Десять правил обмана - Софи Салливан

– Я думаю, что ты недостаточно себя ценишь и не даешь себе возможность показать, насколько ты классная. Мы раскрутим наше шоу до космических масштабов. Людям нравятся истории про недооцененных милашек, Эв. Я знаю, тебе неприятно внимание, но ты заслуживаешь того, чтобы засиять. Мы можем обернуть это нам на пользу и взять, что захотим. Что ты захочешь.

Эверли отстранилась, прижала ладонь к сердцу.

– Это как будто Вселенная посмотрела на твой список и сказала: «Сейчас сделаем. На, держи», – не отступала Стейси.

Эверли повернулась и поглядела на нее. Она не шутила. Подруга была серьезной и очень, мать его, довольной.

– Я не могу пойти на свидания с кучей незнакомцев.

– Каждый человек – незнакомец, пока ты его не узнаешь.

– А что, если эти парни – чокнутые? – закатила глаза Эверли. – Убийцы? Со странными фетишами? Или увиливают от налогов?

Стейси закусила губу, и Эверли знала, что она пытается не смеяться.

– Мы напишем прямо в контракте, что все кандидаты должны быть проверены и история уплаты налогов у каждого должна быть доступна для просмотра.

Неровно вздохнув, Эверли откинулась на спинку стула:

– В следующему году я точно остаюсь дома на свой день рождения.

* * *

Несколько часов спустя Эверли и Крис сидели друг напротив друга в его офисе. Она читала контракт, который он запросил у юридического отдела, включающий в себя необходимые условия.

Она взглянула на него из-под опущенных ресниц. Крис что-то печатал в телефоне, его сосредоточенность выдавали сдвинутые брови и сморщенный лоб. С какими женщинами он встречался? Наверное, с кем-то вроде Стейси – общительной, чувственной, уверенной в себе. Не то чтобы это имело значение. Несмотря на факт, что сегодня они говорили больше чем за… все время раньше, ей все еще было тяжело расслабиться в его присутствии. Он мог быть еще одним мужчиной, от которого она отгородится. Спрячется. Если она согласится на его идею, ей потребуется кто-то, кому она сможет открыться на всех уровнях.

Она кашлянула.

– Два свидания в неделю, не три.

– Ладно. Можно спросить, почему? – сказал Крис, поднимая взгляд от телефона.

Она откинулась на спинку дивана, перекатила ручку между большим и указательным пальцами.

– Три – слишком много. Я не очень общительная даже в лучшие времена, и это будет тяжело для моего…

Чего? Как обьяснить ему, что ее изматывало долгое время, проведенное с другими людьми, даже если она могла это вынести? Возможно, идея выйти куда-то и повеселиться и звучит отлично в теории, но когда дело дойдет до практики, будет меньше шансов, что она откажется, если от нее будут меньше требовать. Одно дело пережить занятую неделю, но он просил ее пройти через шесть таких недель.

Он отложил телефон, не дожидаясь, пока она подберет правильное слово.

– Без проблем. Я попрошу изменить это условие. Что-нибудь еще?

– Три недели вместо четырех. Всего шесть мужчин. К четвертой неделе останется три холостяка. Слушатели могут проголосовать за одного любимчика, я выберу второго. Таким образом, у меня будут два свидания на этой неделе. На пятой я объявлю победителя. Меньше стресса. – Вроде как.

Он немного подумал, но она не сдавалась. Она однозначно не могла пойти на четыре вторых свидания за одну неделю, а шесть недель – вообще слишком длинный срок. Дольше, чем ее отношения с Саймоном.

– Конечно. – Он махнул рукой, чтобы Эверли продолжала.

– Я буду выбирать места.

– Договорились.

– За мной последнее слово в выборе кандидатов.

– Естественно.

– Мы будем встречаться сразу в назначенном месте. Они не будут забирать меня у дома.

– Ваша безопасность будет нашим приоритетом, – сказал Крис, сложив руки на столе перед собой. – Я хочу, чтобы вам было как можно комфортнее, и знаю, что эта ситуация довольно сложная, но мы сделаем все, что вам нужно. Ваш комфорт в первую очередь.

Было что-то особое в том, как он это сказал, глядя на нее так, будто их соединяла невидимая нить. Она хотела отпустить дерзкий комментарий о том, что в приоритете у него высокие рейтинги, просто чтобы унять странную дрожь. Однако Эверли этого не сделала, потому что его тон и вид говорили, что он действительно имел это в виду. Почему у нее кружилась голова от мысли о том, что ему было настолько откровенно не все равно, она не знала.

– Мне жаль, что позавчерашнее происшествие все усложнило, но я правда верю, что шоу станет выигрышем для всех нас.

– Особенно, если меня не уволят, – поднимая уголки губ в легкой улыбке, заметила Эверли.

– Я не хочу вас увольнять. Вы отлично работаете.

Эверли резко моргнула и посмотрела на стол, потеребив бумаги в руках.

– Как мило с вашей стороны.

Ладонь Криса легла на ее руку, и искра, которую она почувствовала ранее, когда их колени соприкоснулись, теперь была похожа на вспышку огня. Никакой защиты. Его взгляд поймал ее своей напряженной сосредоточенностью, как будто он хотел увидеть глубже. Более отчетливо. Или, может, он хотел, чтобы это она получше присмотрелась к нему?

– У меня нет привычки что-либо говорить из вежливости. Это правда, Эверли. Если у вас сложилось другое впечатление, извините.

Убрав свою руку из-под его в надежде успокоить зачастивший пульс, она подровняла пачку бумаг, постучав ими по столу.

– Спасибо. Я покажу это моим родителям. Мой отец – юрист. Он все просмотрит, и я верну их завтра.

– Юрист. Хмм. На чем специализируется? – спросил Крис, откинувшись назад в кресле и закидывая ногу на ногу.

– На разводах, – ухмыльнулась Эверли. – Это будет полезно, если мои родители когда-нибудь решат, что хватит угрожать друг другу расстаться навсегда.

Уголки его губ опустились. Но он не стал выдавать бесцеремонный комментарий о том, как это странно (которые она частенько получала), а покачал головой и заметил:

– Должно быть, вам непросто.

Ее пальцы сжались на бумагах. Большинство людей не понимали, что ей действительно тяжело.

– Я ведь уже не ребенок.

– Нет. Но поведение родителей может влиять на нас во взрослом возрасте больше, чем мы ожидаем, – сказал он, глядя на нее с осторожностью.

Ей стало немного тревожно, ведь он сказал как раз то, что нужно. Крис встал, засунув руки в карманы штанов. Он так и не надел пиджак или галстук, и его расслабленный вид обезоруживал. Он выглядел, как обычный парень.

– Мой отец обручен в шестой раз.

– Вау! – У Эверли отвисла челюсть. – Многовато бриллиантовых колец.

На этот раз его губы скривились в ухмылке, говорившей: «Посмотрим на твоих сумасшедших родителей, могу поспорить, что мои хуже».

– Ага.