Дар ведьмы - Кирстен Миллер

детская отрыжка на рубашке, а ты вышла в потрясающем платье, похожая на модель из журнала, и сказала, что обо всем позаботишься. Я так обрадовалась, что моя страховка не подскочит до небес. Я и представить себе не могла, что ты пришлешь кого-нибудь ко мне домой, чтобы починить заднюю фару, которую я разбила.

– Не говори так, словно я отдала тебе почку, – пошутила Гарриетт. – Я просто позвонила куда надо.

– Гарриетт, это я врезалась в твою машину, а ты прислала человека ко мне домой, чтобы починить заднюю фару. Он даже не взял с меня денег. Сказал, что ты уже заплатила ему. Зачем ты это сделала?

– Кто знает. – Гарриетт пожала плечами, как будто ее мотивы были загадкой даже для нее самой. – А почему бы и нет? Мне показалось, что у тебя есть другие заботы. – Насколько Джо могла судить, Гарриетт не скромничала. Она действительно не считала свое поведение выдающимся. Однако для Джо оно имело огромное значение. Она часто думала об этом на протяжении последних десяти лет.

– Мне нравится, что ты сделала со своим садом, – продолжила Джо.

– Спасибо, – радостно улыбнулась Гарриетт. – Я с удовольствием проведу для тебя экскурсию.

– А еще мне нравится, что ты сделала с лужайкой Брендона Бейкера. Этот ублюдок именно этого и заслужил.

– Да, – охотно согласилась Гарриетт, – этот ублюдок, конечно, этого заслужил.

– Когда ты обнаружила свою… – Джо колебалась, – …способность?

– Мой адвокат по разводам помог мне ее заметить. Но я подозреваю, что она была у меня задолго до этого, – размышляла вслух Гарриетт, как будто это было что-то, о чем она часто задумывалась. – Хотела бы я не терять столько времени, прежде чем понять, что она у меня есть. Мне кажется, что первые двадцать лет своей жизни я потратила на то, чтобы разобраться в себе. Вторые двадцать я потратила не на тех людей – на мужа, на мудаков, с которыми работала. А потом я достигла нового этапа своей жизни, и все это отступило. Впервые в жизни я была одна. И впервые в жизни я знала, какого черта я делаю. А ты? – Она повернулась к Джо и взяла ее за руку. – Когда ты обнаружила, что можешь генерировать энергию?

– Когда пробила дыру в стене, – сказала Джо. – Я управляла отелем на Манхэттене, и на на одну из моих уборщиц напал мужчина. Я пошла к нему, а он сидит там в халате с членом на всеобщее обозрение. Клянусь Богом, я как будто взорвалась. Не успела я опомниться, как прижала этого засранца к стене правой рукой, а левой пробила штукатурку возле его лица.

– Надеюсь, после этого он стал более уважительно относиться к женщинам, – заметила Гарриетт.

– Сомневаюсь. Но я заставила его описаться, что было забавно, – улыбнулась Джо. – Отель пытался скрыть этот инцидент. Поэтому я передала кучу компромата на них в New York Times.

– Так это была ты? Как здорово! – У Гарриетт в глазах сквозило ликование. – Я помню, как читала эту историю в газете. Ты так впечатляюще закрыла это место – аккуратно и профессионально, словно снос старого здания, который обычно показывают в вечерних новостях.

– Да, и точно так же, как при взрыве, тараканы выбрались оттуда живыми, – вздохнула Джо.

– Ну, это пока, – не согласилась Гарриетт. – Смотри. – Она указала вперед, и обе женщины тут же перешли на бег. Там, впереди, Несса остановилась:

– Я думаю, эта девушка там, – сказала Несса. Ее взгляд был прикован к неприметному участку кустарника. Голос стал громче и настойчивее, как будто его обладательница знала, что они наконец-то пришли за ней.

Джо искала проход через заросли, в которых колючки и ветки сплетались плотно, как сеть:

– У кого-нибудь есть с собой нож?

– Подождите. Не нужно насилия. – Гарриетт взяла на себя инициативу, без труда проскользнув в листву. Джо и Несса последовали за ней, уверенные, что она укротила природу с помощью своей магической силы. На самом деле Гарриетт заметила узкую тропинку, которой давно не пользовались. В чаще растительность сомкнулась вокруг них. Оглянувшись назад, Несса поняла, что больше не видит дороги. Шум волн, разбивающихся о берег, подсказал ей, что прямо по курсу лежит океан. Когда она подняла глаза вверх, то увидела кусочки неба. В остальном не было ничего, что могло бы их сориентировать. Они попали на чужую территорию. Это было похоже на секретный мирок, на который можно случайно наткнуться в детстве. Но этот мир был плохим. По крайней мере, один человек вошел в эту чащу и не вышел оттуда.

Джо остановилась на тропе и с отвращением сморщила нос:

– Чувствуете запах? Я правильно понимаю, что это?

– Да, – подтвердила Гарриетт, не останавливаясь. – Это запах смерти.

Несса натянула воротник футболки на лицо, но тошнотворно сладкий запах успел въесться в нос. Она уже приготовилась увидеть тело, но вонь застала ее врасплох. Та девушка с юга, много лет назад, была мертва не настолько долго, чтобы завонять. А эта бедняжка ждала уже довольно давно. Утром Несса проснулась на рассвете и молилась на коленях, чтобы голос, который она услышала, оказался галлюцинацией – результатом нездоровой мозговой деятельности женщины средних лет. Но тошнотворный запах смерти лишил ее последней надежды.

Пока другие женщины продолжали идти вперед, Нессу словно что-то удерживало.

«Здесь» – казалось, шептали ей на ухо. Она повернула голову и увидела девушку, стоящую в нескольких метрах от тропинки. Несса отпустила футболку, и воротник соскользнул вниз. Мертвая девушка была совсем ребенком. Ей было семнадцать, может быть, восемнадцать, не больше. Столько же, сколько ее дочерям. Она была наряжена как на вечеринку – в бледно-голубое платье, которое облегало ее тонкое тело. Маленькая стеганая кожаная сумочка свисала с плеча. Черные кудри девушки были заплетены в косички. Кто-то потратил девять долгих месяцев на выращивание этого чуда в животе. Кто бы ни были ее родители, она, должно быть, приносила им большую радость. А потом какое-то чудовище убило ее и бросило здесь, в ее лучшем платье, на обочине пустынного шоссе.

– Где ты, детка? – Несса изо всех сил старалась не заплакать. Ее бабушка предупреждала, что сердце у нее слишком мягкое и ей придется много работать над собой, чтобы справляться. Задача Нессы заключалась в том, чтобы находить девушек, семьи которых могли их оплакать.

– Здесь, – сказала девушка, не раскрывая рта. Она указала на черный пластиковый пакет, который лежал, прислоненный к дереву, метрах в пяти от тропы. Несса полезла в кусты. Ядовитый плющ хлестал ее по лодыжкам, а ветки цеплялись за волосы. Вонь становилась все сильнее по мере того, как Несса приближалась к мусорному пакету.

Второй по важности частью работы было засвидетельствовать раны девушки. Нужно увидеть всю правду, говорила Нессе бабушка, какой бы