Моя ходячая (не)приятность (СИ) - Чудная Алиса

Замираю у входа, оглядывая парковку, но его автомобиля не вижу. Однако, в душе все равно живет надежда.

В номер практически забегаю. Не стала ждать лифта, а понеслась по лестнице, перепрыгивая через ступеньку.

Номер меня встречает полутьмой. Сквозь не задернутые гардины в комнату проникает тусклый свет фонарей. И никого… Ни души… Ни звука…

Неужели мне утром не показалось? Неужели он все-таки бросил меня, получив то, что хотел?

Мрачно усмехаюсь… Высокого же я мнения о себе. Дан из тех мужчин, вокруг которых постоянно ошиваются девушки. Богат, красив, учтив и при этом не жаден. Идеальное сочетание для мерзавца, разбивающего чужие сердца.

Валюсь на кровать и снова чувствую слезы. Стараюсь успокоить себя, говорю, что у него просто проблемы и он скоро вернется… Однако понимаю, что в душе нет самого главного. Нет веры. Веры в себя. Веры в нас…

И ничего уже не будет так, как прежде.

37

Засыпаю… Когда просыпаюсь — Дана все так же нет. Осматриваю комнату, желая найти хоть намек на то, что он тут был — может зашел, увидел, что я сплю и ушел, но… тщетно.

За завтраком сижу и мрачно жую бутерброд. В мыслях полный хаос. Они настолько поглощают меня, что я даже не замечаю едких взглядов бывшего. Не слышу их бормотания с Настей за моей спиной. И лишь когда поднимаюсь из-за стола, чтобы сделать себе еще кружку кофе, сталкиваюсь с подругой у кофейного аппарата.

Настя толкает меня в плечо и с вызовом смотрит в глаза.

— Чего? — хмуро интересуюсь я.

— Сбежал от тебя и этот? — смеется она как-то зло. — Неудивительно. Кому же нужна такая как ты? Смирись, мать. Твоя судьба — это тринадцать кошек, вязание перед телевизором под скучное бормотание вечерних новостей и работа в какой-нибудь захудалой фирме бухгалтером. И Рим теперь тебе будет лишь сниться.

— Вязание… — протягиваю я, думая, что ответить, чтобы парировать ее выпад, но в голову не приходит ровным счетом ничего. — Да и черт с ним. Хорошего вам дня с твоим Даней.

Настя приподнимает бровь, и на мгновение я вижу в ее глазах мелькнувшее беспокойство.

— Совсем фигово? — спрашивает она.

Выдавливаю улыбку и протягиваю ей кружку горячего кофе.

— Держи, мне что-то перехотелось, — отвечаю и, гордо подняв голову, выхожу прочь.

Уже на лестнице приваливаюсь к стене. Ну же, Кэт, ничего ведь страшного не произошло! У Дана просто работа — сама же видела, каким он обеспокоенным был. Сейчас решит все и примчится, ведь он твой рыцарь на спортивной машинке…

В номере переодеваюсь и пишу записку Дану. На случай, если он заглянет, пока меня не будет. Короткую, в которой всего лишь пара строк:

«Телефон утопила в Треви, потому временно без связи. Буду вечером, к ужину. Приходи в ресторан Амедео к 20:00. Кэт.»

Перечитав записку, всерьез задумываюсь дописать что-то вроде «люблю» или «целую», однако не решаюсь. Теперь остается вопрос: куда бы ее положить, да так, чтобы Дан точно заметил?

Решение приходит быстро. Достаю из сумочки пластырь, который всегда ношу с собой и с его помощью приклеиваю записку над дверной ручкой. Если Дан придет, то обязательно заметит ее. Уходя.

Со спокойной совестью отправляюсь в сторону вокзала Термини, где расположена стоянка двухэтажных автобусов для туристов. Минут пятнадцать жду свой — красный. И когда он подъезжает, протягиваю распечатанный билет. Проверяющий выдает мне одноразовые наушники, инструкцию на нескольких языках и небольшую брошюрку с туристическим маршрутом.

Следующие два часа провожу в автобусе, восхищенно рассматривая все места, в которых, несомненно, хотелось побывать. Это и Колизей, и Форум, и рыночная площадь, где раньше, в древности, проводили шоу приезжие актеры. Мандариновые сады, которые располагаются на склоне одного из холмов — Палатин… Брат Колизея, глядя на который я думаю лишь о том, что даже не знала о его существовании. Почему-то о нем умалчивали так называемые туристические форумы, которые я излазила вдоль и поперек. Следующая на очереди — площадь Венеции. Надо же, а я ведь вчера совсем чуть-чуть сюда не дошла, а ведь была неподалеку — у фонтана Треви. И, оказывается, даже успела пробежаться по Виа дель-Корсо — крупнейшей торговой улочке Рима, на которой собраны все возможные магазинчики и аутлеты.

