ухватилась него и сладко зевнула. От нее почему-то пахло медом и молоком.

Гена неожиданно покраснел, но, удивляясь себе, промолчал. Лишь отметил, что на розовой со сна, пухлой щечке, еще сохранились следы подушки.

– Что… что случилось?

И Лера опять зевнула, продемонстрировав Генке аккуратные, мелкие зубки и розовый язычок.

– Э-э… – пробормотал он, пытаясь отодвинуться чуть в сторону от Леркиного жаркого плечика, – э-э… понимаешь… мама ключи потеряла.

– Да? И что?

Лера потянулась к восторженно приветствующим ее собакам, и Гена облегченно вздохнул:

– Да ничего. Ищут вот.

И он опять переключился на бедную маму. Упал с размаху в почти целое кресло и строго спросил:

– В кухне была?

Мама кивнула. Гена посмотрел на отчима:

– В холодильнике смотрели?

Сергей Анатольевич бросил на место мамин джемпер и изумленно переспросил:

– Где?!

– В холодильнике! – безмятежно повторил Гена.

И, насмешливо поглядывая на ошеломленного Леркиного отца, пояснил:

– Ее паспорт в последний раз я нашел именно там.

Будущий отчим перевел круглые глаза на будущую жену. Пылающая от смущения Леля сделала жалкую попытку объясниться:

– Понимаешь… я… я на следующий день должна была за билетами идти. Ну… ну и… как бы это тебе сказать…

Гена коротко хохотнул: физиономия Сергея Анатольевича впечатляла. Лера оставила в покое брюхо буля и