Лис и Александра (СИ) - Янышева Ольга

Я проснулась от того, что кто-то держал мою ногу. Это был Лис и он был обнажен! Практически полностью! Только небольшой кусок материи был на его бедрах. Тут же увидела обнаженных по пояс Эмиля и этого, Хоттабыча. У меня началась паника. Неужели он, Лис, решиться на такое грязное насилие надо мной и моей Алисией? Но Лис опять посмеялся, сказав, что путь свободен, а я не о том думаю и что бы даже не мечтала о нем! Мне хотелось заплакать. Я ударила его ногой, которую он продолжал держать в своих руках. Потом были мертвые солдаты герцога, охранявшие брод через реку. Это он их всех убил. Я смотрела на него. Высокий, сильный, двигается на самом деле как большой и хищный кот. Его совсем не смущало, что мы с Алисой смотрим на его обнаженное тело. А на берегу, он подхватил меня на руки, что бы перенести через реку. Что я почувствовала? Впервые обнаженный мужчина, держал меня на руках и прижимал к своему телу. А я обнимала его, касаясь его кожи. Наши головы были очень близко друг к другу. Я ощущала его дыхание. Чувствовала, как бьется его сердце. Его большие и сильные руки держали меня очень осторожно, нежно, как будто он боялся навредить мне, причинить боль. От него шел жар. Этот жар стал передаваться мне. Мне было стыдно, я хотела, чтобы он отпустил меня и в тоже время, чтобы не отпускал. А когда он опустил меня на землю, сделав шаг назад, мне стало грустно, мне хотелось, что бы он обнял меня, прижал к себе. Я даже отвернулась, чтобы он не видел мое лицо. А потом, я опять подверглась чудовищному унижению. Хотя, я, наверное, сама была виновата– спровоцировала его на грубость. Он потребовал, что бы мы с Алисией отвернулись, так как им нужно было выжать мокрое белье. Почему я так поступила, не знаю. Я отказалась отворачиваться. В ответ услышала, что он снимет свои плавки, это он так назвал то, что было одето на нем, и я собственноручно выжму их. А вид настоящей мужской красоты, это он имел ввиду свои мужские чресла, станет мне наградой, и мне будет что вспомнить, когда выйду за какого-нибудь принца, которого он сравнил с насекомым. Сказать, что я была в ярости, это значит, ничего не сказать. Но кроме нее, я чувствовала боль в душе. Почему он так со мной? Все не может простить мне эту вазу? Я отвернулась. Но долго переживать он мне не дал. Лис подошел ко мне сзади тихо, что я не услышала его. Зато он слышал все те эпитеты, которыми я его награждала. И на ухо тихо предложил еще один оскорбительный эпитет, которым я его могла наградить. От неожиданности, я чуть не ударила его. Он стоял уже одетый. На лице была улыбка, но не наглая, язвительная, а просто улыбка. Он сказал, что настало время для первого урока. И прижал меня к себе. Потом он меня поцеловал. Я замерла и сжалась. Да, я знаю, что мужчины и женщины целуются. Сама замечала иногда в переходах дворца, как некоторые мои придворные делают это, когда думают, что их никто не видит. Мне всегда было интересно, как это и что ты чувствуешь?! Но сама попробовать и ощутить этого я не могла, до тех пор, пока не выберу себе мужа по достижении восемнадцати лет. А до этого момента никто из мужчин не мог коснуться моих губ под страхом потери головы.

И вот меня целовал мужчина. Он понял, что я сжалась в комок, что напряжена. И тогда стал осыпать поцелуями мое лицо, щеки, нос, глаза, уши, поцеловал в шею. Все это, едва касаясь, очень нежно. Я почувствовала тоже чувство, что и тогда, когда он нес меня. Напряжение стало отпускать. Хотелось, что бы он продолжал. И тут он сказал «любимая»! Он сказал, что-то еще, но я услышала только «любимая». И во мне как будто что-то произошло. Я забыла все что происходило до этого, упали и рассыпались в прах все запреты. Мне хотелось только одного, что бы это никогда не кончалось. Я даже хотела обнять его, но мои руки были зажаты между моим и его телом. От него шел жар, который передавался мне, наполняя меня всю сладкой истомой. По телу пошла дрожь. Но все неожиданно кончилось. Кончилось так быстро, что я даже не могла сначала это принять. Просила его. Но он только качал головой. В его взгляде была грусть и сожаление. Да, я понимала, что он прав. Нужно было идти. Но Великая Богиня, как мне не хотелось уходить отсюда…

Глава 4

Лис

Бежали почти полдня, иногда переходя на шаг, особенно когда приходилось пробираться через бурелом. Сделали всего три коротких привала. Остановились, когда солнце стояло в зените. Все были уставшими. Я тоже валился с ног. Молодежь поспала, а я на ногах уже третий день. Хотя в свое время и дрессировали изрядно, но не железный, в конце концов.

