Газета Завтра 52 (1049 2013) - Газета Завтра Газета

В 1941-м году в деревеньке Едвабне, расположенной на восточной границе Польши, "добрые католики" сожгли в амбаре около сотни евреев, своих соседей, не пожалев и маленьких детей. До этого большая часть семитов, проживающих в Едвабне, была уничтожена крайне зверским способом своими односельчанами с молчаливого согласия оккупантов и местной церковной власти. Предлогом стал даже не антисемитизм, а банальный передел собственности - "освобождённые" от семитов земли крестьяне просто поделили между собой. Преступление потом списали на немцев.

Эта история легла в основу "Колосков" (по-польски название можно более точно перевести как "Последствия после жатвы"), вызвавших в Польше негодование правых сил, отказ многих кинотеатров прокатывать картину и прочие скандалы и дебаты, свойственные нашему времени. К слову, в России фильм также вышел в ограниченный прокат, без всякой рекламы, несмотря на продюсерское российское участие в создании ленты. Хотя куда более правильным было бы ввести просмотр такого кино в обязательный минимум школьной программы.

Режиссёр Владислав Пасиковский использовал для точки отсчёта книгу Яна Томаша Гросса "Соседи", опубликованную в 2000-м году (к слову, Гросс - польский еврей, эмигрировал в Америку еще в 1960-е), но предпочёл упаковать трагедию в жанр не столько социальной драмы, сколько пограничного вестерна. Того самого жанрового витка, где герой-одиночка приезжает в маленький городок и обнаруживает там крайне нездоровую атмосферу. Но вместо традиционной для американского фронтира "начинённой гуманизмом пули", учитывая местный колорит, в ход идут крестьянские вилы, косы и топоры.

Уникальность подхода заключается и в том, что столь мощно раскрытая тема практически обошлась без евреев в кадре. Вернее - без живых евреев. Ещё совсем недавно кинофестивали были под завязку забиты европейскими лентами о том, что "холокост не должен повториться", но ни одна из них не преследовала цель взглянуть на проблему шире критики, уже ставшего банальным в искусстве, нацистского антисемитизма. Но противоречие современной Европы, в которой отлично уживаются новые суды над палачами Освенцима и усиление влияния ультраправых политических сил, рано или поздно должно было выстрелить подобной картиной. Интересно и то, что Пасиковский, ранее выступивший сценаристом фильма Анджея Вайды "Катынь", рискнул играть на антипатриотическом поле в стране, где до сих пор к евреям относятся примерно так, как в романах Чарльза Диккенса. Тем более что "Колоски" преследуют явную цель утрировать происходящее - обитатели злополучной деревни словно списаны с дегенеративных "местных" из другой картины - "Избавления" Джона Бурмана. А финал и вовсе балансирует, как говорится, "на грани". При этом "Колоски" производят сильнейшее впечатление мастерским нагнетанием саспенса, того самого "праздника общей беды", от которого не спрятаться, не скрыться. Но то, что память должна проступить кровавыми стигматами на теле нации, явно не устраивает современную Польшу. Но не отменяет факт геноцида, осуществлённого непосредственно руками народа. Достаточно вспомнить аналогичные события в Радзивиллове, Виндзе, Вонсоши и других населённых пунктах, чтобы навсегда забыть о так называемых "перегибах на местах" в отдельно взятой Едвабне.

Виват, Маэстро!

26 декабря 2013 0

Культура

К 175-летию Петра Ильича Чайковского

И будет день. Ровно в полдень, 7 мая 2015 года, с первым ударом курантов на Соборной площади Кремля пройдет парадный развод пеших и конных караулов. Белоснежные голуби взметнутся в небо, залп "царя-пушки" станет сигналом к началу величайшего концерта века.

Большой симфонический оркестр имени Чайковского выйдет на импровизированную сцену. Между пюпитрами, в бликах солнца, пройдет - пока в моём воображении - маэстро Федосеев. Умудренный славой, убелённый сединой, взмахом дирижерской палочки он, как полководец, поведет за собой войска. В авангарде - скрипки, альты, виолончели, арьергард - контрабасы; между ними - духовые, справа - ударные, слева - арфы, голос которых напомнит переливы сказочных гуслей. Маэстро Федосеев, лишь подвластной ему чудодейственной силой, будет сдерживать потоки музыки, и только в тот момент, когда эмоции восторга публики окажутся на пределе, отпустит лавину звуков, и удары литавр разорвут на куски воздух, скрипичные сверкнут зарницами, духовые протрубят победу. Колокола Ивана Великого подхватят духоподъемный марш и малиновыми звонами разнесут urbi et orbi весть Победы. Победы Русской Армии. Таков будет апофеоз увертюры Петра Ильича Чайковского "1812 год". Этот концерт, триумф торжества и знамение благодати, будет транслироваться в больших и малых городах, в селах и деревнях России, и телевизионные камеры всех стран мира "в гости будут к нам". Так, 7 мая 2015 года, Россия отметит - есть надежда - 175-летие Петра Ильича Чайковского, великого сына своего.

