Разыскивается: не-мертвый или живой (ЛП) - Спаркс Керрелин

– Ты телепортировался за мою спину. Никогда больше так не делай.

Его глаза сузились.

– Окей.

Черт. Ему было интересно, почему она так испугалась. Она направилась в сторону кухни. Возьми себя в руки.

– Я думаю, мы должны перекусить, пока ждем.

Он закрыл люк.

– Ждем что?

Она с облегчением выдохнула. Он не собирался спрашивать, почему она испугалась.

– Транспорт.

Она открыла холодильник и достала бутылку крови для него и колу для себя.

– Пока ты возился с припасами, я тоже была занята. Я позвонила нескольким подругам, которые живут неподалеку, и они согласились помочь нам. У них обоих сыновья в Драконьем гнезде, – она открутила крышку своей колы. – Но я должна тебя предупредить. Если мы наткнемся на мужчин-оборотней, ты должен вести себя так, будто никогда не встречал этих женщин. Если их мужья узнают...

– У них будут неприятности из-за того, что они помогли тебе? – Финеас сунул бутылку с кровью в микроволновку. – Но почему? Потому что ты ушла из дома?

– Нет, из-за Пропащих мальчишек в школе. Все они были изгнаны, – Бринли сделала глоток колы. – Это значит, что они мертвы для стаи, а их семьи не могут иметь с ними ничего общего.

– Это ужасно.

Она пожала плечами.

– Так было всегда. Отцы соглашаются с этим, потому что таков закон, и они также не хотят, чтобы их выгнали. Стая для них – всё. Но мамы... ну, они, как правило, смотрят на вещи по-другому. Ни одна стая не может приказать им, чтобы они перестали заботиться о своих детях.

Финеас кивнул.

– Хорошо для них.

Снаружи вспыхнули огни.

– Сейчас это может быть одна из них, – Бринли бросилась к окну и заглянула в узкую щель между оконной рамой и занавесками. Ей нужно было убедиться, что это Шерри или Труди, прежде чем выйти на улицу. – Если это один из людей моего отца, я спрячусь в прачечной, а ты выйдешь на улицу, чтобы встретиться с ним.

Она оглянулась на Финеаса.

– Скажи ему, что ты один из друзей Фила, и он разрешит тебе остаться здесь на несколько дней. Не пускай его в хижину. Он может учуять мой запах.

Финеас подошел к кухонному столу и зарядил обойму в автоматический пистолет.

На гравиевой дорожке остановился пикап с прицепом для лошадей.

Бринли вздохнула с облегчением, увидев женщину, выходящую из грузовика.

– Это Труди. Мама Кори, – она бросилась к своей сумочке, которую оставила на диване, вытащила два конверта и поспешила к входной двери.

– Труди! – она встретила ее перед грузовиком.

– Бринли! – Труди обняла ее, затем отступила назад, чтобы посмотреть на нее. – Ты хорошо выглядишь.

– Спасибо. И большое тебе спасибо за помощь.

– Это самое меньшее, что я могу сделать. Как Кори?

– Он великолепно. Я видела его минут тридцать назад и сказала, что увижусь с тобой... – Бринли помахала в воздухе конвертом.

– Он написал мне? – Труди выхватила письмо из рук Бринли и прижала его к груди. – Спасибо! Я каждый день благодарю Бога за то, что ты смогла найти дом и школу для моего мальчика. Он нормально ест?

– Конечно. Еда в Драконьем гнезде отличная. Клянусь, я набрала пять фунтов...

Тяжело вздохнув, Труди застыла.

– Что? – Бринли обернулась, чтобы посмотреть, на что так встревоженно уставилась Труди.

– На крыльце какой-то мужчина, – прошептала Труди.

– Это Финеас. Помнишь, я говорила, что нас будет двое?

– Но он... – Труди подошла ближе. – Дорогая, он не один из нас.

– Он хороший парень, друг моего брата, – Бринли оглянулась на Финеаса, который, нахмурившись, смотрел в лес. Без сомнения, он мог слышать все своими сверхчувствительными вампирскими ушами.

– Но ты здесь с ним наедине? – спросила Труди. – Если твой отец узнает...

– Он не узнает, – Бринли бросила на нее многозначительный взгляд. – Ты никогда его не видела. Или меня. Так же, как мы никогда не видели тебя.

Труди глубоко вздохнула.

– Правильно.

