Падальщики - Наталья Николаевна Тимошенко

только она отщепенец. С ней вся семья полгода не разговаривала, когда она на менеджмент пошла, заявив, что не видит себя в медицине. И про дедушку тогда говорила. Он вроде какой-то крутой хирург с частной практикой, к нему простым смертным вообще не попасть. Он, дескать, несмотря на свою крутость, был единственным, кто ее решение поддержал, потому что обожает внучку.

Что ж, хирург с частной практикой, к которому не попасть, – вполне укладывается в описание Антона. Интересное совпадение.

Девушки провели в бассейне не меньше часа. Если в этом салоне и были какие-то ограничения по времени, то, похоже, в отсутствие клиентов не действовали. Или же им на выходе просто предоставят расширенный счет. Администратор косилась на них недоверчиво ровно до тех пор, пока Алиса спокойно не расплатилась картой за купальники и халаты. Должно быть, после этого девица поверила, что деньги у них есть.

– Ну что, теперь в лаунж-бар, что бы это ни было? – предложила Алиса. – Там обещали вино и хороший кофе.

– И фрукты, – поддакнула Мирослава, вылезая из воды.

Лаунж-баром оказалось небольшое помещение, в котором стояли два столика с удобными креслами и диван в противоположном углу, а также крохотная барная стойка с напитками. Диван уже был занят двумя женщинами в таких же белоснежных халатах, с замотанными в тюрбан волосами. Женщинам было около пятидесяти, но они старательно молодились: у обеих были надуты губы, наращены ресницы и явно имелась подтяжка лица. Обе держали в руках бокалы с шампанским и о чем-то болтали, прервавшись на минутку, чтобы окинуть оценивающим взглядом вошедших девушек. Очевидно, посчитали, что девицы не достойны внимания, потому что тут же вернулись к разговору.

Алиса и Мирослава заняли один из столиков, на котором в большой вазе лежали обещанные фрукты: бананы, персики, груши и пластиковая даже на вид клубника. Бармен, он же официант, тут же подошел к ним, поинтересовался, что они будут пить. Поскольку байк Алисы мирно дожидался весны в гараже соседа, обе решили опробовать местное шампанское. Гулять так гулять.

По телевизору, висящему на стене, какая-то певичка вытворяла непотребное с микрофоном, и Алиса предпочла бы, чтобы ее и вовсе не было слышно, но просить выключить не стала. Глоток шампанского окончательно развязал Мирославе язык, она болтала не переставая, поэтому на певицу и телевизор Алиса вскоре перестала обращать внимание и не заметила, когда концерт сменился новостями. Лишь когда голос ведущего ворвался в расслабленный мир, она замерла, прислушалась.

– Зверское тройное убийство совершено в садовом товариществе в двадцати километрах от города, – хорошо поставленным голосом вещал молодой мужчина. – Несколько дней назад на пункт дежурного поступил звонок о том, что из одного дома слышны нечеловеческие крики. Прибывшие на место сотрудники правопорядка обнаружили страшное: трое мужчин были не просто убиты, а практически растерзаны. Множество колото-резаных ран не оставили им шансов.

На экране появились плохо замазанные снимки трупов, которые Алиса имела несчастье наблюдать лично. Может быть, те, кто видел эти кадры, и не могли представить, что именно замазано, но Алиса слишком хорошо все помнила. Опознала даже два сосновых кола, торчащих из тела бездушного. Увидела собственный след от ботинка на полу.

Мирослава как завороженная смотрела в телевизор, одной рукой сжимая тонкую ножку бокала, другой закрывая рот.

Первой пришла в себя одна из женщин на диване.

– Выключите кто-нибудь это! – громко потребовала она. – Я что, про убийства сюда пришла смотреть? Не спа, а шарашкина контора какая-то! Сначала массажист-дилетант, теперь это! Я вас на весь город ославлю!

Бармен тут же засуетился, принялся искать пульт, но тот, как назло, куда-то провалился. В конце концов парень просто выдернул шнур из розетки, оборвав на полуслове ведущего, вещавшего о том, что у полиции пока нет подозреваемых.

Женщины на диване продолжали возмущаться, бармен предлагал им еще по бокалу вина, а Алисе резко расхотелось находиться тут дальше.

– Пойдем? – предложила она Мирославе.

Та испуганно кивнула.

– Пойдем. Ужас какой…

К счастью, Мирослава ни черта не знала о том, что такое настоящий ужас. А Алиса слишком хорошо помнила, как бездушный тянулся к ее шее, помнила хруст, с которым ломались его кости, когда кол проходил через черепную коробку.

Глава 5

Алиса изначально не собиралась надолго задерживаться в городе, а теперь и вовсе хотела вернуться в Волчье логово как можно скорее. Она поймала себя на странной мысли: в логове она чувствует себя в безопасности. Несмотря на всех обитателей долины, несмотря на темный неуютный дом, в логове ей спокойнее, чем в городе. Надо же, а она и не заметила, когда все успело поменяться. Ведь еще помнила, как совсем недавно тесная квартирка со старым ремонтом была ей ближе огромного современного дома в мрачных тонах.

Алиса собиралась по привычке доехать до станции на электричке, а там попросить Влада встретить ее, но оказалось, что Влад и сам воспользовался передышкой и приехал навестить родителей, а потому с удовольствием заберет ее прямо из города.

– Значит, у тебя все-таки есть выходные, – с иронией заметила Алиса, усаживаясь на переднее сиденье монстра, которого Влад выбрал в качестве автомобиля этим мерзко-мокрым днем.

Друг удивленно посмотрел на нее.

– Конечно, есть.

– А Мирославе ты говорил другое.

Влад заметно смутился. Прежде, чем что-то ответить, выехал со двора, влился в поток машин на дороге. Дождь не прекращался вот уже которые сутки, поэтому все, у кого были хоть какие-то автомобили, предпочли сегодня взять их, а не идти пешком. Машин на дороге было слишком много, ехали они слишком медленно. Не московские пробки, конечно, о которых Алисе как-то рассказывал Матвей, но для их городка с плохо настроенными светофорами тоже ощутимо.

– Почему не хочешь ее на свидание позвать? – прямо спросила Алиса, давая понять, что с темы не съедет, пока не получит ответ.

Влад закусил губу.

– Да я ж ей обещал кулон найти, а у самого никаких зацепок. Всех знакомых опросил, нигде он пока не всплыл. Неловко как-то.

– Какая глупая отговорка, – хмыкнула Алиса. – Ты же понимаешь, что она не будет ждать его от тебя на первом свидании? Следующая.

Влад покосился на нее, не сдержав усмешки.

– Подруга у нее вон какая грозная. Сделаю что не так, ругаться будет.

– Буду, – не стала отрицать Алиса. – Обидишь Мирку – не только ругать буду, еще и побью. Но настоящего мужчину это не остановит, а в твоих качествах я не сомневаюсь, так что давай дальше.

Влад нахмурился, и Алиса тоже перестала улыбаться. Поняла, что следующая причина будет настоящей. И, самое главное, – серьезной.

– Я же старше, – сказал Влад. – Сколько ей? Двадцать два?

– Двадцать один.

– А мне тридцать. Разница существенная. Более того, мне показалось, у нее и отношений-то серьезных