В настоящее время идет подготовка к торжествам. Есть распоряжение правительства "О праздновании 175-летия со дня рождения Чайковского" за подписью премьер-министра, открыт проект "Академическое полное собрание сочинений Чайковского" Государственным институтом искусствознания (Москва) и Государственным домом-музеем Чайковского (Клин). Но пока всё еще неладно в русском царстве. Велик соблазн превратить грядущие празднества в добычу. Однако мир покоится на китах профессионалов. "За столько лет такого маянья" им не привыкать быть бессребрениками, служителями искусству. Полина Ефимовна Вайдман - одна из них. Доктор искусствоведческих наук, ведущий научный сотрудник Государственного дома-музея П.И. Чайковского (Клин). С Полиной Ефимовной Вайдман мы и встретились.

"ЗАВТРА". Полина Ефимовна, в распоряжении правительства "О праздновании 175-летия со дня рождения Чайковского" за подписью Дмитрия Анатольевича Медведева музей Чайковского в Клину не значится. Хотелось бы понять, почему? что значит музей Чайковского в Клину?

Полина ВАЙДМАН. Для всего мира неразрывны два понятия: Чайковский и дом композитора в Клину. Уникальный памятник мировой музыкальной культуры, один из первых в мире композиторских музеев, что возник в 1894 году, фактически сразу после смерти Чайковского. В 1918 году музей Чайковского в Клину один из первых получил Охранную грамоту, а в 1921-м был национализирован и взят под опеку советской властью. Тогда важен был еще и такой тезис, что музей основал простой крестьянин.

В 20-е годы музей Чайковского в Клину оказался еще и тем надежным местом, куда музыканты, деятели русской культуры, покидающие Россию навсегда, отдавали на хранение свои архивы, завещали и просто предавали свои ценнейшие документы, картины, скульптуру, музыкальные инструменты, как бы мы сказали сейчас - предметы духовной и материальной культуры, то есть фактически наследие отечественной культуры XIX века. Гречанинов, например, уезжая в эмиграцию, оставил некоторые свои рукописи в России, которые были затем переданы в Клин. Певица Павловская завещала музею свой громадный архив, рояль, на котором Чайковский проходил с ней партии в своих операх. Даже образовалось Общество друзей Дома-музея Чайковского. Ипполитов-Иванов, Брандуков, Нежданова, Голованов и многие другие, они давали концерты, собирали средства в помощь музею, выкупали рукописи Чайковского, его письма. В годы Великой Отечественной войны музей был занят фашистской воинской частью, видимо, карательной, и это продлилось три недели. Но еще в августе 1941 года главные ценности музея и архивы были вывезены на родину Чайковского, в Воткинск.15 декабря 1941 года Клин и музей были освобождены. Солдаты и офицеры воинских частей, что проходили через Клин, просили показать им дом Чайковского. Они оставляли свои записи в ученической тетрадке, которая нашлась случайно в только что освобожденном и разграбленном доме. 1 марта 1942 музей был открыт для посещений, хотя вещи и фонды еще находились в эвакуации. Но и тогда в музей поступали на хранение рукописи и письма Чайковского. Например, из еще блокадного Ленинграда передали в дар от Ленсовета найденный после бомбежки томик стихов К.Р. с дарственной надписью Чайковскому и его набросками для романсов соч. 63. После того, как фашисты были изгнаны с Клинской земли, в музее начали действовать лектории, проводились концерты. Играл Давид Ойстрах, пела Нежданова. В конце 1944 года из эвакуации вернулись в дом вещи и архивы. И в самый канун Победы музей в отреставрированном виде открыл свои двери для посетителей.

"ЗАВТРА". Полина Ефимовна, вы упомянули об организации музея крестьянином. Это не оговорка?

Полина ВАЙДМАН. История несколько сложнее. Дом ведь Чайковский снимал. И чтобы организовать в нем музей композитора, дом необходимо было выкупить. И выкупили на деньги, преимущественно, слуги Чайковского, Алексея Ивановича Софронова, которому композитор отписал в завещании всё движимое имущество, то есть мебель, библиотеку, личные вещи и подарки.