Сердце Сапфира. Обрученная с вороном 2 (СИ) - Екатерина Слави

руку с обручальным кольцом Клана Воронов, как будто невольно хотела защитить. Но тотчас мысленно одернула себя.

«Нет. У Натаниэля теперь достаточно сил, чтобы противостоять Амиру, — подумала она. — А я должна позаботиться о себе. Потому что больше обо мне позаботиться некому».

10. ПОБЕГ

Обняв себя руками, Равена стояла у окна и смотрела на горные склоны. Деревья хурмы с большими оранжевыми плодами притягивали ее взгляд. Вросшие корнями в скалистые вершины, даже они казались Равене свободнее ее самой.

Ее занимали мысли о побеге, но в глубине души она понимала, что у нее нет ни единого шанса. Идрус, верный слуга Амира, следит за ней и надолго не выпускает из поля зрения. Кроме того, она совсем не знает этих мест и, скорее, заблудится, чем сама найдет путь, который позволил бы ей скрыться от названого брата.

Она опустила взгляд на обручальное кольцо. Сколько времени пройдет, прежде чем за ней придут, чтобы отрубить этот палец, на котором лежат столь ненавистные для Амира узы Равены с главой Клана Воронов? Когда ее, беспалую, оденут в свадебные одежды, чтобы сделать женой будущего главы Клана Драконов? А Равена ни на миг не сомневалась, что это лишь вопрос времени. Амир не отступится.

Как же ей поступить? Как найти выход? Ожидание мучительно…

— Госпожа, — раздался за ее спиной тихий голос Фанни.

Равена тяжело вздохнула и, отведя взгляд от окна, обернулась.

— Что, Фанни? Мне снова нужно куда-то идти?

Женщина отрицательно покачала головой, потом бросила быстрый взгляд назад, словно осторожничая, и, сведя брови на переносице, горячо зашептала:

— Вы простите меня, госпожа, я случайно слышала ваш разговор с господином Амиром. Бежать вам надобно. Драконы ведь слов на ветер не бросают, и угрозы их не бывают пустыми. Ежели господин Амир решил сделать вас своей, то не только палец — руки-ноги отрубит, но сделает по-своему.

Равена смотрела на служанку, и сердце ее сжималось одновременно от тоски и от благодарности. Встретить в землях драконов землячку из родного Бриеста — уже одно это было подарком судьбы, слишком к ней жестокой в последнее время. Однако Равена даже не рассчитывала, что женщина захочет помочь ей.

— Что ты говоришь, Фанни? — стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно, произнесла Равена. — Тебя накажут, если кто услышит такие речи.

Глаза Фанни округлились, она уже открыла рот, чтобы возразить, но Равена перебила ее:

— Ты добрая женщина, Фанни. И я не хочу, чтобы из-за меня тебе не посчастливилось узнать, как жестоки могут быть драконы. Подумай лучше о себе и будь осторожнее.

Фанни нахмурилась и на миг опустила взгляд, а когда снова подняла глаза, Равена увидела в них бушующее пламя ненависти. Кажется, однажды она уже замечала гнев в глазах служанки прежде. Когда же? И с чем это было связано?

— Мне известно, госпожа. Известно, как жестоки драконы. Помните, вы спрашивали о моей семье?

Равена насторожилась.

— И ты ответила, что семья твоя в другом месте, что ты скучаешь по ним.

Лицо Фанни вмиг потемнело, черты лица ожесточенно заострились.

— Не увижу я больше свою семью, госпожа. Разве только на том свете.

Глаза Равены раскрылись шире.

— Что ты хочешь?..

— Муж мой у торговца в Асааре склады охранял. Товар привезли для дракона — какие-то канрийские плоды с особыми свойствами. Говорят, канрийцы ими не торгуют, только для своих магов их выращивают. Товар этот был похищен у канрийцев и привезен тайно. А поутру, когда дракон за ним пришел, обнаружилось, что товар со склада пропал. Весь пропал, ничего не осталось. Торговец тот сразу мужа моего обвинил, мол, он товар забрал. Муж клялся, что вина его только в том, что сон его сморил на посту, хотя до той ночи ни разу он не позволял себе заснуть. Дракон разбираться не стал — слуги его мужа моего палками избили. До смерти избили, госпожа. А когда сын мой, мальчишка совсем, на крики прибежал и попытался отца родного защитить — и его забили палками. Вот так из-за жестокости драконов осталась ваша Фанни без семьи.

Равена закрыла рот рукой. Глаза ее наливались горячими слезами. Какое-то время она не могла ничего сказать. Слова сочувствия прозвучали бы сейчас фальшиво, потому что словами не вернешь потерянное. Оставалось только молча разделить с Фанни ее боль — боль, которая Равене была хорошо знакома.

— Но как же ты… Как ты живешь здесь с ними? — непонимающе спросила она, глядя на женщину. — Как можешь прислуживать им — изо дня в день?

— А вот так и живу, госпожа, — ответила Фанни. — Отомстить драконам хочу, часа своего жду. И вот, похоже, дождалась, госпожа. Помогу я вам сбежать — не стать господину Амиру главой, не видать Клану Воронов без вас возрождения. Нельзя этому клану силу былую возвращать, никак нельзя, пусть угасают! Пусть угасают до тех пор, пока совсем не исчезнут!

Слова Фанни были полны тихого, но злого и непримиримого гнева.

Равена растерялась. Рассказ Фанни только сильнее вынуждал ее переживать за женщину, ведь если ее побег окажется неудачным, если их поймают — Фанни, скорее всего, ждет та же участь, что постигла ее мужа и сына. Но глядя сейчас в темные глаза женщины, Равена ясно видела: не желает Фанни больше для себя счастья, живет только надеждой отплатить драконам за то, что отняли у нее все.

— Разве отсюда можно сбежать? — неуверенно спросила Равена, отводя хмурый взгляд; принимать помощь Фанни ей по-прежнему казалось эгоистичным.

Фанни подошла ближе и, понизив голос еще сильнее, доверительно сказала:

— Можно, госпожа. Если ходы тайные знаешь — можно. А я знаю, вы мне поверьте, госпожа, я тут время не теряла — все, что могла, полезное выведала.

— Нас поймают, — порывисто и часто задышав, сказала Равена; ее одолевало чувство, что все тщетно — Амир слишком хитер и опасен, он не оставил бы ей возможности ускользнуть от него.

Однако Фанни решительно покачала головой:

— Не поймают, госпожа. Нужно только время правильное выбрать. Идрус не всегда следит за вами. Есть часы, когда он должен быть подле господина Амира. Доверьтесь мне, госпожа — и