Наконец, слушая приятный голос диктора в наушниках, понимаю, что мы сворачиваем в сторону Дворца Ангелов, откуда до Ватикана рукой подать. Смотрю на толпу, которая прогуливается по мосту через реку и понимаю, что в Ватикан я точно не хочу. Но с удовольствием прошлась бы по аллее, ведущей к Дворцу Правосудия, или, как принято его называть в Риме — Уродливому Дворцу.

Но не двигаюсь с места. До вечера у меня много времени, а потому могу позволить себе первый круг сделать просто обзорным. Благо, билеты действительны в течении сорока восьми часов с момента активации, и я не ограничена количеством поездок. Главное — уложится по времени, чтобы после не пришлось добираться до отеля на перекладных или метро.

Завершают обзорный тур две площади — площадь Испании и площадь Барберини, с которой удобно добираться до виллы Боргезе — прекрасного поместья-галереи, на территории которого разбит ландшафтный парк небывалой красоты.

Когда автобус останавливается у Термини — моей начальной точки путешествия, я быстро пробегаюсь глазами по брошюре, выданной мне при посадке. И решаю, что Ватикан с Дворцом Ангелов и Дворцом Правосудия я оставлю на завтра. Сегодня посвящу день Колизею и прилегающих территорий.

У амфитеатра выхожу и осматриваюсь по сторонам. Отсюда хорошо виден холм с мандариновыми садами, у подножья которого расположился римский Форум. В ближайшей уличной лавке покупаю бутылку воды и… и морально готовлюсь к тому, что мои ноги к вечеру будут ныть от длительной ходьбы.

В Колизей я попадаю не сразу. Гляжу в растерянности на очередь, которая образовалась у входа и понимаю, что проведу здесь двое суток, если не больше… Только ради того, чтобы попасть.

Однако выход нахожу быстро. Неподалеку разгуливает несколько человек с плакатами на русском языке. Подхожу ближе и… достаю кошелек.

— Добрый день, — обращаюсь к девушке, которая стоит немного поодаль. — Я бы хотела попасть на экскурсию в Колизей, но… очень бы не хотела стоять в очереди.

— О, это легко! — восклицает она. — Двадцать евро и я проведу вас внутрь. Только сначала наберем небольшую группу. Вы пятая. Так что, это будет быстро!

Протягиваю ей двадцать евро и замираю рядом сусликом. Так мы проводим следующие пятнадцать минут, пока не набирается группа из десяти человек. Далее мы следуем за ней в сторону небольшого фургончика, в котором нам выдают наушники и маленькие радио-коробочки.

— Группа, внимание! — отходит она немного в сторону, чтобы оглядеть всех. — У меня в руках трость с синим платком. Во время экскурсии по Колизею я буду держать ее высоко поднятой над головой, чтобы меня было видно. Первые десять минут я буду рассказывать вам историю Колизея, после чего выведу на верхнюю площадку, откуда вы сможете отправиться в самостоятельную прогулку. Радио соберу у вас там. Постарайтесь не потерять аппаратуру, иначе вынуждены будете оплатить ее полную стоимость. Всем все ясно?

Я тихонько буркнула «да» в унисон с почти всеми участниками нашей группы, и… почувствовала неприятное ощущение в груди. Однако, неплохо так — двадцать евро за вход и за информацию, которую я могла бы почерпнуть в учебнике по истории Древнего Мира. Но делать нечего. Хочется же посмотреть все изнутри.

За гидом иду по пятам. Она что-то бормочет в свой микрофон, однако это настолько скучно и не относится к экскурсии ни грамма, что я просто достаю наушники и начинаю глазеть по сторонам. Ругаю себя за то, что согласилась на эту авантюру — заплатить двадцать евро за возможность послушать, когда девица переехала жить в Рим, сколько у нее было мужей и какие же мужики козлы.

Нет, возможно я ее и могу понять. Сложно жить в чужой стране, находясь вдали от дома, друзей и близких, но… Но, черт возьми, идеальная работа — поплакаться в жилетку тем, кто заплатил деньги за экскурсию и точно не сможет на нее нажаловаться. Хотя бы потому, что не владеет итальянским.