Бринли взглянула на трейлер.

– Твой муж не удивится, почему пропали две ваши лошади?

– Его пригласили на ранчо твоего отца в Монтане на ежемесячную Охоту, и ты знаешь, что он не может отказаться. Значит, его не будет целую неделю.

Бринли кивнула. Ее отец устраивал огромную Охоту каждый месяц в полнолуние. Ни один оборотень не посмеет отказаться от приглашения Верховного Лидера стаи. Это считалось большой честью.

– Ты давно видела мою сестру?

– Несколько недель назад, – Труди грустно улыбнулась ей. – Ты скучаешь по ней?

– Да, – Бринли отвела взгляд, решив не поддаваться эмоциям.

– Ладно, давай я отведу лошадей в сарай, – Труди зашагала к задней части трейлера. – И я привезла немного сена на случай, если у тебя его нет.

– Это замечательно. Спасибо, – Бринли последовала за ней, потом заметила, что Финеас спустился с крыльца и встал на траву.

– Лошади? – спросил он.

– Конечно, – она подошла к нему. – На случай, если нам придется ехать по бездорожью.

– Разве не для этого существуют внедорожники? – он поморщился при виде первой лошади, которую вывели из трейлера.

Бринли медленно улыбнулась.

– Ты ведь никогда раньше не ездил верхом?

– Никогда не хотел, – пробормотал Финеас.

Лошадь гарцевала, явно расстроенная.

– Не думаю, что он этому рад, – добавил Финеас.

– Она, – поправила его Бринли. – Это кобыла. И она, наверное, нервничает, потому что учуяла твой запах. Он отличается от нашего.

– Верно, – проворчал он. – Потому что я не один из вас.

Она поморщилась. Значит, он слышал замечание Труди.

– Боюсь, что оборотни немного склонны к клановой системе.

– Немного? – криво усмехнулся он.

Она пожала плечами, глядя, как Труди ведет кобылу и мерина к сараю.

– За столетия мы поняли, что лучше держаться вместе. Это элементарное самосохранение.

– С чего бы лошади расстраиваться из-за моего запаха? – спросил Финеас. – Разве ты не пахнешь, как стая волков? Как вы вообще держите лошадей и коров? Это как лиса, охраняющая курятник. Кажется, они только раз тебя обнюхают и убегут.

Бринли усмехнулся.

– Мой отец занимается скотоводством уже больше ста лет. Животные привыкли к нашему запаху. Давай, помоги мне отнести сено в сарай.

С превосходящей силой вампира у Финеаса не было проблем с транспортировкой целых тюков сена в сарай. Бринли познакомила его с Труди, а потом, пока Финеас убирал сено, рассказала ей о том, как сын учится в школе.

Рядом с пикапом остановилась Honda Civic, и Бринли с Труди вышли из сарая, чтобы поприветствовать водителя.

– Шерри! – Бринли обняла ее. – Спасибо, что пришла.

– Нет проблем, – Шерри протянула ей ключи от машины. – Она вся твоя на неделю. И бак полон. Как дела у Гэвина?

– У него все отлично, – Бринли достала из кармана куртки второй конверт. – Он написал тебе письмо.

– О, спасибо! – Шерри схватила конверт. – Не знаю, как тебя благодарить!

– Это касается нас обоих, – сказала Труди.

Шерри перевела взгляд на Финеаса, когда тот вышел из сарая.

– Этот молодой человек остановился у тебя?

– Молодой это точно, – пробормотала Труди. – Я думаю, что ему только около двадцати трех.

– Ну что ж, – губы Шерри дрогнули, когда она посмотрела на Бринли. – Ты волчица или пума, девочка?

Она стиснула зубы. По ее мнению, она выглядела не старше Финеаса. Конечно, ей тридцать лет, но как только оборотни достигали зрелости, их процесс старения замедлялся почти до полной остановки. Так они могли жить на протяжении пяти веков.

И хотя Финеас преобразился в юном возрасте, это было несколько лет назад. Теперь они, должно быть, были примерно одного возраста.

Вздрогнув, она поняла, что мысленно защищает себя и Финеаса как пару. А они ею не являются. Этого не может быть.

Глаза Шерри расширились, когда она уловила запах Финеаса.

– Он не один из нас.

– Я знаю, – выдавила Бринли.

– Жаль, – сказала Труди. – Он невероятно силен. Видела бы ты, как он швырялся тюками сена.