– Привал, – выдохнул я. Кто, где стоял, там и упали. А хорошо все же здесь молодежь держится. Даже аристократки. Нужно будет это выяснить. Позже.

Отдохнув немного, решил, что дальше так не пойдет. Нужно остановиться и немного поспать. Хотя бы два-три часа. И перекусить не мешало бы. Отправил Эмиля поискать воду и заодно помыть пару глиняных кружек, которые сложил вместе с кувшином. Сам разложил снедь. Девчонки и Хоттабыч смотрели на нее голодными глазами. Достал кувшин.

– Так, руками в голодном порыве не хватать. Кушать аккуратно и не сорить. Не рыгать и не портить воздух. Всем понятно? – а что, как-то читал, что они там, в средневековье, и рыгали, и портили воздух прямо за столом. В цивилизованной Европе так до сих пор, кое-где делают, и считают это в порядке вещей.

– Откуда это, Лис? – удивленно смотрела Алиса, сглатывая слюну.

– Неудачники со мной поделились, которых вы видели отдыхающими возле брода.

Пришел Эмиль, в помытых кружках принес чистой родниковой воды. Я из одной кружки воду вылил в кувшин с вином. Обратно налил в эту же кружку из кувшина, протянул девушкам. Первой стала пить, конечно же, принцесса. Отпила половину, молодец, нужно отдать должное. Передала Алисе. Улыбнулась, глядя на меня.

– Ну что, Твое Высочество и вы друзья мои, прошу к столу.

Еды было не так много. Предварительно, чтобы не шокировать аристократок, я нащипал мяса с обглоданных и полуобглоданных костей. Это кушали девушки. Парни грызли кости, которые после дерибана, я отдал им. Было просто умилительно смотреть, как Александра с Алисой, оттопырив мизинцы, брали кусочки мяса, сыра и поедали их, причем опять же с некой грацией. Так же оттопырив пальчики, пили дрянное вино пополам с водой, как будто находились в замке за аристократическим завтраком или обедом и смаковали изысканные напитки! Блеск. Все правильно, эстетика должна быть во всем, даже если ты находишься в глухом лесу, в обносках и поедаешь чужие объедки. Я тоже закинул себе в желудок пару кусочков сыра, хлеба и каких-то хрящей, правда, пальчики не оттопыривал. Выпил полкружки пойла. В какой-то момент Александра заметила, что я не ем.

– Почему ты не кушаешь?

– Мне хватит, пока.

Она тут же положила кусочек курицы:

– Я тоже не буду.

– Схватила мясо и съела. ЖИВО! – рыкнул я, сделав свирепое лицо. Испуганно глядя на меня она, подхватила отставленный кусок и, даже не оттопыривая мизинчик, запихала его в рот.

Улыбнулся, глядя на нее: – Ешь Александра. У меня еще запас, – постучал себя по животу, – есть.

– Ну ладно ребята, – сказал я, устраиваясь под ближайшим кустом, – вы-то отдохнуть успели, а я третьи сутки на ногах. Да, еще, перед этим, мне по голове вазой зарядили, в цепях продержали, пинали и били постоянно, – Александра закусила нижнюю губу, – поэтому мне нужно поспать пару часиков, лучше три. Эмиль, надеюсь, ты на этот раз не подведешь. Все ребята, я спать.

Голова не успела долететь до земли, как я уже спал.

Александра

Я смотрела на спящего мужчину. Он когда спит, совсем другой. Нет того Лиса, который наглый и циничный. Лицо спокойное, даже беззащитное какое-то. Расслабленное. И черты лица меняются, становятся мягче. А ведь он красивый. Даже шрам на брови не портит его. Ему, наверное, было очень больно? Он сказал – любимая! Неужели он влюбился в меня? Неужели Лис умеет любить? Если так, то почему он постоянно груб со мной? Очень хочется дотронуться до его лица. Но я могу разбудить его, а он и так долго не спал. Откуда только силы берет? Постоянно неутомимый. Могу глядеть на такого Лиса бесконечно долго. Вдруг он открыл глаза. Посмотрел на меня сначала удивленно, потом появился интерес.